Логин и пароль: запомнить | | Авторизоваться с помощью:         Регистрация | Забыли пароль?

Ринат Дасаев

Игр за Спартак425
Из них в основе425
Заменен  Заменен26
Вышел  Вышел на замену0
Голы  Забил голов0
Из них с пенальти0
Предупреждения  Предупреждений3
Удалений  Удалений0
Незабитые пенальти  Незабитых пенальти0
Автоголов0
ГражданствоСССР
Год рождения13 июня 1957 года
АмплуаВратарь
Пришел изВолгарь (Астрахань)
Первый матч23 мая 1978 года
Фото с игроком

Ринат Дасаев: "Вы правы, я мальчишка!"

Спорт-Экспресс, 14 ноября 2008 года
Количество просмотров: 1215

Фото

Собеседником корреспондентов "СЭ" стал легендарный голкипер "Спартака", "Севильи" и сборной СССР, который был включен ФИФА в число ста лучших футболистов мира за последние 100 лет. Ныне он тренирует вратарей московского "Торпедо".

Мы видели разного Дасаева. Лет семь назад он был грустный и какой-то потерявшийся. Недолго отработав в "Спартаке" тренером, ушел. Хватался за странные предложения - возглавил, например, ассоциацию "Формула-автоспорт".

Слава богу, в автоспорте Дасаев не задержался. Вернулся в футбол. Стал помощником Георгия Ярцева в сборной. Но и этот Дасаев был отчего-то хмурым и немногословным.

На днях мы столкнулись с новым Ринатом. Ироничным, уверенным в себе. С блеском в глазах, - точно таким же, как в 80-е. Моментами и на него накатывала меланхолия, но все равно - это был тот самый Дасаев. С искоркой.

Который - "от Москвы до Гималаев лучше всех…"

НИ ЛИДЕРА, НИ КОЛЛЕКТИВА

- Не жалеете, что остались в "Торпедо" после отставки Георгия Ярцева?

- Не жалею по одной причине - тренеры собрались хорошие. Дружили между собой, приятно было работать. Мне и сейчас хочется остаться в "Торпедо".

- Об ошибках готовы рассказать?

- Ошибки были, не без этого. Сабитов - тренер, наверное, неплохой. Что-то показывал с юношескими командами. И в "Торпедо" начал опираться на молодежь. Хоть мы подсказывали: одно дело тренировать юношескую сборную, другое - клуб, который претендует на выход в премьер-лигу. Брать только молодых - путь в никуда. Так и получилось. С первых игр повалились. Не было ни лидера, ни коллектива. Даеву было уже сложно вырулить. Кто-то из футболистов пришел в "Торпедо" отбыть номер, сорвать деньги. А кто-то отработал здорово - как Кантонистов.

- Вы сказали, что не прочь остаться в "Торпедо". Неужели интересно работать во второй лиге?

- С удовольствием помогу "Торпедо". Если буду нужен. Посмотрим, какой контракт предложат.

- Два года вы варились в первом дивизионе. Много грязи?

- Достаточно. Тяжелая лига. По игре практически все команды одинаковые. Даже те, что выбиваются наверх. Возьмите "Шинник" - вышел в премьер-лигу, а через год обратно.

- Налетались за это время рейсовыми самолетами, наездились поездами?

- А куда деваться? Посмотрите, что на будущий год будет в первой лиге. Добавятся Чита, Владивосток. Вся подготовка - насмарку. Сплошные переезды, никаких тренировок.

- Лет пять назад вы говорили, что вообще пить бросили. Мы бы от таких маршрутов снова начали.

- Трудно не начать. Но пока держусь.

- В "Торпедо" последних времен экономили на всем. Вадим Евсеев жаловался: получил то ли одну, то ли две майки на сезон. Другой торпедовский игрок рассказывал, что команду поили водой с просроченным сроком годности.

- Насчет воды - я этого не видел. И маек лично мне хватало. Не настолько уж все плохо было в "Торпедо". Можно много чего наговорить - я читал интервью Кантонистова, Евсеева. В чем-то они были правы. Но в чем-то - утрировали.

- Часто в последнее время слышали от знакомых: "Ринат, что ты забыл в "Торпедо"?"

- Нет. Кто из-за границы звонит, тот спрашивает: "Почему в "Торпедо", а не в "Спартаке"?" Не зовут в "Спартак", отвечаю. Дасаевым не интересуются. Хоть в какой-то город приехали - там с трибуны голосили: "Ринат, куда ты попал?!" Куда я попал - это мое дело.

- Что вас еще шокировало? Может, драка Евсеева с фанатами в поезде по дороге из Белгорода?

- Драка была не при мне. Мы с Ярцевым только заметили - поезд остановился и наши ребята куда-то побежали по перрону. Да в каждой команде дерутся! Тоже мне новость!

- В "Спартаке" ваших времен такое было?

- Конечно. Рабочий момент.

- И вы дрались?

- Я - нет. Как-то в Тбилиси, перед игрой с "Реалом", на зарядке устроили перебранку с Женей Сидоровым, моим хорошим приятелем. Мы жили в одном номере. Вернулись в гостиницу, переговорили - и все на этом закончилось. А Хидиятуллин с покойным Мишей Булгаковым всерьез подрались. Потом пришел Пасулько в команду - и так себя повел…

- Как?

- Гонор у Виктора был сумасшедший. Одесский. Нашли способ поставить на место. У нас были методы. Но чаще всего люди приходили в "Спартак" и уже представляли, как себя вести.

В СБОРНУЮ ЗВАЛИ АДМИНИСТРАТОРОМ

- Приезжаете вы, например, в Новотроицк. И чувствуете, что для тамошних людей значит фамилия Дасаев…

- Ну да, есть такое. Особенно один эпизод поразил. Мне Юрий Миронов, тренер "Торпедо", пересказывал. В Ульяновске я перед матчем вышел на улицу покурить. Игроки оставались в раздевалке. Со всех сторон болельщики набежали, целая толпа, автографы, какие-то речи. Так милиция, оказывается, наших начальников попросила: "Уберите Дасаева, команды на игру выйти не могут".

Когда жил в Испании, был уверен: дома меня забыли. А потом приехал, услышал, что болельщики говорят по всей стране, - понял, насколько ошибался. До сих пор, куда ни приедешь - потрясающее отношение.

- Представляем, сколько поддатых людей пытались вас расцеловать.

- Это точно. Что-то дарят, даже милиционеры подходят фотографироваться. В Махачкале президент "Анжи" четки преподнес. Говорит: "На счастье и на фарт. Ручаюсь - помогут!" Недавно французы в Москву приезжали - нарисовали мой портрет, вручили.

- Что за французы?

- Ветераны московского "Спартака" играли против сборной Франции. Сейчас картина висит дома рядом с другими. Ни одной, кстати, не покупал - все подарили…

- Кольцо у вас интересное. Тоже от фанатов?

- От жены. Подарок к прошлогоднему юбилею.

- Почему отказались работать с вратарями сборной, как предлагал Виталий Мутко?

- Да, Мутко предложил. Но в контракте были нюансы, которые для меня совершенно неприемлемы. Я должен был работать со всеми сборными. Не могу же разорваться? Не могу же всю жизнь проводить на сборах - возвращаться с одной командой и тут же уезжать с другой? Я предложил свой вариант: работаю с национальной сборной и по мере возможности помогаю остальным. Не договорились.

- Не показалось, что не больно-то и хотелось составлявшим контракт видеть Дасаева в сборной?

- Во всяком случае по тому контракту, который они предложили, я в сборных должен был исполнять еще и роль администратора. Отвечать за билеты, мячи. Вы бы согласились?

- С Хиддинком общались?

- Когда Гус увидел, что меня в сборной нет, сам позвонил: "Ринат, придешь в команду?" Пока нет, отвечаю. Все ему объяснил.

- Прежде встречались?

- Конечно, я в "Севилье" работал, а Гус тренировал "Валенсию". Он молодой был, с усами. Но познакомились уже в Москве.

- За последние годы в "Спартак" не звали?

- Еще когда Червиченко был президентом, а Романцев тренером, состоялся первый разговор. Но он ни к чему не обязывал. Червиченко спросил: "Хочешь поработать?" - "Да, если Романцев не против". И все заглохло. Второй раз мне позвонил Чернышов после того, как "Спартак" возглавил. Я отказался.

- Почему?

- Навалились семейные хлопоты, жена в положении. Надо было сосредоточиться на доме. Больше не звали.

- К Романцеву на рыбалку заезжаете?

- Нет. Я и не в курсе, где он рыбачит. Виделись на моем юбилее, он приезжал поздравить. Потом - на свадьбе у дочки Ярцева.

- Было, о чем поговорить?

- А как же?! Столько смешного вспомнилось! Как-то под Новый год он наряжался Дедом Морозом, меня вырядили Снегурочкой - ходили по квартирам с подарками…

КОНВЕРТ ОТ ШУМАХЕРА

- В давний свой московский приезд Пеле оставлял вам номер телефона: "Ринат, если что - звони. Для тебя я всегда открыт". Хоть раз позвонили?

- Приглашал на 50-летие. Пеле ответил, что приехать не может, в ФИФА было какое-то важное совещание. Но наговорил много теплых слов.

- Так и сказали: "Привет, Пеле. Это Дасаев"?

- Приблизительно.

- Когда в Москве проходил финал Лиги чемпионов, вы участвовали в массе мероприятий. Что-то запомнилось?

- Приятно было почувствовать себя человеком УЕФА. Меня официально назначили послом Лиги чемпионов. Рад, что повидался с Платини. Давно дружим. Я много нового узнал. Побывал в Ньоне, в штаб-квартире УЕФА. Прежде понятия не имел, как там все устроено. Меня спросили: "Ринат, почему в УЕФА нет ни одного человека, который представлял бы Россию по детскому футболу?" Я был потрясен! Такого человека действительно нет!

- Платини изменился, став президентом УЕФА?

- Поправился немножко. Нормальный мужик, доступный. Когда в Москву на матч с ветеранами приезжала сборная Франции во главе с Платини, мы с Мишелем побывали на могиле Яшина. Навестили его вдову, Валентину Тимофеевну. Я ведь был у Яшина в больнице за пару дней до смерти. Ему накануне звезду Героя Социалистического труда вручили. И тут я - со своими поздравлениями. Яшин лишь махнул рукой: "Зачем она мне теперь…" Выглядел он ужасно. Чувствовал, что недолго осталось.

- Кого-то из звезд прошлого, прилетавших на ваш юбилейный матч, узнали не сразу?

- Очень удивил Жуниор. Настолько здорово себя сохранил! А Геретс - в его-то возрасте? Просто фантастика! Наши ветераны отличаются от западных. Те худенькие, поджарые - а наши в теле, габаритные. Жаль, Тони Шумахер не смог вырваться в Москву. Состав был большой - но Лаудруп тренировал "Хетафе", Райкаард - "Барселону", Гуллит в Америке, все нарасхват…

- Менее занятой Шумахер сообщил потом, что никакие приглашения до него не доходили.

- Да куда их только ни высылали. По всем адресам. Загадка, почему не дошло. Ему первому отослал, между прочим. Мы же еще в игровые времена с Тони переписывались. Гена Беленький, спартаковский массажист, немецкий немного знал - помогал мне сочинять ответы.

- Сохранились письма?

- Пропали со всеми переездами. Вот фотокарточки, которые он любил вкладывать в конверты, дома лежат. На чемпионате мира-86 занятная у нас была переписка.

- Времена были не сильно либеральные. Органы не пытались ваши контакты с западным немцем контролировать?

- Нет. Органы не догадывались, что Шумахер помог мне договориться с фирмой Reich. Те в Москву присылали перчатки, а потом передавали мне кое-какие денежки. Приезжаем в Германию - получаю тысячу-две долларов в конверте. Когда перебрался в Испанию, контракт подписали уже официально.

- Вас никогда не таскали на Лубянку?

- По этому поводу - никогда. А вот заметив меня в мечети на проспекте Мира, сразу пригласили "туда". Комитетчик был довольно милый, вдумчивый. Забавная получилась беседа: "Ринат, я все понимаю, но вам нельзя появляться в мечети. Вы слишком известный человек. Западные корреспонденты увидят, напишут" - "А вам бывать в церкви - можно?" - "Можно, меня никто не знает. Я даже детей своих крестил…"

- Чем история кончилась?

- Мне должны были дать орден "Знак Почета" и на полгода отложили награждение.

- В мечеть ходить перестали?

- Еще чего! Постоянно ходил! Коран держал в сумочке с запасными перчатками, клал в ворота.

- С Бесковым разговоров на эту тему не было?

- Что он, что Старостин с уважением относились к этому. Бесков отпускал меня на денек со сборов на мусульманские праздники, чтобы я в мечеть сходил. Он и сам был верующим, его порой видели в тарасовской церкви рядом с базой.

УКРАДЕННЫЙ КОРАН

- Когда впервые положили Коран в ворота?

- Коран мне часто дарили. Но как-то в мечети мулла преподнес освященную книгу и сказал: "Всегда держи при себе". С тех пор и повелось - не расставался даже на поле. Знаю, что Коран нельзя класть на землю, но что мне оставалось? Не привязывать же к перекладине? Был случай - однажды у меня Коран украли.

- Где?

- В Кадисе. "Севилья" победила - 5:0. После финального свистка побежал поздравлять партнеров к центру поля. На минуту упустил из виду. Потом иду к воротам за сумочкой, - а там пустота. Умыкнули.

- В советские годы наши команды постоянно за границей сопровождали "комитетчики".

- Среди них попадались неплохие ребята, с которыми можно было договориться. Да и одному за всеми не уследить. Говорили, что пошли по магазинам, а сами тайком отправлялись на стриптиз. Как в Париже не зайти на Пляс Пигаль?! Интересно же! Для нас, выросших в Советском Союзе, это было чем-то невероятным. И комитетчик, переборов себя, топал с нами вместе.

- Помните, как Эдуард Малофеев в сборной затеял субботник?

- Да, в Новогорске елки сажали. Малофеев ораву корреспондентов зазвал - кто с блокнотом, кто с камерой. В те годы это было в порядке вещей. Но у Бескова подобной ерундой мы не занимались.

- Зато Константин Иванович мог собрание организовать, позвав в Тарасовку людей из ЦК КПСС.

- Это случилось после поражения от СКА - 1:6. Кто-то ему доложил, что за два дня до матча мы славно посидели в ресторане "Саяны". Бесков решил, что команда хочет его "сплавить". Хоть близко такого не было. Ни в мыслях, ни в разговорах. Константина Ивановича последние годы в "Спартаке" отличала подозрительность. Наверное, возраст сказывался. Когда в 87-м выдали серию неудачных матчей, снова начались разговоры: мол, пытаемся Бескова скинуть. С его подачи игроков и в ЦК вызывали - для воспитательной беседы.

Когда Бескова все-таки уволили, я уже играл в "Севилье". В конце 88-го прилетел в Москву на вручение вазы лучшему вратарю страны от "Огонька". Встретил Старостина. Николай Петрович отвел меня в сторонку: "Бескова освободили. Есть три кандидатуры - Нетто, Ловчев и Романцев. Ты за кого?" - "Конечно, за Романцева". "Я тоже так думаю", - ответил Старостин. И вскоре Романцева утвердили главным.

- Бесков часто бывал несправедлив?

- Любой игрок, когда его выпроваживают из команды, считает, что с ним обошлись сурово. Если Бесков выгонял - было за что. И выгонял только того, на чье место уже приготовил замену. С другой стороны, как получилось с Романцевым? Вели в Минске - 2:0, но проиграли. Бескова распирало от ярости. В поезде бросил кому-то из помощников: "Чтоб Романцева больше не видел!" Это услышал Олег. Мы с ним в купе сидели рядом. "Все, заканчиваю", - сказал он. На этом карьера игрока Романцева в "Спартаке" завершилась.

- Говорят, Бесков прощал все лишь двум игрокам - Черенкову и вам?

- Я это чувствовал. Ловчев однажды спросил Бескова: "Вы за пьянку отчислили парня. А если б на его месте оказался Дасаев - как поступили бы?" Тот не раздумывал: "Дасаева я отчислять не стал бы. Хватило бы внушения. Но то, что прощу Ринату, другому - никогда".

Никто из нас не был ангелом. Однако существовал закон: не пить поодиночке. Если собирались за столом - всей командой. Вместе и в радости, и в горе. Не случайно столько лет прошло, а спартаковцы 80-х продолжают дружить.

- Были игроки, которых команда не принимала?

- Бубнов держался особняком. Но он по натуре отшельник. Читал вечерами в Тарасовке журнал "Коммунист", что-то карандашиком подчеркивал.

- Вы могли спорить с Бесковым?

- Изредка - на правах капитана. Переубедить его было почти нереально. Например, у Бескова были довольно однообразные тренировки. Это утомляло. Когда он видел, что уже "наелись", вызывал игроков, советовался. Мог что-то поменять в тренировочном процессе. Но проходило немного времени, - и снова все возвращалось.

12 ЛЕТ БЕЗ БЛАТА

- Капитан "Арарата" Ашот Хачатрян рассказывал, как перед матчем отправился к вам - просил "помочь". Вы сдавать игру отказались. Часто выслушивали такие предложения?

- Не помню, чтоб со мной Ашот разговаривал. Единственный случай связан с другим игроком, не буду уточнять из какого клуба. Принес сверток с деньгами в мой номер. Речь шла не о сдаче матча, а о том, чтобы мы сильно не громили команду, помедленнее начинали атаки. Я даже разворачивать сверток не стал: "Забирай деньги и уходи". После матча, который "Спартак" выиграл 2:0, этот парень сказал: "Почему не взял? Все равно вы победили".

- Что ответили?

- "Раз замараешься - уже не отмоешься…"

- Вы упоминали о подозрительности Бескова. Был эпизод - он заявил команде, что Гаврилов продал матч в Кутаиси.

- А после поражения от "Днепра" под подозрение попал уже Гладилин. Валера два гола забил, затем при счете 2:2 из убойной позиции засадил выше ворот. Уступили - 2:4. И Бесков вспылил. На эмоциях наговорил лишнего.

Даже мне доставалось. Но не от Бескова, а от Андрея Петровича Старостина. Дома проиграли "Арарату", и Андрей Петрович после матча кому-то шепнул: "Кажется, Ринат продал игру". А мне потом передали.

- Как отреагировали?

- Чуть не сорвался. Готов был закатить скандал: "Если не доверяете - ухожу!". Но постепенно остыл. Это вообще нашим тренерам свойственно - подозревать игроков в сдаче. Хотя их можно понять. Такие игры были, есть и будут. А за руку никто никого поймать не в состоянии.

- Вы ведь сталкивались с непорядочностью. Футбольный мир знает, что Прохоров после того, как вытеснили вы его из спартаковской основы, подбивал ребят вас "плавить"…

- У меня с Прохоровым были нормальные отношения. На слухи внимания не обращал. Об этой истории узнал позже. Женщина на базе убиралась и услышала, как Прохоров кому-то внушал: надо, дескать, "сплавить" Рината. Я к тому времени три матча успел сыграть за "Спартак". Эта женщина по дружбе пересказала водителю Старостина. Так дошло до Николая Петровича и Бескова. Константин Иванович разозлился - и Прохорова из команды выпроводил. А что было на самом деле, одному Богу известно.

- По словам Романцева, первое время в "Спартаке" игроки вас всерьез не воспринимали: "Когда делились для двусторонки, все старались не попасть в компанию к Дасаеву". Как не сломаться, когда свои же не верят?

- Рецепт один - пахать, пахать и еще раз пахать. Только работой смог заслужить доверие ребят. Когда уходил в "Спартак", в Астрахани крутили пальцем у виска: "Ты спятил? Там же Прохоров!" - "Ну и что, - отвечаю. - Прохоров на сходе - подвину!" Ни одна живая душа в это не верила. Но я в себе не сомневался. После каждой тренировки оставался минут на сорок.

Помню, в сборной при Малофееве в 85-м тренировки были по вечерам. Так я утром брал второго тренера, массажиста и спешил на поле. Понимал, что мне это необходимо, - чтоб в отличной форме подойти к решающим играм в отборочной группе. Для попадания на чемпионат мира надо было выиграть три последних матча. И выиграли!

- Многие хоккейные вратари 80-х нынче говорят: "Мне казалось, я был сильнее Третьяка". Некоторые голкиперы вашего поколения тоже твердят, что были не хуже Дасаева.

- Мне смешно. Почему-то ни Чанов, ни Прудников такого не говорят…

- Ошибаетесь. Виктор Чанов в интервью украинским газетам обмолвился, что Дасаева ставили в ворота сборной по политической разнарядке, - поскольку в команде было слишком много киевлян. Тоже смешно?

- Разве может это вызывать что-то кроме улыбки? 12 лет я был основным вратарем "Спартака" и сборной, - и что, по блату? По "разнарядке"?

- Самый недооцененный вратарь?

- За Димку Харина обидно. Стал олимпийским чемпионом, в "Челси" поиграл. Но достоин был большего. А Миша Бирюков? Классный вратарь. Увы, выше "Зенита" не поднялся.

- В ваши времена Малафеев сидел бы за спиной Бирюкова?

- Едва ли. И Слава, и Игорь Акинфеев - вратари толковые. Сильных голкиперов и в других командах немало. Но многим не дают раскрыться. Чем хорош был Бесков? Если верил в человека, то до конца. Не дергал, когда тот ошибался. По себе знаю. Бесков говорил: "Лучше иметь одного Дасаева, чем троих". В те годы вратари были лицом клуба. В Киеве блистал Чанов, в Тбилиси - Габелия, в Ленинграде - Бирюков, в Днепропетровске - Краковский. А теперь тренеры отправляют вратарей в запас после первой же ошибки.

В ТРАМВАЕ С ФАТЮШИНЫМ

- Работая и в сборной, и в "Торпедо", вы заключали с игроками пари на пропущенные мячи. Часто проигрывали?

- Всего раз. Спорили обычно на безалкогольное пиво.

- Бывший вратарь сборной СССР Борис Разинский в 70 лет по утрам пробегал по 15 километров. Вы сейчас сколько осилили бы?

- Ох, больше всего на свете я ненавидел кроссы! Для меня это такая пытка! Лучше три часа прыгать от штанги до штанги за мячом, чем полчаса кружить вокруг поля. Убивала монотонность. К счастью, у Бескова вся работа строилась с мячом, кроссов было мало. Зато в сборной Лобановский гонял нас будь здоров. Его любимое упражнение - "шесть по триста". Для вратарей - никаких исключений.

- Тони Шумахер, показывая свои руки, говорил: "Ломал каждый палец. И помню историю каждого перелома". Вы тоже помните?

- Впервые палец сломал пару дней назад на тренировке в "Торпедо". Вывихов, ушибов хоть отбавляй, а от переломов Бог уберег. Не забыть, как в матче с "Торпедо" Валера Филатов шипами прошелся по руке. Я был уверен - перелом. Но и там обошлось.

- У вас тонкие пальцы.

- От многих слышал. Врач, когда делала рентген мизинца, сказала: "Всегда поражалась вашим пальцам. Не вратарские они, а музыкальные…"

- Раньше актеры дружили с футболистами. Сегодня с кем-нибудь поддерживаете отношения?

- С Хазановым. Были с женой у него на юбилее, ходили на спектакль. Раньше у меня было много друзей в театре Маяковского. Уже никого в живых - ни Фатюшина, ни Ромашина, ни Гундаревой… С Леоновым общался, но реже. Однажды приехал в отпуск в Астрахань и узнал, что у Леонова там гастроли. После спектакля пригласил его в гости. Палыч отвечает: "Без коллег не могу" - "Нет проблем, бери, кого хочешь".

- С Леоновым были на "ты"?

- Да, несмотря на разницу в возрасте. Палыч не терпел официоза. И тогда ко мне домой они явились большой компанией - Леонов, Гердт, еще кто-то. Жалко, в Москве с Палычем пересекались нечасто. Вот с Фатюшиным и Новый год вместе отмечали, и дни рождения. Он у меня был свидетелем на первой свадьбе. В новое время жизнь у Саши не сложилась, как и у многих актеров его поколения. То была работа, то нет. Иногда он бросал пить, но общая неустроенность давила. Вот сердце и не выдержало. Детей у него не было.

Кто-то из великих сказал: "Потери и несчастья отщипывают по кусочку от нашего духа". Я чувствую, насколько мне не хватает родителей. И Фатюшина не хватает.

- Правда, что вы с ним познакомились в трамвае?

- Да. Удивительный случай. Фатюшин сам подошел: "Как там "Спартак"? Я понятия не имел, что за мужик. Думал, обычный болельщик. Тогда как раз выходил фильм "Москва слезам не верит", вот после него Фатюшина узнала вся страна.

- С ума сойти - Дасаев ездил в трамвае?!

- Что тут особенного? Я и после возвращения из Испании в 97-м долго общественным транспортом пользовался. Все улицы московские позабывал, боялся садиться за руль. И сейчас бы с радостью ездил на метро. Но раз сунулся в час пик и решил: отныне только на машине.

ГАВРИЛА - ХУЛИГАН

- Как считаете, через десять лет вас будут узнавать на улицах?

- Будут. Я благодарен тем отцам, которые объясняют малышам, кто такие Дасаев, Черенков, Гаврилов. В голове не укладывается: подходит семилетний шкет и просит автограф. Прекрасно знает, кто я такой. Родители научили!

- Черенков нам рассказывал, что запросто может в метро разговориться с каким-то поклонником, даже проехать свою остановку.

- Верю, Федор на такое способен. Я остановку, конечно, не проеду, но с человеком поговорить всегда минутку выкрою.

- Жена-испанка освоила московские дороги?

- Я за нее очень боялся, отговаривал как мог. Но Мария с 17-ти лет за рулем, водит прекрасно.

- Когда с ГАИ проблема - вас вызывает?

- Да, бывало, трубку гаишнику передавала. По-русски объясняется с трудом, но понимает практически все. За десять лет Мария ко всему в России привыкла. Уже ничем не удивишь. Разве только одним: почему постоянно повышают цены?

- Даже такой ас, как Гаврилов, который с детства водит автомобиль, не избежал бед на дороге.

- Потому что Гаврила - хулиган! И ездит по-хулигански - вот и беды. У меня проблем не было, тьфу-тьфу. Без аварий.

- Сын Мигель учится в институте?

- Поступил в РГУФК.

- Настолько хорошо знает русский, что на экзаменах никаких сложностей?

- Он у меня в русской школе учился с первого класса. Сейчас поедет с группой тренеров из ВШТ в Испанию, будет им переводить.

- Не так часто у человека в вашем возрасте снова появляются дети. Причем от жены, с которой прожил долгие годы. Как решились?

- Когда приехали в Россию, Мария очень хотела еще ребенка. Двое к тому моменту было. Родилась Алия. Через два года Салим. Я не возражал. Чем больше детей, тем лучше.

- При маленьких детях чувствуете себя гораздо моложе?

- Вот это в точку. Про возраст в семье забываю. Не чувствую, что мне за пятьдесят.

- С Марией вы вместе лет пятнадцать?

- С 94-го, но поженились не так давно. До этого обходились без штампа в паспорте. Жили и жили. Потом подумали: как-то не по-людски - дети растут, а мы не зарегистрированы.

- Ваши братья, родной и двоюродный, - серьезные бизнесмены. Неужели вас не пытались подтянуть?

- Я люблю свое дело. Хочу работать в футболе. У братьев строительный бизнес. Я ни бельмеса в нем не понимаю. Они зазывали - но чем могу им помочь? Да и обжегся я на магазине в Испании…

- Вы неоднократно бывали в Монако по делам УЕФА. В казино заглядывали?

- Разок зашел из любопытства. Быстренько проиграл сто долларов и откланялся. Я не любитель азартных игр.

НЕ ДОИГРАЛ

- Сколько раз бросали курить?

- Один. Я тогда в Севилье жил и уже закончил карьеру. Продержался два месяца, не самые простые в моей жизни. Начал стремительно набирать вес и опять закурил.

- На вас посмотреть - близки к игровым кондициям.

- Я стараюсь! Держу себя в форме - на поле вес мешает. Очень тяжело играть, задыхаешься, на коленях сразу сказывается. Тем более, на моих, больных. Знаете, я пришел два года назад в "Торпедо" - весил 106 кг. Потому что ничего не делал. А сейчас 13 кило сбросил. Сам себе поставил задачу - и справился.

По-хорошему завидую самому себе молодому. Особенно когда выхожу играть за ветеранов. Понимаю, какая замечательная у меня была юность. Дотрагиваюсь до перекладины - и все вспоминаю. Иногда мне бывает больно смотреть сегодняшний футбол - оттого, что сам не играю. Тут же мысли - что сделал бы по-другому, если б все вернуть?

- Вы тот человек, который выжал из себя максимум?

- Нет, запас оставался приличный. Я это чувствую, играя за ветеранов. Не имею права сыграть плохо. Дасаев есть Дасаев. Даже в 51 год.

- Недавно видели в ветеранском матче Прудникова. Поразились игре. И подумалось: сколько ж он не доиграл…

- Вот! Правильно! Я тоже думаю: а сколько я не доиграл?

- Сколько?

- Закончил в 35, - но если б вернулся в Россию, спокойно играл бы до сорока. Впрочем, не мне жаловаться на судьбу. Многое сбылось. Мечтал стать лучшим вратарем мира - и стал. С первой семьей не сложилось, но родились две чудесные дочки. Эльмира стала чемпионкой Испании по художественной гимнастике. Кристина тоже в спорте. Второй брак удачный, четверо детей. Супруга в трудную минуту мне помогла и до сих пор помогает. У меня полно друзей. Братья во всех делах за меня переживают.

- В пятьдесят жизнь только начинается? Тем более, когда ни одного седого волоса?

- Продолжается. И у меня - довольно бурно. Сидеть дома не могу. Мне нужно движение, я так к нему привык!

- Сергей Гоцманов водит в Америке школьный автобус и говорит корреспондентам печальные вещи: "Я разучился мечтать".

- Я всегда мечтаю. Что раньше, что сейчас.

- О чем?

- Детей на ноги поставить. Быть востребованным.

- У вас на этот счет сомнения?

- А черт его знает… Прошел же через период, когда никому я не был нужен. В той же Испании всякое случалось. Если б сам не пришел, не поговорил - может, и не работал бы в "Севилье" тренером вратарей. Хоть ненавижу ходить и просить.

- У вас счастливая натура - во многом остаетесь мальчишкой. Или нам показалось?

- Вы правы, я мальчишка! Стариком всегда стать успеешь. В глубине души чувствую себя пацаном. Я зимой и с ледяной горки прокатиться могу. Иногда за ветеранов хочешь прыгнуть как прежде - но уже не получается, к земле тянет. Только в этот момент понимаю, что мне не восемнадцать…

 

Юрий ГОЛЫШАК, Александр КРУЖКОВ

http://news.sport-express.ru/online/ntext/26/nl268776.html

«Забить гол Дасаеву – значит войти в историю». Коллеги вратаря рассуждают о том, как было сложно забить Ринату Дасаеву

Советский Спорт, 28 июня 2012 года
Количество просмотров: 1215

Фото

СЛОВО О ВРАТАРЕ. В прошлую среду Ринату Дасаеву стукнуло 55. В 1988 году он был признан лучшим вратарем мира, и с тех пор имя его стало легендарным. А про таких много ходит и баек, и мифов, и, само собой, настоящих былей. Об этом – коллеги Рината.

Рамаз ШЕНГЕЛИЯ нападающий сборной СССР (1979–1983):

– Забить гол Ринату – значит войти в историю. Помню, мы проиграли «Спартаку» в Тбилиси (1:3), но мне удалось забить головой в падении – мяч рикошетом от травы юркнул в ворота. Гордость переполняла меня. Мой рост – 173 см, а Ринат – быстрый, мощный, высокий, как кипарис. После каждого матча со «Спартаком» мы всегда собирались с друзьями-соперниками в грузинском ресторанчике, и сегодня мой дом всегда открыт для Рината. Пусть живет счастливо семья Рината

Владимир ГУЦАЕВ нападающий сборной СССР (1972–1982):

– Что ты, дорогой, я Дасаеву и не забивал, – удивляется Гуцаев вопросу «ССФ». – У нас в команде Ринату, пожалуй, только Рамаз (Шенгелия) и Давид (Кипиани) голы забивали… Попробуй, забей такому красавцу. Говорят, Ринат бросался на нападающего с мячом ногами вперед, а я не помню, чтобы он хоть раз меня травмировал. От всего сердца передайте Ринату поклон и наш грузинский тост: пусть воспитает нового великого вратаря из своего сына Салима!

Евгений ЛОВЧЕВ защитник сборной СССР (1969–1977):

– Дос (прозвище Дасаева) пришел в «Спартак» в 1977 году – худенький такой, скромный. Но за пару лет сумел вытеснить из основного состава лучшего вратаря СССР – Александра Прохорова. Константин Иванович Бесков разглядел в юном вратаре талант, и Ринат не подвел: когда впервые вышел в основе, отыграл на ноль. К тому времени я уже перешел в московское «Динамо». Против «Спартака» я играл в двух матчах – гол Дасаеву не забил, о чем ни капли не жалею. Каждый замечательный вратарь привнес в игру свою фишку: Лев Яшин стал вбрасывать мяч рукой, Маслаченко далеко выбивал мяч кулаком, Дос здорово играл на выходе и, перехватив передачу соперника, мгновенно отправлял мяч Юрию Гаврилову, делая по сути первый голевой пас…

Леонид БУРЯК полузащитник сборной СССР (1974–1983):

– Мне чаще всего в чемпионате СССР доводилось забивать голы Дасаеву, и порой совершенно курьезные, за что Ринат получил от меня прозвище Булочка. В сборной я подшучивал над ним: «Давай-ка, Булочка, становись в ворота, я тебя потренирую, как мячи ловить». Ринат же разводил руками: все одно ты забьешь, сколь ни тренируйся.

Валерий ГАЗЗАЕВ нападающий сборной СССР (1978–1983):

– Забивать голы в ворота Ринату Дасаеву мне приходилось по роду профессиональной деятельности. Чего их вспоминать теперь, тем более когда у уважаемого человека такой праздник? Скажу одно: забить гол лучшему вратарю мира было невероятно сложно, потому что Дасаев великолепно предугадывал развитие атаки и направление удара нападающего.



Станислав ЧЕРЧЕСОВ вратарь сборных СССР/ СНГ/России (1990–2000):

– Я часто жил с Дасаевым в одном номере во время сборов. Тренируясь с ним, многое подмечал для себя. Голы забивал Дасаеву только с пенальти, когда зарубались, кто больше забьет из пяти ударов друг другу по воротам. Мой самый памятный матч с участием Дасаева – СССР – Бразилия на ЧМ-1982 в Испании, после него о Дасаеве заговорил весь мир. Ринату не нравились мои усы: «Бабай, да сбрей ты эту растительность», – говорил он мне. Сбрил, а он не увидел – уехал со сборной на турнир в Индию. И еще… Глубоко не прав тот, кто думает, что Дасаев играл без эмоций.

Сергей АНДРЕЕВ нападающий сборной СССР (1979–1983):
 
– Много ли забивал Татарину (такое прозвище ему дал Хидя)? Достаточно, чтобы гордиться. И победный гол в финале Кубка СССР (1981), и в 1980‑м, и в Ростове – в падении головой. А один раз Татарин чуть меня не убил. За две недели до чемпионата мира в Испании (1982) второй состав разгромил в Новогорске основу сборной СССР – 8:2. Играя за вторую команду, я забиваю Дасаеву два или три. Через три дня снова двусторонка – 1:1, и я снова забиваю. В следующем контрольном матче счет 3:3, и вновь мне удалось отличиться.
 
Ребята давай «травить» Дасаева: «Похоже, разбуди Андрика (мое прозвище) среди ночи – он тебе снова забьет»… На тренировке основа била из-за штрафной Дасаеву, а второй состав разминал Чанова. Слышу, меня зовут из дасаевской штрафной: эй, Андрик, у нас тут никто Татарину забить не может… Устанавливаю мяч по центру, метрах в двадцати от ворот Дасаева, разбегаюсь и… мой голеностоп наполовину вонзается в дерн, а мяч несильно летит в штангу и отскакивает в сетку. Все, кто там был, упали на колени, держась за животы.
 
Надо было видеть глаза Татарина. «Убью!» – крикнул он и устремился за мной. Я не стал ждать и убежал в свой номер. Даже на ужин не пошел – черт знает, что у вратарей на уме…
В последнем контрольном матче перед встречей с Бразилией наш второй состав сборной СССР уступил основе – 1:2. За пять минут до конца игры при счете 2:0 
 
Татарин снял перчатки и крикнул: «Дулю тебе, Андрик, а не гол». «Подожди», – ответил я. И на 87‑й минуте, обыграв Балтачу на правом углу штрафной, точно пробил в ближний угол ворот. Снова гол! «Ты, – кричу, – Татарин, для меня – булка с маслом, черной икрой и бутылкой шампанского в придачу»…
 
А вообще Дасаев – великий вратарь, на «втором» этаже до сих пор в мире так здорово никто не играет. Единственным его слабым местом были пенальти. Хотя именно Ринат сумел прервать голевую серию пенальтиста Плоскины и вынудил промахнуться Зико с точки в 1980 году в Бразилии, когда мы южноамериканцев обыграли – 2:1.
 
Я за спиной Зико как раз стоял. Если бы бразилец и попал в нижний угол – Ринат его уже перекрыл (победный гол бразильцам в том матче забил именно Андреев. – Прим. ред.)…
Счастья Ринату желать не буду, у него и так шестеро детей, а вот здоровья – от всей души.


Юрий ГАВРИЛОВ полузащитник сборной СССР (1978–1985):
– Забил Ринату, когда после ухода из «Спартака» играл в 1986 году за «Днепр». Удался обводящий удар из-за штрафной. Говорят, на тренировках Бесков запрещал добивать мяч в ворота Дасаева, дабы сберечь его психику… Я помню другое, как Константин Иванович на тренировке просил Дасаева спокойнее реагировать на добивания, после того как Ринат отражал сложный мяч… Брали мы Рината и в «квадраты» – он и на «первом» этаже был в порядке. Ринат и сейчас не растерял вратарскую реакцию.
 
 
Вагиз ХИДИЯТУЛЛИН защитник сборной СССР (1978–1990):
 
– Автоголы в официальных матчах я Ринату не забивал. Когда ушел в ЦСКА, тоже не вышло забить «Спартаку». Зато после тренировок вместе с Ринатом козла забивали частенько, с упоением резались и в другие азартные игры. Я Доса «перочником» звал: за какую бы игру ни брался, Ринату везде перло – фартовый очень игрок и невероятно эмоциональный. Страсть как не любил проигрывать. Другого такого отчаянного спорщика я в жизни не встречал. Спорить Ринат мог обо всем, даже не шибко разбираясь в предмете спора…
 
– Стало быть, и с тренерами Дасаев спорил до хрипоты?
 
– Нас тренировали мудрые люди, они могли обратить в шутку желание Рината поспорить. Да и зачем Бескову накалять обстановку... Каждому игроку необходимо тренерское доверие, а вратарю особенно. Константин Иванович доверял Ринату всецело. Помните кричалку болельщиков: «От Москвы до Гималаев король воздуха – Дасаев»? Так вот мы даже специально давали чужим защитникам возможность спокойно навешивать в штрафную «Спартака». Защитник освободит свою зону, туда устремляется Гаврилов – и Дасаев, перехватив навес, закидывает мяч точно Юре в ноги…
 
- Жива байка актера Александра Фатюшина, как вы в пять утра приехали в Тарасовку на свадьбу к Дасаеву со словами «Ринат меня и не в такое время будил» и подняли вратаря, чтобы продолжить праздник… Так в какое время вас мог разбудить Ринат Дасаев?
 
– Да в любое. Мы же часто в одной комнате жили. Помните анекдот про сборную СССР, в которой играют девять хохлов и два татарина? Два татарина – это про нас с Досом, куролесили мы прилично, но сейчас об этом молчок, мы же люди семейные. А Рината я как брата люблю. В любое время дня рад встрече с замечательным другом. Через радио «Маяк» на Украине вместе с Евгением Ловчевым поздравили Рината с юбилеем, а в Москве обязательно отметим юбилей Доса. 
 
ГОЛЫ ОТ НАРОДА
 
Ринат Дасаев (на фото)
В октябре 1998 года в Алма-Ате проходил один из серии прощальных матчей Рината Дасаева. Играла сборная ветеранов сборной СССР и ветераны «Кайрата». Казахи здорово подготовились к матчу, на трибунах было тысяч двадцать болельщиков. А изюминкой стала серия пенальти в ворота Рината от десяти победителей какого-то народного конкурса. Под вой трибун бил пузатый предприниматель, бил очкарик-студент, школьник… Даже директор местной швейной фабрики в галстуке и модных туфлях! Два раза попали в штангу… Но пятый и шестой пенальтисты в тот вечер были народными героями – их качали у кромки поля.

 

Карманов Р.

http://www.sovsport.ru/gazeta/article-item/533192

СЕВИЛЬСКИЙ ШЛАГБАУМ ДАСАЕВА

Спорт-Экспресс, 16 февраля 2007 года
Количество просмотров: 1080

Фото

Специальные корреспонденты "СЭ", совершающие турне по Испании, прошли по следам лучшего вратаря мира-88 Рината Дасаева, который играл и работал в Севилье в конце 80-х - начале 90-х годов.

ПЕСНЯ О ЛЕНИНЕ

В начале 90-х в России еще не было легионеров по-настоящему высокого уровня. Поэтому нам, в сущности, не с чем сравнивать. Ну вот представьте, что в "Динамо" тех лет, например, приехал бы бельгийский вратарь Жан-Мари Пфафф. Или английский форвард Гари Линекер. Отыграл бы года два-три - и уехал. Как думаете, помнили бы его лет этак через шестнадцать в Москве? Сто процентов. Вот и лучшего вратаря мира 1988 года Рината Дасаева в Севилье помнят.

Но нет в нашем примере, как ни крути, чистоты эксперимента! Пфафф или Линекер были бы тогда в любом российском, советском и даже восточно-европейском клубе тунгусскими метеоритами, которые падают один раз, зато воронку в памяти оставляют на несколько поколений. А Дасаев приехал в Испанию яркой, но малоизученной в человеческом плане звездой. Не знал языка, терялся, робел поначалу со своим полуастраханским полумосковским менталитетом в жизненных ситуациях, привыкал к мощи футбола, в котором очутился, и к самой пиренейской стране. Кроме того, голкипер номер один вовсе не был в Испании инопланетянином. Достаточно сказать, что примера всегда собирала алмазы мировой величины. А несколько лет спустя в "Севилью" перешел не кто иной, как Марадона, способный стереть в болельщиках память обо всем, что было до него и даже о том, что будет после него.

О Дасаеве - не стер. Русского голкипера на берегах реки Гвадалквивир, название которой следовало бы сделать логопедическим тестом, до сих пор вспоминают с большой теплотой и любовью. Кстати, если кому не нравится слово "русский", можете употребить на свой вкус прилагательные "татарский", "советский" или "российский". Но знайте: в памяти андалусских болельщиков голкипер зафиксирован безоговорочно в первом варианте.

При всем этом собирать информацию о Дасаеве, выступавшем за "Севилью" с 1989 по 1991 год, - сущее наказание. О нем все знают и охотно говорят, но делают это без малейшего намека на конкретику. Как ходоки о Ленине после возвращения в родное село. "Видели вождя?" "Ух, видели!.." "А какой он, Ленин?" "Он тако-ой, тако-о-о-ой!.. Добрый, вот он какой. И справедливый!"

- Хороший мужик, все говорят. Ни от болельщиков, ни от игроков, ни от руководства ни одного худого слова о Дасаеве не слышал.

Александру Кержакову, которому принадлежат эти слова, простительно. В "Севилье" он всего полтора месяца и потому лишними деталями голову пока не загромождает, и без того впитывая гигабайты информации. Но вот вам воспоминания спортивного директора "Севильи" Рамона Родригеса "Мончи", который не только выступил инициатором сделки по приобретению самого Кержакова, но и в свое время в течение двух лет являлся дублером Дасаева в воротах "Севильи", после чего еще и тренировался под его началом.

- Мне выпало счастье находиться рядом с человеком, который с детства был моим идолом, - сказал нам Мончи. - Два сезона я играл вместе с Дасаевым, а потом он меня тренировал. В его бытность действующим футболистом ни о какой конкуренции между нами не могло быть и речи. Кто был Дасаев и кто был я, представьте! Я ему чуть ли не в рот заглядывал. А он с удовольствием открывал мне, тогда еще начинающему голкиперу, секреты вратарского искусства. Вообще Дасаев считался в Севилье большой знаменитостью. Несмотря на свой звездный статус, в общении он был прост и никогда не позволял себе смотреть на других свысока. Потом перешел на тренерскую работу, которая, казалось, очень его увлекла. Дасаев многому меня научил. В те времена я не раз говорил ему слова благодарности. А теперь, пользуясь случаем, хотел бы вновь сделать это через вашу газету.

ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ - ГРУСТНЫЙ ПРАЗДНИК

В этом месте нам захотелось перейти на долгие и продолжительные аплодисменты. Сеньора Мончи мы тоже поблагодарили от лица "СЭ" и от себя лично. Пусть даже он и не стал рассказывать о своих нынешних отношениях с Дасаевым, о том, как во время визитов нашего вратаря в Севилью, которые случаются минимум раз в году, они с Мончи непременно встречаются в каком-нибудь ресторанчике и продолжительно беседуют на темы, известные только им двоим.

Но ведь о том, что Дасаев был великим вратарем, мы знали и без Мончи. Более того, мы знали об этом больше Мончи. А в Севилью приехали для того, чтобы узнать хоть что-то о закате великой дасаевской карьеры, который, как принято считать в России, мог быть ничуть не менее ярким, чем ее рассвет. В процессе того, чем мы занимались, нам изо всех сил хотелось избежать подозрений в "раскопках". Потому что одно дело - выудить на свет что-то глубоко личное и совсем другое - познать неизвестное, которого во всей этой истории хватает. Первого следует избегать, вторым активно заниматься - таковы правила игры. И мы о них помнили.

Сам Дасаев крайне неохотно вспоминает последние годы своей севильской жизни. Известно, однако, что первый удар под дых он получил на том же космодроме, с которого был запущен в космос - в сборной СССР. На чемпионате мира-90 в Италии Валерий Лобановский отправил Дасаева в запас после поражения в первом матче группового турнира от румын. Следующий матч с аргентинцами он провел на скамейке запасных - впервые в финальных этапах чемпионатов мира. Именно в тот день, 13 июня, Дасаеву исполнилось 33 года.

Он никогда не говорил, что тот случай его как-то надломил или потряс. Возможно, потому что этого и в самом деле не произошло. Вратарь вернулся в клуб, с энтузиазмом взялся за дело, стремясь доказать свою силу, рвался выступить в Кубке УЕФА, что для "Севильи" в те годы было большим праздником. Однако получил второй удар судьбы - начались хронические проблемы с коленями. Дасаев перенес три операции. Удачными они оказались или нет, вопрос темный. Но именно после третьей руководство клуба решило наигрывать нового вратаря. С Дасаевым летом 1991 года контракт продлевать не стали. И вот тогда он испытал настоящий шок. С момента признания его лучшим голкипером мира прошло всего лишь два с половиной года.

Попытки "Севильи" продать Дасаева оказались не слишком усердными. Сам он ехать в Бразилию на не слишком привлекательных условиях отказался. 34 года, новая страна, новый язык... Других предложений ему и клубу не поступило. И Дасаев оказался у камня на перекрестке семи дорог: куда ни пойдешь, ничего не найдешь. Хотя и терять вроде было уже нечего.

АЛЬФОНС БЫЛ XIII

Роберто Арроча, считающийся в Севилье самым близким к одноименному клубу журналистом, вывел нас на человека по имени Пабло Бланко, который является исполнительным директором "Севильи" и возглавляет клубную школу. Арроча сказал, что Бланко считает себя другом Дасаева. И тот это подтвердил.

- Я действительно считаю Рината близким человеком. Потому что давно знаю его, уважаю и ценю. Кстати, 19-летнего Мончи, дасаевского дублера и сменщика, в свое время привел в команду тоже я. Теперь он мой начальник.

Должно быть, Мончи приятно иметь такого подчиненного, как Бланко. Внешне он слегка подкопчен и обветрен, напоминая статью знаменитого динамовца Виктора Царева в чуть более молодые годы. Но если бы дело было только в этом! Бланко за пять дней нашего пребывания в Испании стал едва ли не единственным, кто встретился с нами в том месте и в то время, о которых мы договорились по телефону. Для страны, где никто никуда не спешит, - безумная педантичность.

Бланко провел нас в клубный офис на стадионе "Санчес Писхуан", возле которого мы, собственно, и встретились, усадил в своем кабинете и принялся рассказывать.

- Рината пригласили, чтобы поднять имидж клуба. Так я думаю. Ну и чтобы игру усилить, понятно. Город стоял на ушах: "К нам приехал лучший вратарь мира"! Вы знаете, должно быть, в те времена "Севилья" была средненькой командой, а футболистов уровня Дасаева болельщики видели только по телевизору. Это через пару лет только, когда к нам перешел Марадона, "Севилья" стала знаменитой во всем мире.

-То есть приняли Дасаева у вас по-доброму?

- Он моментально завоевал симпатии болельщиков, хотя разговаривал поначалу на совершенно жуткой смеси русского с андалусским. Шучу, в данном случае речь скорее не о языке, а об акценте. Так вот, болельщики, помню, даже посвятили ему песенку: ля-ля-ля, мол, жу-жу-жу забить Ринату невозможно, потому что он закрывает собой все ворота. А еще я помню, что цвет дасаевского свитера вошел в моду в городе.

-Неужели вся Севилья ходила в желтом?

- Ну не вся, но молодежь точно. Его вообще обожали дети. Вы разве не видели по дороге в кабинет большое фото в коридоре, где Дасаев снят вместе с юными игроками "Севильи" на заполненном стадионе? Тогда пойдем, покажу... Все шло у него как будто совсем неплохо. Но вот последние два года из тех пяти, что Ринат числился в "Севилье", стали для него настоящим испытанием. Он остался без работы, обострились семейные проблемы. Да, он развелся, но о причинах мне ничего не известно. Жену помню, симпатичная была, гимнастка. (Нелли Гааз в свое время входила в сборную СССР. - Прим. авт.) Мне казалось, она была более закрытым человеком, чем Дасаев, не любила шума и гостей. Сейчас его первая семья перебралась в Сарагосу, где есть сильная гимнастическая школа. Старшая дочка Дасаева тоже ведь достигла больших высот в этом виде спорта, стала, если не ошибаюсь, чемпионкой Испании.

А тогда у Рината ко всему прочему еще и попытка организовать свой бизнес завершилась полным провалом. Один человек - не из клуба, нет - открыл вместе с Дасаевым спортивный магазин. И ничего у них не вышло. Магазина уж нет давно, но вы можете туда прогуляться. Тут рядышком, за стадионом, спросите у любого, вам покажут, где это было. Так вот, партнер Рината жестоко обманул. После всех его травм, мучительных болей в ноге он получил еще и этот психологический удар. Для лучшего голкипера мира, вынужденно расставшегося со своим имиджем, это было, пожалуй, уже чересчур.

-В России накоплен большой опыт борьбы со стрессами. Жаль только, что методы разнообразием не отличаются...

- Знаете, Дасаев любил пиво, но, по-моему, никогда не злоупотреблял. По крайней мере я ни разу не видел его пьяным в стельку. Да и не выделялся он особо на общем фоне. Принято считать, что в Севилье народ живет на улице: празднует, веселится, выпивает, закусывая хамоном и креветками. Креветки, кстати, Дасаев чистил быстрее всех на свете.

-Говорят, он дважды побывал в автомобильных авариях?

- Причем на одном и том же месте - возле отеля "Альфонс XII". Или XIII? Ты не помнишь, Луис (обращаясь к пожилому подчиненному). Ага, XIII был Альфонс, я так и думал. Почему именно там, не знаю. Но разбивался он не сильно, это точно.

-Сейчас вы с ним видитесь?

- Иногда общаемся. В последний раз это было в прошлом году, когда футбольная академия Дасаева приглашала нашу команду 1991 года рождения принять участие в представительном международном турнире. Мы, правда, отказались, посчитав, что 18 тысяч евро за поездку юниоров в Москву - слишком дорого. Бюджет "Севильи" в этом сезоне больше, чем был тогда, когда клуб еще не выиграл Кубок УЕФА и Суперкубок Европы. Сегодня он составляет 60 миллионов евро. Футбольной школе достается восемь процентов от этой суммы, то есть почти 5 миллионов. С одной стороны, немало, но деньги все равно приходится считать. Знаете почему? Вот смотрите. (Достает из стола схему организационно-штатной структуры клуба.) На самом верху - президент и владельцы, чуть ниже Мончи, под ним я. Слева две профессиональные команды "Севильи" - первая и дубль, справа - администрация. А дальше - еще 22 "Севильи"! Это и есть школа. Из одних только семилеток составлено 6 команд разных уровней и целых четыре команды - из еще более юных футболистов. Есть что-то вроде второго дубля, любительского, это "Севилья-С". И женская команда, конечно, как же без женщин! 21 человек в тактико-техническом департаменте, 9 тренеров по физической подготовке, 9 психологов, работающих со всеми возрастами, врачи, физиотерапевты, массажисты.

-И что, для всех 9 психологов находится работа?

- Да они ею просто завалены! Ведь обслужить надо все 24 наши команды, включая женскую. Кроме того, один психолог специально занимается с теми, кого надо подвести к завершению карьеры, подготовить к нефутбольной жизни. Жаль, во времена Дасаева такого человека у нас в клубе еще не было.

ДАСАЕВ И "БЕТИС": МИССИЯ НЕВЫПОЛНИМА

Мы действительно пошли посмотреть на место, где раньше был дасаевский магазин. И действительно спросили о нем у первого встречного. Точнее - у встречной. Прав был Бланко - она все знала. "Пройдете сто метров по улице, засаженной апельсинами, на углу увидите парикмахерскую. Там будет то, что вам нужно".

Мы зашли внутрь. В воздухе висел аромат гелей и лаков, цирюльники (севильские, что характерно) трудились в поте лица. Нам навстречу вышел улыбчивый мучачо. Мастер педикюра, судя по пилочке в руках. Он тоже знал про Дасаева и его магазин. И потому отправил нас еще на два дома дальше, к автозаправке. Где третий персонаж, совсем уж юный пухлячок, подтвердил прибытие в конечную точку.

Заведение было закрыто и к тому же ремонтировалось изнутри. Запах рискового бизнеса, вратарских надежд и разочарований выветрился из него окончательно. И тогда мы развернулись и пошли по апельсиновой падалице на встречу с еще одним футбольным странником - бывшим форвардом "Динамо" и "Бетиса" Вели Касумовым, большое интервью с которым в исполнении Александра Кружкова вы можете прочитать в сегодняшнем выпуске "СЭ-футбол".

Мы же спрашивали Касумова в основном о Дасаеве. Вели сказал, что видится с ним, когда тот приезжает, подтвердил, что его партнер по бизнесу был чуть ли не профессиональным деловым жуликом и растворился с деньгами. Поведал о "курве" (по-испански - поворот), в которой, если бы на ней дважды не разбился Дасаев, не было бы ничего примечательного, а так о ней знает весь город. И затронул еще один любопытный момент.

Касумов очень хочет трудоустроиться в большой футбольный клуб. Работа в структуре клуба примеры, даже не на самом организационном верху, а в школе, допустим, считается в Испании престижной и денежной - потому и спрос на нее велик. Но вариант у Касумова один - "Бетис", поскольку в "Севилью" ему, как бывшему игроку "Бетиса", путь закрыт. Отношения вечных конкурентов, в которых сложным образом замешан еще и соседний "Кадис", абсолютно исключают обмен даже бывшим кадрами. Это правило не распространяется почему-то лишь на главных тренеров. Хуанде Рамос, к примеру, нынче работающий в "Севилье", раньше тренировал "Бетис".

А вот Луис Арагонес, главный тренер сборной Испании, прошел обратный путь. Когда-то он возглавлял "Севилью", в которой и познакомился с теряющим надежды на нормальную жизнь Дасаевым. Арагонес решительно "приподнял" Рината, сделав его из детского тренера тренером вратарей и наблюдателем за будущими соперниками "Севильи". А когда ушел в "Валенсию", хотел взять Дасаева с собой, но на новом месте не нашлось вакансии. Затем Арагонес возглавил "Бетис". И тоже предложил русскому вратарю работу. "Не могу его взять, меня задушат болельщики", - развел руками президент "Бетиса". Так судьба в очередной раз опустила перед Дасаевым шлагбаум.

ИСПАНЦЫ ВСЕГДА БОЛЕЛИ ЗА "ТОРПЕДО"

Несколько лет назад Дасаев признался, что ему очень не хватало в Испании... двухразовых спартаковских тренировок. Он привык работать много, оставаясь еще и после занятий, а в "Севилье" народ быстро расходился по машинам, и некому было по воротам постукать. Если так, то можно себе представить, что чувствовал Дасаев, оставшись в один прекрасный день и без двухразовых тренировок, и без одноразовых, и вообще без работы, семьи и заработка. Авиадиспетчеры, думаю, сказали бы про него в тот период, что он пропал с экранов всех радаров. За четыре года Ринат лишь единожды побывал в России, прилетев на похороны отца.

А в 98-м родственники и журналист "Комсомолки" Сергей Емельянов вратаря все-таки разыскали. И помог им в этом знаменитый баскетболист Хосе Бирюков, которому мы позвонили позавчера из Севильи в Мадрид.

- Все началось со звонка из Москвы - мол, помогите найти Дасаева. В то время мне как раз часто приходилось бывать в Севилье, вот и обратился к знакомому в футбольном клубе. Оказалось, Ринат регулярно видится с одним из сотрудников "Севильи", которому передали мой телефон. И Дасаев, представьте, перезвонил. А в Москве считали, что человек чуть ли не пропал без вести.

Обнаружил его, когда встретились, не в лучшем состоянии. Ринат выглядел уставшим, небритым, худым и, как это сказать... Да, изрядно потрепанным. А как вы думали - нам, спортсменам, порой нелегко дается уход из большого спорта. Слышал, что у него были проблемы в личной жизни, жена домой не пускала. Какая именно жена - русская или испанская? Вот этого, извините, не могу сказать. Хотя с русской женой у кого не бывало проблем? (Смеется.)

Сейчас Дасаев выглядит гораздо лучше, чем тогда, в 98-м. Откуда знаю? Был недавно в Москве, видел по телевизору рекламу с его участием. Где он сейчас работает, говорите? В "Торпедо"? Замечательно - испанцы всегда болели за эту команду, потому что там играли Гомес и Посуэло. Напишите, что я очень рад за него.

Евгений ДЗИЧКОВСКИЙ, Максим КВЯТКОВСКИЙ

http://www.sport-express.ru/newspaper/2007-02-16/8_1/?view=page

Вратарь республики

Итоги, 25 июня 2013 года
Количество просмотров: 883

Фото

Болельщики московского «Спартака» ликуют: в клуб вернулся их любимец Ринат Дасаев. Один из самых знаменитых стражей ворот советского футбола, в 1988 году признанный лучшим голкипером мира, теперь будет работать с дублирующим составом красно-белых. Вратарь, в адрес которого трибуны скандировали: «От Москвы до Гималаев король воздуха — Дасаев!» или «Легче голову разбить, чем Дасаеву забить!», в середине июня отметил свой 56-й день рождения. Его изрядно помотало по свету, он работал в разных городах и разных командах. Но в итоге все равно оказался в «Спартаке», с которым связана практически вся его футбольная карьера.

— Все возвращается на круги своя, Ринат?

— Возвращается. Я многое попробовал в своей жизни, работал тренером вратарей в различных клубах и сборной России. Держал даже футбольную академию своего имени. Она существовала несколько лет, но потом главный спонсор — казино «Арбат» — прекратил финансирование. В результате проект пришлось свернуть. Зимой меня пригласили поработать в спартаковской академии, тренировать юных вратарей. Кроме того, я много ездил по общеобразовательным школам, проводил мастер-классы для мальчишек. Иногда смотрел на них, и сердце кровью обливалось: координации нет, бегать не умеют, обычные кувырки — и те даются с трудом. Теперь же у меня новая должность, работаю с вратарями дубля.

— За родную команду сердце кровью не обливается? В ваше время «Спартак» задавал тон в отечественном футболе, а сейчас вот уже почти десять лет остается без трофеев.

— Конечно, мне обидно. Еще в середине 90-х «Спартак» был на виду, выигрывал один чемпионский титул за другим. А потом как отрезало. Почему это произошло? Тут целый комплекс причин, так сразу и не ответишь. Надеюсь, в скором времени черная полоса будет прервана. Клуб с такими традициями просто не может находиться на вторых ролях.

— Недавно пересматривал довоенный фильм «Вратарь», эта история написана будто бы про вас: Волга, арбузы, вратарь республики. Признайтесь, Антон Кандидов привел вас в футбол?

— Нет, мое увлечение с фильмом никак не связано. Кино это я, конечно, видел, но, если честно, меня оно никогда не цепляло. Да и вообще с самого начала я занимался не футболом, а плаванием. Были даже определенные успехи, но мне как-то это дело не нравилось. Когда я ушел из бассейна, к нам домой приходили тренеры, выясняли, что случилось, уговаривали вернуться. «У мальчика талант, он может стать олимпийским чемпионом», — говорили они. Но я отказался, и тогда отец, чтобы зря дома не сидеть, отдал меня в группу подготовки астраханского «Волгаря». Папа начинал простым рабочим, дослужился до начальника икорно-балычного цеха и был достаточно жестким человеком. Но сейчас я благодарен ему за это, его требовательность пошла мне на пользу. Он заставлял учиться. Корпеть же за учебниками не хотелось, тянуло во двор. Тем более он был большой, дружный. Зимой мальчишки из соседних домов играли в хоккей, летом — в футбол.

Кроме того, отец внимательно следил за моими спортивными достижениями. Тренер в секции как-то сказал, что я должен как можно больше стоять в воротах. И папа воспринял эти слова близко к сердцу. Мне же хотелось бегать, забивать голы. Когда мы с мальчишками гоняли мяч во дворе, я периодически шел играть в поле. Но, едва завидев отца, возвращавшегося с работы, тут же мчался к своим воротам и вставал в «рамку». Кстати, дворовые игры очень помогли мне в спортивном становлении — это как раз к разговору о современной молодежи. В хоккей мы играли не шайбой, а теннисным мячом. Я стоял в воротах, ловил мячик и тем самым отрабатывал реакцию. Кроме того, в школе мы много бегали, занимались гимнастикой, играли в волейбол и баскетбол. Благодаря им развивались мои лучшие физические качества.

— От матери за рваную одежду и разбитые коленки доставалось?

— Маме футбол поначалу категорически не нравился. А после того как летом 1975-го в своем втором матче за взрослую команду «Волгаря» я травмировал мениск, она и вовсе начала воспринимать его в штыки. С выезда я вернулся с лангеткой на колене, которая вызвала у мамы ужас. «Надо заканчивать с этим футболом!» — разносился по дому ее крик. «Подожди, все образуется», — успокаивал я. Только потом, когда мной заинтересовался московский «Спартак», мама смирилась с моим увлечением. Больше того, приняла его и стала переживать за мою игру. Отец же сидеть перед телевизором не мог. Уходил в туалет, курил там одну сигарету за другой и периодически выглядывал, чтобы узнать счет.

— Классным вратарем вы стали очень быстро, в 1980 году уже выступали за сборную на московской Олимпиаде. К домашним Играм команда готовилась долго?

— Мы начали подготовку еще в 1979 году, когда выиграли Спартакиаду народов СССР. К тому времени уже было решено, что командой будет руководить главный тренер «Спартака» Константин Бесков. Он собрал состав и начал регулярно проводить товарищеские матчи. Главный же подготовительный сбор начался за три недели до старта Олимпиады. По турнирной дистанции мы шли успешно, предстоял полуфинал со сборной ГДР. Однако в день игры на базу приехал председатель Спорткомитета Павлов в сопровождении свиты. Пошли накачки: мол, ребята, не подведите, на вас смотрит вся страна. Такие разговоры настроения не прибавляют, все и так на нервах... Хотя обыгрывать немцев мы должны были по-любому. Но соперник забил нам уже на первых минутах встречи, а потом мяч упорно отказывался идти в их ворота. Один Вагиз Хидиятуллин запорол немыслимое количество голевых моментов, компанию ему составил и Валерий Газзаев. Перед матчем за третье место с югославами на базу вновь прибыло начальство, только уже с другим настроением. Лозунгов и призывов не было, вместо них звучали проникновенные просьбы: надо взять хотя бы «бронзу», без медали будет совсем плохо. С поставленной задачей мы справились, но на душе от этого легче не стало. Финал ГДР — Чехословакия смотрели с одной общей мыслью: на месте немцев должны были быть мы. Это, кстати, оказались единственные соревнования московской Олимпиады, за которыми мы следили непосредственно на стадионе. Все остальное видели только по телевизору.

— К тому времени вы уже два с лишним года выступали в «Спартаке». Слышал, наряду с Федором Черенковым даже являлись любимчиком Бескова.

— Это правда, Константин Иванович мог простить нам то, за что с других игроков спустил бы три шкуры. Но это не значит, что мне от него не доставалось. Просто отношения с тренером строились на другой, доверительной основе. Вспоминаю, например, свой юбилейный, трехсотый матч за «Спартак», дело было в Алма-Ате. После игры мы с ребятами собрались, отметили это событие. Константин Иванович узнал, вызвал меня на разговор, начал предъявлять претензии. «Но мы же ничего запрещенного не делали! — недоумеваю. — Просто собрались, попили пивка, пообщались». Бесков задумался: «Хорошо, отложим этот разговор. Посмотрим, как вы проведете следующий матч». «Даю слово, что вы разочарованы не будете», — отвечаю. В следующем туре выходим, хлопаем вильнюсский «Жальгирис» — 2:0. Все, больше эта тема у нас не поднималась.

Или другая история. После окончания сезона Бесков ездил в Кисловодск на отдых. Однажды я собрал команду и предложил ребятам последовать примеру тренера, отправиться всем вместе в санаторий. В итоге поехало человек пятнадцать — кто с женами, кто с подругами. Когда Константин Иванович увидел всю нашу компанию, то просто обалдел от такого единения. Через несколько дней он пригласил всю команду в ресторан. Посидели, расслабились немножко. Говорят, следующим утром будет хаш. Значит, надо встать в пять часов, его же едят на заре. Пришли, сидим за столом. Константин Иванович накатил рюмочку и ест с аппетитом. А нам в рот ничего не лезет. Раннее утро, суп горячий, жирный… Бесков это заметил, интересуется: чего, мол, такие мрачные? Я за всех отвечаю: «После пары рюмок хаш хорошо идет. А нам-то как?» Он кивает: «Понимаю, на что намекаешь. Вот скажи мне как капитан: будем мы на следующий сезон в призерах?» «Обещаю, будем», — отвечаю. «Ну хорошо», — говорит и разрешил нам тоже выпить. После этого хаш совсем по-другому пошел. Ну и мы не подкачали, через год в чемпионате СССР второе место заняли. Из таких вот нюансов и складывались мои отношения с тренером. Бесков знал: если я от имени команды дал слово, он может не беспокоиться. Доверял и прощал многое.

— Были случаи, когда не прощал?

— Если команда заступалась за виновного, тренер в основном менял гнев на милость. Но случалось, что он упирался, тогда уломать его было невозможно. Особенно если футболист находился на сходе и на это место уже присмотрели другого. Бесков в этом смысле был достаточно жестким человеком, с отслужившими свой срок расставался безжалостно. Из-за потери формы «Спартак» покинули многие: Гаврилов, Поздняков, Шавло, Романцев… Последнего команда потеряла буквально на ровном месте. Мы возвращались на поезде после выездного поражения от минского «Динамо». И разозленный Бесков в тамбуре громко высказал кому-то из помощников пару нелицеприятных слов о Романцеве. Олег их услышал, обиделся. «Все, — сказал, — больше на тренировку я не приду». Мы думали, это было сказано в эмоциях, начали его уговаривать. Но Романцев остался непреклонен.

Мне даже сейчас тяжело это вспоминать, мы с Олегом крепко дружили. Все праздники отмечали вместе — с ним, Ярцевым, Хидиятуллиным. Эта дружба началась, когда Романцева выбрали капитаном. Он сразу подошел ко мне, попросил: «Ринат, нужна твоя помощь. Одному мне с ребятами не справиться». Тогда в команде собралось много молодых игроков, их нужно было объединить в коллектив. Вот мы этим и занимались. На Новый год Олег надевал костюм Деда Мороза, я наряжался в Снегурочку и мы навещали партнеров, вручали подарки. Квартиры игрокам команды выдавали тогда в одном районе, мы все были соседями. В одном доме в Сокольниках жили, к примеру, Сорокин, Сидоров, Самохин, Шавло… Когда Романцев ушел, капитаном стал я и постарался сохранить это единство. Московский «Спартак» начала — середины 80-х был удивительной командой со своей неповторимой атмосферой. Этот дух сохранился до сих пор: мы, игроки того поколения, постоянно встречаемся, выступаем в ветеранских турнирах.

— Но ведь «Спартак» пополняли игроки с разным характером и воспитанием. Приходилось одергивать новичков, ставить их на место?

— Кто бы ни приходил в команду, мы сразу же брали его в оборот. Чтобы человек влился в коллектив и знал, что такое московский «Спартак». Не только в игре или на тренировке, но и в жизни. Если собираемся вместе после сезона в ресторане — была у нас такая традиция — значит, прийти должна вся команда. Никакие отмазки и оправдания не принимались. Индивидуалисты, конечно, все равно встречались — например, Александр Бубнов старался держаться в стороне. Но даже его мы сумели перевоспитать, и он уже не был таким отшельником, как в «Динамо».

Иногда приходилось ставить людей на место. В «Спартак» приглашали лидеров других команд, которые, оказавшись в Москве, порой чувствовали себя суперзвездами. Одним из таких игроков, например, был Виктор Пасулько, перешедший к нам из «Черноморца». Классический одессит с гонором и замашками незаменимого: мол, вот он я, принимайте. Что мы делали в таких случаях? Разговаривали с людьми, объясняли, куда они попали. Без применения силы, без мордобоя — но жестко.

Помню один случай. Были какие-то посиделки, на которых присутствовала вся команда. На следующее утро тренировка — все бегают, работают в поте лица, а один игрок стоит. Подхожу к нему: «Что случилось?» «Тяжело после вчерашнего», — отвечает. «Нет уж, дорогой, — говорю. — Или паши, или в следующий раз сиди вместе со всеми, но соблюдай режим». Бесков же тоже не слепой, все видит. Человек наверняка пил не один, значит, подозрение падает и на других футболистов. Зачем же весь коллектив палить?

— Сейчас все штрафные санкции за нарушения прописаны в контрактах игроков. Вам было проще?

— Наоборот, нашему поколению приходилось гораздо сложнее, чем нынешним футболистам. Сейчас игроки подписывают долгосрочные контракты, на два-три года. Если кто-то нарушил режим, он заплатит штраф и продолжит выступать дальше. Штраф, к примеру, составляет тысячу долларов, а зарплата — двести — триста тысяч долларов в месяц. В мое время все было по-другому: контрактов не было, футболиста просто зачисляли в команду. Ребята, в игре которых тренера все устраивало, могли выступать в одном клубе по десять — пятнадцать лет. Но если наставнику что-то переставало нравиться — все, пиши заявление. А уж коли нарушил режим, это приравнивалось к смертному приговору, ничего уже не поделаешь. И нужно было еще очень постараться, чтобы тебя взяли в другую команду. Потому все игроки держались за свое место. Молились: лишь бы не выгнали.

С другой стороны, современным футболистам труднее сохранять анонимность. Сегодня любой может тебя, сидящего в баре, сфотографировать и снимок выложить в Интернет. Раньше же тренерам приходилось рассчитывать на свои источники информации. Как правило, это был обслуживающий персонал заведения или знакомые, случайно увидевшие игроков. Вот, скажем, был у нас такой случай: пришли мы всей командой в пивную, а там все места оказались заняты. Ну мы развернулись и уехали. На следующий день Бесков проводит собрание: мол, вы вчера нарушили режим. «Да не было такого», — оправдываемся. «Нет, было, — настаивает тренер, — вас видели». И начинает описывать, кто во что был одет. Оказывается, какой-то из его приятелей засек нас на входе и тут же позвонил тренеру.

— Большинство российских футболистов, нынче выступающих даже в первой-второй лиге, являются миллионерами. Какой уровень доходов был в ваше время?

— По советским временам мы получали достойные деньги. Средняя зарплата игрока основного состава в команде мастеров составляла 250 рублей в месяц. Член сборной СССР получал больше, около 500 рублей. Плюс премии, по сто рублей за победу. В итоге на круг выходило по 500—800 рублей в месяц, в зависимости от уровня футболиста. Кроме того, нам приплачивали за товарищеские матчи, были и другие доплаты. В общем, жили мы нормально. Другое дело, приходилось решать проблему товарного дефицита. Затоваривались спортсмены в основном за границей. Обычно во время каких-нибудь турне. Скажем, проводит «Спартак» за рубежом три-четыре матча, получаешь за них деньги и тут же спешишь за покупками. Бесков, правда, не очень любил, когда игроки отвлекались на магазины, но время на шопинг все-таки выделял.

Материальные блага посерьезнее, в виде квартир и машин, нужно было еще заслужить. Просто так их не давали, требовался повод. Например, после того как «Спартак» в 1979-м стал чемпионом страны, нам на всю команду выделили пять «Волг». Только личное вмешательство Бескова помогло выбить шестую, лично для меня. Такая же история была и с жилплощадью. Скажем, я долго не женился, однокомнатной квартиры мне вполне хватало. Потом семья все-таки появилась, и клуб выделил «трешку». Но в целом больших проблем с жильем у нас не было. Бесков вместе с основателем «Спартака» Николаем Петровичем Старостиным были вхожи во все инстанции. Если кому-то из заслуженных игроков что-то было нужно, дефицит всегда выбивали.

— Знакомые характеризуют вас как достаточно религиозного человека. Вы исповедовали ислам и в годы футбольной карьеры?

— Я своей веры не скрывал никогда. Просто никогда не отличался такой истовостью, как бабушка. Та была очень религиозной, молилась по несколько раз в сутки — утром, днем и вечером. Но все мусульманские праздники отмечаю обязательно. Раньше на матчи я брал с собой маленькую сумочку, которую во время игры клал в угол ворот. В ней хранились Коран и запасные вратарские перчатки. Продолжал соблюдать эту традицию и когда выступал в Испании. Однажды, правда, случилась неприятная история. На какой-то из праздников я пошел в мечеть, что на проспекте Мира. Отстоял намаз, вернулся домой. Следующим утром прихожу на тренировку, меня подзывает Бесков: «Ты где был вчера?» Я испугался, вроде никаких грехов за мной нет. «Как где? Дома», — отвечаю. «В мечеть ходил?» — «Ходил». — «Ну вот теперь иди на Лубянку, держи ответ». Оказалось, кто-то увидел меня молящимся и стукнул в КГБ.

Прихожу по указанному адресу. Сначала пришлось выслушать нотацию, потом начали разговаривать по душам. Комитетчик, он нормальный мужик оказался, говорит: «Ринат, вам нельзя быть в мечети». «Почему?» — «Вы человек известный, вас все знают. Не ровен час в зарубежной прессе напишут, что советский спортсмен ходит в церковь». «А вам можно?» — интересуюсь. «Мне можно, меня же никто не знает», — усмехнулся собеседник. К счастью, ход делу он не дал. Единственное, меня как раз в те дни должны были наградить «Знаком Почета». Так вот вручение ордена отложили на полгода. Но в мечеть я даже после этого ходить не прекратил. И надо отдать должное, Старостин с Бесковым этим моим походам никогда не препятствовали.

— Хорошая реакция позволяла вам успешно отражать пенальти и штрафные. С кем были наиболее напряженные дуэли?

— В одесском «Черноморце» выступал Владимир Плоскина, который с 11-метровой отметки практически не промахивался. Как-то по ходу чемпионата СССР он двенадцать голов забил с пенальти. И вот играем мы с ними в Москве, судья показывает на «точку». К мячу подходит Плоскина, но я его удар парирую! Как? Единого правила на этот случай нет. Где-то смотришь, как человек разбегается, где-то помогает интуиция. Специальной картотеки я не вел, но старался следить, кто и как предпочитает бить пенальти. Кроме того, у меня был свой трюк. Я демонстративно отворачивался, а сам краешком глаза косился на соперника. Дело в том, что многие игроки перед разбегом смотрят в тот угол, куда собираются пробить.

— Вашей визитной карточкой стали не только отбитые в большом количестве мячи, но и знаменитый гол, пропущенный от голландца ван Бастена в финале чемпионата Европы-1988. Можно было парировать тот удар?

— Я после каждой игры разбирал, что мог сделать, а что — нет. В той ситуации, наверное, можно было воспрепятствовать голу. Но уж больно быстро все произошло, буквально за доли секунды. Я прыгнул и еще вытянул руку, но мяч пролетал надо мной в своей высшей точке, и достать его не было никакой возможности. В какой-то момент мне даже показалось, что он идет мимо… Да, если бы занял позицию не у ближней штанги, а сдвинулся хотя бы на метр ближе к середине ворот, наверняка можно было что-нибудь сделать. Но я ожидал прострельную передачу, а не удар. К тому же против ван Бастена действовал кто-то из наших — по-моему, Рац. И когда голландец ударил, его опекун отвернулся. А стоял бы прямо, мяч попал бы в него и гола не случилось.

— Сборной тогда руководил знаменитый украинский тренер Валерий Лобановский. О строгости этого наставника ходят легенды. С ним было трудно работать?

— Если сравнивать Лобановского с Бесковым, еще большой вопрос, кто из них строже. По характеру и отношению к делу они были похожими — очень строгими и требовательными. Зато взгляды на футбол имели совершенно разные. Отсюда то непримиримое противостояние между «Спартаком» и киевским «Динамо», которое царило в нашем футболе в середине 80-х годов. При этом находить общий язык с Лобановским лично для меня не составляло особого труда. И он ко мне относился совершенно нормально. Считаю, перед чемпионатом мира-1986 руководство совершенно правильно убрало тренера Малофеева и поставило на это место Валерия Васильевича. Его предшественник хватался то за одного игрока, то за другого, но это не помогало, команда была «разобранная». Да и вообще он был со странностями, мог прямо на установке перед матчем начать стихи декламировать. Мой партнер по «Спартаку» Сергей Родионов как-то пришел и говорит: «Ринат, надо что-то делать. Сборная играет кто в лес, кто по дрова, так дело не пойдет». И хотя свое мнение наверх мы не доносили, там его словно бы услышали. С приходом Лобановского появилась система, которая царила у него в «Динамо». Киевляне ведь незадолго до этого выиграли Кубок кубков, они и составили костяк команды. В результате возник очень сильный коллектив, который не просто выходил на поле, а играл.

— Знаю, вы находитесь в хороших отношениях с Мишелем Платини, нынешним президентом УЕФА. Познакомились с ним все на том же чемпионате мира-1986, где сборные СССР и Франции выступали в одной группе?

— Нет, впервые мы встретились в 1980 году, когда проводили товарищеский матч против французов в «Лужниках» и победили 1:0. Спустя несколько лет мы вместе играли за сборную мира против команды Англии в поединке, посвященном столетию местной футбольной ассоциации. В нем еще и Марадона принимал участие… Мишель часто повторяет: «Ринат, ты единственный вратарь в мире, которому я не смог забить гол». Хорошо я знаком и с королем футбола Пеле. Он тоже приезжал в Москву, потом мы неоднократно пересекались на различных форумах ФИФА. Простой, общительный человек, очень доступный.

— После окончания выступлений в «Спартаке» вы несколько лет играли в испанской «Севилье». Нынешние футболисты лучше подготовлены к переезду за рубеж, чем ваше поколение?

— Сейчас все по-другому, многие российские игроки владеют иностранными языками или учат их. Они могут общаться, понимают собеседников. В мое время все было совершенно иначе. Языков мы не знали, да и уровень жизни в Союзе был гораздо ниже, чем в западных странах. На все вокруг мы смотрели широко раскрытыми глазами. Система игры другая, сам футбол совершенно другой. В «Севилье» по возрасту я был самым старшим, а чувствовал себя зеленым юниором. Никого не знаю, сказать ничего не могу. Хорошо, я коммуникабельный человек. Когда через полгода после приезда у меня отобрали переводчика, начал сам общаться с партнерами. Ходил за ними буквально хвостом. Команда в ресторан — и я в ресторан, все на дискотеку — и я туда же. Разговаривать не мог, общался жестами — мотал головой, как немой.

Скрывать не буду, приходилось очень тяжело. Кроме моей первой жены, русских в городе практически не было. Да и наши дипломатические миссии в Севилье отсутствовали. Через пару месяцев после приезда не выдержал, решил вернуться. Позвонил в Москву, начал проситься обратно. Но испанцы заплатили за меня «Спартаку» два миллиона долларов — огромные деньги по тем временам. Естественно, возвращать их никто не собирался. В итоге мне пришлось остаться.

— В Испании вы обрели не только друзей, но и жену. Испанская родня приняла вас?

— Регион Андалусия, к которому принадлежит Севилья, похож на южные государства — Грузию, Армению или Азербайджан. Его обитатели очень темпераментны, любят праздники и зарабатывают деньги, чтобы жить, а не экономить. Каждый месяц там обязательно проходят два-три праздника. Причем на застолье собирается вся семья — сестры, братья, многочисленные дядья с тетками. Речь у андалусийцев очень быстрая и громкая. Георгий Ярцев, когда слышит, как мы с женой разговариваем, смеется: «Я все время думаю, что вы ругаетесь». А это у нас темперамент такой, хотя мы в последние годы стали гораздо спокойнее. Так что с этой точки зрения в свою новую семью, думаю, я вписался.

http://www.itogi.ru/exclusive/2013/25/191202.html

«Вернись я в Россию раньше, играл бы до сорока»

Советский Спорт, 24 апреля 2014 года
Количество просмотров: 1254

Фото

РИНАТ ДАСАЕВ. Лучший вратарь мира-1988, сегодня – тренер вратарей спартаковского дубля, назначил нам встречу в родном сокольническом манеже. Приехал за пять минут до условленного времени и, поздоровавшись, предложил подняться на четвертый этаж. Сам взлетел туда легко, перешагивая через две-три ступеньки, а мы, хотя и моложе на 20 лет, запыхались. Поэтому начали с комплимента…

Ринат Файзрахманович ДАСАЕВ
Родился 13 июня 1957 года в Астрахани.
Вратарь.
Рост – 186 см, вес – 73 кг.
Карьера: выступал за команды «Волгарь» Астрахань (1975–1977), «Спартак» Москва (1977–1988), «Севилья», Испания (1988–1991). В чемпионатах СССР – 335 матчей, пропустил 279 мячей.
Достижения: чемпион СССР (1979, 1987), вице-чемпион Европы (1988), бронзовый призер Олимпиады (1980). Лучший вратарь (1980, 1982, 1983, 1985, 1987, 1988) и лучший футболист (1982) СССР. Лучший вратарь мира по версии ИФФХС (1988). Член Клуба Льва Яшина (229 «сухих» матчей – рекорд клуба).
Сборная: 91 матч (70 мячей). Участник чемпионатов мира-1982, 1986, 1990.
Тренерская карьера: тренер сборной России (2003–2005, 2006), тренер вратарей «Торпедо» (2007–2008, 2012–2013) и юношеской сборной России (2010). С 2013 года – тренер вратарей дубля «Спартака».

«12 ЛЕТ НЕ ПЬЮ»

– Вы в отличной форме!

– Боевой вес. Дома кручу велосипед, занимаюсь с гантелями.

– Признавались, что, когда пришли в «Торпедо», весили 106 кг.

– Я весил сотню, когда вернулся из Испании. Потом потихоньку сбросил, потом опять набрал. Когда первый раз пришел в «Торпедо» (2007 год. – Прим. ред.), весил 96 кг. Это много. Нагрузка на колени, приходится сбрасывать.

– За ветеранов играете?

– Если есть время, с удовольствием езжу. Когда руководство «Спартака» отпускает, мне очень приятно с ребятами пообщаться. Выходишь на поле и забываешь обо всех болячках! Самое главное, не чувствуешь свой возраст. Если уж вышел, должен показывать хороший футбол. Зрители приходят, они не смотрят, сколько тебе лет – 20 или 60.

– Когда играли, не признавали свои ошибки, иначе, по вашим словам, «просто бы сломались». А сейчас, в ветеранских матчах?

– Бывает, что ошибаюсь.

– И тоже не признаете?

– Там было неточно написано. Я свои ошибки признаю. Бывает, что извиняюсь перед ребятами. Главное, анализировать. Если этого не делать, тогда будешь ошибаться постоянно. А без ошибок вратарь – не вратарь. Всякое бывало – солнце слепило, прожектор…

– На ветеранские матчи как добираетесь?

– В основном автобусом. Пока едем, общаемся, иногда в карты играем, в бридж. Кто выигрывает? Чаще всего Ярцев.

– Матчи «Спартака» обсуждаете?

– Естественно, мы все переживаем, надеемся, что «Спартак» выиграет золото и будет играть в Лиге чемпионов. При этом у каждого свое мнение.

– Ветеранские турниры – это же еще и застолья. А как же режим?

– Ну а что режим? Я, например, уже лет 12 не пью. Как говорится, свою цистерну выпил. Раньше, когда только бросил, тяжело было сидеть за общим столом, а сейчас нормально. У нас, когда играли, многие, случалось, выпивали, а как стали за ветеранов выступать, полкоманды пить бросило.

– 12 лет – это срок.

– Да я уже забыл об этом…

– Вы как-то и курить бросали.

– Это еще в Испании. Хватило меня на два месяца. Тяжело, когда привычка уже есть. Сколько сейчас выкуриваю? Зависит от того, как день складывается.

– А когда играли?

– Покуривал. Но не в открытую.

– Яшин, говорят, иногда в перерыве курил, уходя в душевую.

– Не-не, со мной такого не было.


Фото Дарьи Исаевой

«БАБАЙ, СБРЕЙ УСЫ»

– Самый близкий друг из ветеранов «Спартака»?

– Если брать наше поколение – конца 70?х – начала 80?х, то мы все до сих пор очень дружны. Случись что, могу позвонить и Хидиятуллину, и Ярцеву, и Гаврилову, и Атаулину, Позднякову, Морозову… Да кому угодно!

– А из неспартаковцев? Андрееву?

– Андрееву, да. Правда, мы с ним давно не виделись.

– Он вспоминал, как вы ему раньше звонили: «Ростовский бандит, привези раков!» – «Татарин, ты? Привет!». А еще рассказывал, как злил вас на тренировках, забивая невероятные голы.

– Да ну какие он там забивал! Это он только рассказывает красиво…

– Он сейчас в Македонии тренирует, слышали?

– Нет. Рад за него.

– С Ярцевым на связи?

– По мере возможности общаемся, если работа позволяет. Зимой вот приезжал, встретились.

– Удивились, что он поехал в Молдавию?

– Нет, почему? Ему хочется работать, вот и поехал. Чего дома-то сидеть?

– С Карпиным, когда он «Спартак» возглавлял, общались?

– Бывало. И когда он с нами за ветеранов играл, и так просто. Чаще всего в Тарасовке виделись. У нас с ним хорошие отношения.

– Могли, наверное, и по-испански поговорить…

– Зачем? У нас и по-русски неплохо получалось. Но дела первой команды не обсуждали – я в это стараюсь не лезть. У меня своя работа.

– С Черчесовым когда в последний раз виделись?

– Недавно играли в Перми с дублем «Амкара» – встретились. В Москве увидимся – тоже поговорим. Все нормально!

– Первую встречу с ним помните? Легендарная же история!

– Про его усы? Ну да, когда он приехал, я ему все время говорил: «Бабай, сбрей усы». Он сбрил, но я как раз в сборную уехал. Возвращаюсь – он опять с усами…

«ИНОГДА УСТАЮ АВТОГРАФЫ РАЗДАВАТЬ»

– Дасаев – тренер вратарей спартаковского дубля. Как работается?

– Если бы не нравилось, не работал бы. С удовольствием сюда пришел, большое спасибо руководству, что пригласили.

– На тренировках приходится что-то показывать?

– Нет, я только объясняю. У меня молодые ребята, которых надо поднимать, воспитывать, чтобы росли не только как игроки, но и как личности. Футбольная карьера недолгая, по окончании надо будет

куда-то устраиваться.

– С Митрюшкиным успели пересечься?

– Нет, когда я пришел, его уже забрали в первую команду.

– Его иногда сравнивают с вами, говорят, даже внешне похож.

– Внешне – может быть. Знаю, что парень талантливый, может вырасти в хорошего вратаря. Разговаривал с ним о том, что главное – работа, трудолюбие.

– Несколько лет назад вы говорили: «Иногда смотрю на молодежь, и сердце кровью обливается – координации нет, бегать не умеют, обычные кувырки, и те даются с трудом».

– Это я проводил мастер-классы в Северо-Западном округе, где наш стадион строится. В обычных общеобразовательных школах. Там некоторые ребята действительно не могут элементарные вещи сделать. Время такое. Раньше физкультура все в комплексе прививала. Гимнастика, спортивные игры, легкая атлетика… Сейчас такого нет. Дети сидят за компьютерами, большинство даже на улицу не выходят. А нам двор многое давал. У нас в Астрахани большой двор был – турник, площадки, зимой сами каток заливали…

– Дети знают, кто такой Дасаев?

– Знают, но больше от родителей. Иногда устаю автографы раздавать. Если это мастер-класс, там человек 12–15 участвуют, а в зале еще 50–60 сидят.

– Самый необычный автограф?

– В паспорте расписывался, на деньгах…


Фото ИТАР-ТАСС

ТЕЛЕФОН ПЕЛЕ

– Недавно в «ССФ» вышла большая фотография – вы и Кубок мира.

– Позвонили, пригласили. Если не мог его в руках подержать, так хоть посмотреть…

– ФИФА, УЕФА часто зовут на официальные мероприятия?

– Зовут. В феврале вот был на жеребьевке Евро-2016. Платини пригласил, прислал факс в РФС, его в «Спартак» передали.
С Платини у нас очень теплые отношения. Часто пересекались – играли друг против друга, он приглашал меня на свой прощальный матч, сам в Москву на товарищеские игры приезжал. Можно сказать, скентовались.

– Платини говорит, что вы – единственный вратарь, кому он не смог забить.

– Это правда. Когда встречаемся, вспоминаем молодость. Он знает итальянский, я – испанский, эти языки чем-то похожи.

– Кого особенно приятно было встретить на жеребьевке Евро?

– Гуллита, Тони Шумахера, Пфаффа...

– Пеле в Краснодар приезжал – вам не звонил?

– Нет. А должен был?

– У вас чуть ли не у единственного в России есть его телефон.

– Это да. Но я по пустякам не звоню. У Пеле и без меня дел хватает. Хотя человек он очень отзывчивый.

– Вы и с другой легендой близко знакомы – с Марадоной в Севилье пересекались.

– 1992 год – я как раз закончил, а он приехал в Испанию. Был уже на сходе, сезон ему дался тяжело. Но одну-две игры на классе выдал. Мы после матчей общались, я на каждую игру приходил.

– Если уж о легендах заговорили – гол Ван Бастена часто припоминают?

– Только журналисты. Это все уже история. Ну приложился он удачно… Я не ожидал, что он, во-первых, с такого угла ударит, а во-вторых, в самый угол попадет. По такой траектории – мне показалось, что мяч мимо летит. Обидно другое – мы вполне могли ту Европу выиграть…

«АНГЛИЧАНЕ ХВАТАЛИ НИЖЕ ЖИВОТА»

– Вы как-то ругались – современные вратари не умеют играть на выходах.

– Не умеют, да. Можно много оправданий найти – тренеры не заставляют выходить, мячи сильно летят… Но я считаю, просто школа ушла.

Ведь что такое игра на выходах? Во-первых, ежедневные тренировки. Во-вторых, бесстрашие. В-третьих, талант. Знать, когда и в какой точке поймать мяч. Это только кажется – простой элемент.

Вышел, крикнул «я!» и поймал. Если бы! На тренировках может получаться, а в игре… Тут одного желания мало.

Меня, может, многие и запомнили, потому что выходил. По крайней мере старался. Это еще с астраханской «Смены» пошло. Да, ошибался, но выходил!

Били? Спрашиваете! Любой матч с англичанами. За что только не хватали – и за руки, и за ноги, и ниже живота… Так «душили»!

– Есть мнение, что вратари в России сегодня делятся на две группы – Акинфеев и все остальные.

– Нет, давайте так не будем говорить. Пока на данный момент номер один – Акинфеев. Но бывают и у него ошибки, верно? С «Динамо» – пожалуйста! Скажу так: есть Акинфеев и есть вратари, которые могут его заменить. Тот же Лодыгин… Абаев неплохо в «Локомотиве» играет, хорошо вписался. Очень талантливый парень, я с ним в «Торпедо» работал. И сейчас звонит постоянно, мы общаемся.

– Лодыгин недавно два пенальти в одной игре взял.

– Я считаю, что вратаря надо судить не по тому, как он берет пенальти, а по тому, как играет в воротах. Насколько он стабилен. Это главное качество. А пенальти… Отбил – хорошо, не отбил – ну что поделаешь.

– Акинфееву обязательно надо ехать в Европу, чтобы попробовать себя в большом клубе?

– Если ты играешь здесь в хорошей команде и в сборной, если материально у тебя все неплохо, какой смысл ехать за границу? Можно уехать и пропасть. Я спрашивал у Нигматуллина: «Зачем ты поехал в Италию, зная, что не будешь там первым вратарем?». Материальная сторона у него, наверное, и здесь была не хуже. А он уехал и пропал. Закончил, можно сказать.
Хидиятуллин, я – мы уезжали, когда нам было уже за 30. Хотелось попробовать себя в большом футболе. А когда ты молодой талантливый парень, показывай свой уровень здесь!

– Акинфеев сыграл 200 матчей на ноль. Рекорд принадлежит вам – 229 игр. Побьет?

– Рекорды для того и существуют, чтобы их кто-то бил. Если Игорь побьет, я буду только рад.

БУБНОВ И ТТД

– Поразительный факт – вы играли без четырех вырезанных менисков. Как?!

– Трудно объяснить… Вот играл! Превозмогая боль, на уколах. Врачи предупреждали, говорили… Естественно, иногда было тяжело. Но есть такое слово – «надо».
Ничего, колени держат, до сих пор на поле выхожу. Только по утрам на погоду ноют…

– Многолетний администратор «Спартака» Александр Хаджи вспоминал: «Играли в Харькове. «Металлист» душил по-черному. Момент – удар, рикошет, Дасаев завалился в одну сторону, но успел переложиться и отбить. В перерыве Бубнов с Хидиятуллиным собачатся. Заходит Бесков: «Да, Дос, я знал, что ты хороший вратарь. Но не думал, что гениальный». От Бескова такое услышать – высший комплимент?

– Гениальный? Я такого не помню. Хотя Бесков меня любил: ругать – не ругал, а хвалил практически всегда. «Молодец, Ринат, спасибо за игру…».

– Как вообще относитесь к таким эпитетам – «великий, гениальный»?

– Сам себя, конечно, не хвалю, но если кто-то скажет – приятно.

– Бубнова вспомнили – каким он был защитником?

– Ничего сверхъестественного – жесткий, надежный. Всегда на своем уровне.

– С хорошими ТТД?

– Лучшие ТТД у нас были у Сурова, потому что постоянно мне мяч назад отдавал.

– Хидиятуллин: «У Бубнова Карл Маркс стоял на полке, журнал «Коммунист». Членом партии был. Мы с юмором к этому относились».

– Ну да, специфический человек.

– «Пихали» ему?

– Бывало. Но не только Бубнову – всем. Если вратарь молчит, это неправильно. Мне Бесков всегда говорил: «Ты должен руководить защитой, полузащитой и даже атакой!». За игру голос садился…

– Ваш многолетний дублер в сборной СССР – вратарь киевского «Динамо» Виктор Чанов заявил недавно: «Дасаева ставили в ворота сборной по разнарядке. У Лобановского была мулька: в день матча раздавал игрокам листки. Все писали свой вариант состава. Я знал: иногда 15 человек были за меня. Трое – за Рината. Но выходил все равно Дасаев». Ваш комментарий.

– Откуда Чанов мог знать, кто за кого проголосовал? Я, например, никогда не знал – ни у Бескова, ни у Лобановского. Всегда играл? Значит, тренеры считали, что я лучше. Если Чанов думает по-другому,это его мнение. Мне все равно.

– Может, в нем старая обида говорит?

– Может быть. Но мы не ссорились. Когда играли, всегда были в хороших отношениях. Вообще я со всеми конкурентами приятельствовал – и с Чановым, и с Черчесовым, и с Хаповым, и с Прудниковым… Иногда даже выходные вместе проводили.

Почему появляются такие интервью? Это, видимо, от человека зависит. Но я знаю одно: больше десяти лет бессменно отыграть за сборную и «Спартак» – это что-то значит. А если бы пораньше из Испании вернулся, как только контракт с «Севильей» закончился, еще бы годика три-четыре попылил. Играл бы до сорока.

– Почему же не вернулись?

– Друзьям в Москву позвонил: «Тут такое творится! Государственный переворот. Если есть возможность, лучше пережди».


Фото Сергея Панкратьева

ДАСАЕВ-МЛАДШИЙ

– В Севилье давно не были?

– Лет пять. Все как-то времени нет. Мои-то летают…

– Ярцев удивлялся, как темпераментно вы с женой общаетесь: «Я все время думаю, что они ругаются».

– Это когда мы по-испански начинаем говорить. В Андалусии очень эмоционально общаются – громко, с жестами… Тем, кто не знает, может показаться, что люди ссорятся.

– Сын Салим в футболе?

– Да, занимается в «Спартаке». Тоже вратарь. Перспективы? Ну какие перспективы в 7 лет… Главное, старается. И нравится ему. Напоминает меня в детстве – такой же подвижный, все время с мячом. На тренировке занимается, потом я еще с ним – дома… Мне это по душе. Когда есть возможность, всей семьей приезжаем на него посмотреть.

– Мечтаете о продолжении вратарской династии?

– Хотелось бы. Он об этом пока не говорит. Придет время – обсудим…

НАШИ НА «МАРАКАНЕ»

– Сборной России скоро играть в Бразилии. А у вас есть победный опыт матча на «Маракане»…

– 1980 год. Обыграли хозяев – 2:1. Народу на трибунах – тысяч двести! Самая большая аудитория, при которой доводилось играть. Помню, вышли – а там трибуны вдаль уходят, и людское море…

– Сергей Андреев вспоминал: «Когда они сидели молча, даже не шептали, я пытался переговорить с ребятами, но ровным счетом ничего не слышал. Свистки арбитра тоже скорее угадывались».

– Там себя не слышно было! Песни, пляски… Ну что вы, бразильцев не знаете?

– Чем запомнилась игра?

– Выиграть у хозяев на «Маракане» – дорогого стоит. Поначалу прижали нас конкретно – гол забили, Зико пенальти не реализовал… Я все время был в напряжении. Но потом мы счет сравняли, а второй тайм уже более-менее ровно провели. Конечно, память на всю жизнь. И гордость.

– Что ждет сборную России на ЧМ-2014?

– Из группы надо выходить сто процентов. А уже там будем смотреть. Команда у нас неплохая. Самое главное, ровная по составу. Я не люблю, когда кто-то выделяется. Результат всегда делает команда, где каждый зависит от каждого.

– Финал ЧМ – ваш прогноз.

– Думаю, бразильцы будут играть. Все-таки дома выступают. Могут немцы, могут испанцы… Испания – не чужая для меня команда, тоже за нее переживаю.

 ТРИ ЧЕМПИОНАТА МИРА РИНАТА ДАСАЕВА

ЧМ-1982
– Поражение от бразильцев на старте – не по игре. Должны были выигрывать, были сильнее, но судья помешал. Заноза в сердце – нулевая ничья с поляками, не позволившая выйти в полуфинал. Моменты были – у Блохина, у Сулаквелидзе… Забивай – и вот оно, призовое место. Увы…

ЧМ-1986
– Накануне первого матча с венграми я 12 часов под капельницей пролежал. Сильная аллергическая реакция. Поел клубники…
Ну и поражение от Бельгии – два гола из вне игры. Когда Кулеманс забивал, боковой флажок поднял, но потом опустил. Почему?

ЧМ-1990
– Первый матч с Румынией – 0:2. Гол Лэкэтуша в ближний угол – мой, конечно. Начал гадать… Лобановский ничего не сказал, просто убрал из состава. Было обидно. Каждый ошибается…
Вообще тот чемпионат как в тумане прошел. Команда фактически разваливалась. Тренеры вдруг перестали доверять ветеранам – бросили в пекло талантливую молодежь. Кутерьма с составом, с финансами…

Николай Роганов, Роман Вагин

http://www.sovsport.ru/gazeta/article-item/703303

Ринат Дасаев: Дружил со всеми, кроме Бубнова

Советский Спорт, 12 июня 2017 года
Количество просмотров: 856

Фото

Легендарному вратарю в истории отечественного футбола Ринату Дасаеву во вторник, 13 июня, исполняется 60 лет. В связи с круглой датой мэтр дал большое интервью «Советскому спорту», где вспомнил все, что было в его славной карьере голкипера «Спартака» и сборной СССР.

ПРЕДИСЛОВИЕ. ПЕРЕД НАЧАЛОМ ТВОРЧЕСКОГО ПУТИ.

– Прежде всего в честь юбилея хотелось бы спросить вас: 60 лет – это много или мало?
– И много, и мало. Я чувствую себя вроде бы молодым. А с другой стороны, возраст прибавляется.

– Как правило, последствия профессионального спорта дают о себе знать именно в такие годы. Ощущаете ли вы возраст в этом смысле?
– Нет. Я в хорошей форме, тьфу-тьфу. Грех жаловаться. Я встречаюсь на поле с ветеранами, когда не занят. Стараюсь играть достойно.

– Символично, что «Спартак» стал чемпионом именно в ваш юбилейный год. Есть в этом доля мистики?
– Мистики нет. Я считаю, что это двойная радость для меня. И не только для меня. Мы заслуженно победили.

Перед началом сезона я и представить себе не мог, что так все выйдет. Уволили тренера, а это, как правило, не есть хорошо для начала чемпионата: когда команду готовил один, а возглавил другой. Но в зимнюю паузу я понял, что «Спартак» все-таки доведет дело до конца.

АСТРАХАНЬ. НАЧАЛО КАРЬЕРЫ. ГЛАВА 1

– Насколько известно, вы ведь и футболистом не собирались становиться. Расскажите о том периоде…
– Вначале было плавание. Случилось так, что я повредил руку. Ну и как-то я все это дело забросил. Правда, тренеры по плаванию приходили к родителям, уговаривали, чтобы я вернулся. Твердили, что из меня получится отличный пловец, олимпийский чемпион. Но в тот момент я уже мысленно расстался с этим видом спорта и с головой ушел в футбол.

– Как произошел этот переход?
– Я был маленький, щуплый, играл в нападении, по мячу толком попасть не мог. Тренер далеко не сразу поверил в меня. Мой отец тогда попросил: «Ну посмотри его еще. Может, чего получится».

В один прекрасный день, когда вратаря не оказалось, я пришел и встал в ворота. Ну и довольно неплохо себя проявил. Тренер посмотрел внимательно и сказал мне: «А ну-ка еще попробуй»… Так все и пошло.

– Когда я был в юном возрасте, стоять на воротах считалось непрестижно, все хотели быть полевыми игроками. Вас не смущало, что вы не будете забивать голы?
– Меня это абсолютно никак не смущало. Наоборот – я даже увлекся этим делом, и меня затягивало все больше и больше.

– Вашим первым тренером был Геральд Бледных. Расскажите, что это был за человек и тренер?
– Прежде всего, это был фанат футбола. Он сам любил не только тренировать, но и играть. Проповедовал техничный футбол, умел сплотить команду. Мы к нему сильно привязались, взаимное доверие было колоссальное!

Ко мне он относился по-особенному. Набирали 56-й год, а я 57-го года рождения. Изначально мой отец хотел, чтобы я играл с ребятами на год старше. В итоге приношу метрику, что я с 57-го. И прокатило. Он меня любил, и я, конечно, старался оправдать его доверие.

– После того, как вы стали знаменитым, вы общались с ним?
– Конечно. Он гордился тем, что сумел воспитать чемпиона. И я несказанно рад, что мне довелось играть под его началом.

– Давно были в Астрахани? Хотели бы съездить посмотреть места детства и юности?
– Очень давно был. Этот город – моя родина. Если будет время и работа не будет мешать этому – съезжу обязательно.

– Сейчас следите за «Волгарем» и тем, как команда выступает?
– Изредка удается посмотреть некоторые игры. Знаю, что случайно в этом году по итогу остались на 12-м месте. Мне трудно сказать, какие у них планы и чего они хотят сейчас.

– Если бы вам предложили место главного тренера в «Волгаре», пошли бы?
– Несомненно. Во-первых, клуб для меня не чужой. Во-вторых, мне давно хотелось попробовать свои силы в качестве главного тренера.

– И даже готовы оставить работу в «Спартаке»?
– Красно-белые для меня – все. Это, несомненно. Но пока есть силы и возможности, хочется попробовать поработать с целой командой, не только с вратарями.

«СПАРТАК». ВЗЛЕТ. ГЛАВА 2

– Кто был вашим ориентиром среди вратарей, с кого хотели брать пример?
– У всех брал понемногу. В то время мастеров среди вратарей было большое количество. И у каждого я старался что-то почерпнуть. Если рассуждать о том, кто был лучший… В разную эпоху – разные вратари.

– Как вы попали в «Спартак», и каково было первое впечатление от знакомства с Бесковым?
– Меня привезли из Курска (мы тогда с «Волгарем» играли на выезде). Как сейчас помню: постучались в дверь к Константину Ивановичу, зашли. Он посмотрел на меня и спросил: «Что, девочек много?». Отвечаю: «Хватает» (смеется)

– Сначала вы были дублером вратаря Александра Прохорова. Как у вас с ним сложились отношения, он видел в вас конкурента?
– До определенного момента он чувствовал себя незаменимым. Со временем он начал стоять хуже, пропускал все чаще и чаще. В один прекрасный момент в Ворошиловграде его поменяли на меня. Мы сыграли на ноль. Потом была сухая победа с «Локомотивом». После этого Прохорова убрали – я остался.

– Когда он уходил, он вам что-нибудь сказал?
– Поблагодарил, сказал: «Держись, ты молодец…». Никогда с ним конфликтов никаких не было. В то время назревала революция в «Спартаке», много кто ушел, не только Прохоров.

– Вы стали основным голкипером. И по сути у вас не было конкуренции. Хотя считается, что она помогает игроку оставаться на уровне. Вам лично отсутствие конкуренции помогало расти или мешало?
– У Бескова как-то спросили, почему у него нет вратаря, равноценного Дасаеву?». «А он мне и не нужен. Дасаев один. И я знаю, что он сыграет, как надо».

Чувствовал я себя нормально. Не было такого, чтобы я превозносился. Наоборот, быть основным голкипером – это большая ответственность. Я прекрасно понимал: если начну играть плохо, мне найдут замену.

– Свой неповторимый стиль – игра на выходах – вы выработали уже в «Спартаке»?
– На выходах я научился играть еще в Астрахани. Помню, ребята из «Волгари» уже потом меня встречают и говорят: «Ринат, зря ты уехал, у нас у всех головы болят, сзади страховки нет никакой».

В «Спартаке» меня научили руками мяч в игру вводить, а не выбивать. И я уже активно стал практиковаться в этом.

– Нынче наследником вашего стиля является Мануэль Нойер. Его пару раз игроки соперника наказывали за чрезмерную игру на выходах, забивая потом с центра поля. У вас было нечто подобное?
– Нет, такого не было. Я играл всегда наверняка. Просто так я вратарскую зону не покидал. В этом смысле надо иметь чутье. У меня оно было.

– Бубнов в своей книге пишет, что Бесков не давал на тренировках бить вам штрафные удары. Это правда?
– Вблизи да, не давал. И правильно делал. Какой смысл? Он меня берег, я мог получить травму. Это неоправданный риск. Вообще Бубнову не верьте. Он столько фигни про меня написал. Ладно бы про меня. Но гадости про покойного Черенкова я ему не прощу никогда.

– Расскажите о том, как вы стали лидером в «Спартаке»?
– Лидером я стал после Романцева. Вначале ни о каком лидерстве речи и не было. Я пришел играть и спокойно выполнял свою работу. Бубнов пишет в своей книге, что я там чуть ли не Богом был. Это не так. То, что мне удалось каким-то образом сплотить коллектив – да. Здесь я подпишусь.

Скажем так: я был проводником между новыми, молодыми игроками, которые приходили в команду, и ветеранами, для того чтобы наш клуб был единым целым.

– А как вы стали капитаном? Игроки захотели или Бесков?
– Опять же после ухода Романцева. При Олеге я был вице-капитаном. Но решение касательно моего капитанства принимал Бесков.

– С кем вы больше всех дружили в команде?
– Я со всеми дружил, кроме Бубнова.

– Последнее о «Спартаке». В то время, когда вы играли за красно-белых, основным вашим соперником был «Динамо» Киев. Сегодня вместо Киева – ЦСКА. Для вас матчи с «армейцами» были принципиальными?
– С ними всегда были рядовые матчи, это посредственная команда, мы их всегда обыгрывали. Самым главным конкурентом для нас был Киев. Иногда – Тбилиси. Но в основном Украина.

СБОРНАЯ СССР. ВАЛЕРИЙ ЛОБАНОВСКИЙ. ГЛАВА 3

– Как вы познакомились с Лобановским, и какие впечатления от встречи?
– Ну, во-первых, к тому времени, он уже знал, кто я. А я знал, кто он. И никаких вопросов ни его, ни моя квалификация не вызывала. Валерий Васильевич при первой же встрече мне сказал: «Ринат, в тебе есть все качества лидера, ты должен сплотить команду, объединить ее».

В сборной капитаном был сначала Демьяненко, но через пару лет, в 87-м году, повязка была уже на мне.

– Вы играли на трех чемпионатах мира. И везде сборная СССР не продвигалась дальше, чем она могла бы продвинуться. С чем это было связано?
– Судьи и невезение. В 82-м году в матче с Бразилией нас сплавили судьи, забили чистый гол, без офсайда. Должен был быть пенальти в нашу пользу, его тоже не назначили. С поляками нам не повезло: тактику на игру выбрали правильную, но Сулаквелидзе и Блохин свои возможности не использовали. В 86-м году с бельгийцами было тоже самое.

– В 1982 году вы впервые выехали со сборной команды на запад. Был ли у вас культурный шок?
– Об этом не думали. Я больше переживал из-за того, что мы могли дойти до полуфинала и не сделали этого. Что касается культурного шока, у меня его не было. Мы и раньше выезжали. Нам прекрасно было известно, что нам можно, а что нельзя. Магнитофон, телевизор, видак мог привести. В этом смысле мы пользовались западными благами.

– Не могу не спросить и про Чемпионат Европы 1988 года. В том пропущенном мяче от Ван Бастена вас не винили свои же?
– Команда меня не обвиняла. Лобановский просто сказал, что нам не повезло. Впоследствии он говорил, что я неправильно занял позицию. С одной стороны, он прав. Если гол забили, значит я действительно выбрал не ту позицию.

Неберущихся мячей не бывает. Есть неправильная позиция, неверная оценка ситуации, поэтому голы и забиваются.

СЕВИЛЬЯ. НЕСОСТОЯВШИЙСЯ ПЕРЕХОД В МАДРИДСКИЙ «РЕАЛ». ГЛАВА 4

– Вы были лучшим вратарем, выступали за сборную мира и переехали играть в среднюю команду Испании. Почему «Севилья»?
– Все просто. Они дали больше денег – 2 миллиона долларов. «Реал» Мадрид хотел меня взять за миллион, было еще предложение от «Манчестер Юнайтед».

– То есть вы сами выбрали «Севилью», не кто-то за вас?
– Я мог выбрать и другой клуб. Но тут только вопрос в деньгах. «Севилья» дала больше денег, и, соответственно, я тоже получил больше всех денег.

– А как престиж клуба, для вас это не имело значение?
– В то время это не имело значения. На запад уезжали исключительно для того, чтобы заработать, и совершенно по барабану: «Реал» это будет или еще какой-либо клуб.

– Как вас приняли в «Севилье»?
– С первым тренером как-то не сложилось. Он, на мой взгляд, был некомпетентен. Второй тренер – Роке Ольсен – был более объективным и продуктивным. Играли и тренировались мы здорово. Все были им довольны.

– Задачи какие тогда стояли перед клубом?
– Попасть в зону еврокубков. Но в целом команда была посредственная. Потом в качестве тренера я работал с Луисом Арагонесом. Это отличный специалист, мы с ним неплохо сработались. О «Севилье» у меня в принципе неплохие воспоминания, были и плюсы, и минусы. Но я не жалею ни о чем.

НАШЕ ВРЕМЯ. ГЛАВА 5

– Почему вы так рано закончили карьеру?
– Я хотел уйти из «Севильи» раньше. И позвонил другу. Он сказал мне: «Лучше отсидись там у себя в Испании, в Москве переворот, какая-то непонятная обстановка, танки везде…». Я и отсиделся.

– А в другом европейском клубе поиграть был вариант?
– Нет. Был вариант поиграть в Бразилии, но я не захотел.

– Как лично для себя вы восприняли распад Советского Союза?
– Для меня это трагедия. Я, кстати, не сразу узнал о том, что СССР больше нет. Я как раз был в Испании в этот момент. Потом узнал, что наша сборная поехала под флагом СНГ.

Ну я, конечно, обалдел. Мне было жалко потерять флаг, историю. Теперь история сборной СССР отдельно, сборной России – отдельно. Естественно, я считал и считаю это неправильным.

Я не был коммунистом, в партию хоть и верил, но идеями не бредил. Когда меня вызывали в горком и отчитывали, мне это не очень нравилось. При этом, я любил свою страну и был патриотом. Для нас всех было честью играть под советским флагом.

– Когда вы вернулись в 1998 году в Россию, вы понимали, что приехали в совершенную другую страну?
– Я приехал и сразу устроился на работу в «Спартак». С Романцевым и Ярцевым у меня были прекрасные отношения, как и сейчас. Конечно, в 90-е годы был бардак. Если говорить о футболе, то особо конкуренции у «Спартака» не было. Чемпионаты были скучными и неинтересными. Но приходилось адаптироваться в новых условиях. Работал в дубле в «Спартаке».

– Вы работали с Ярцевым в сборной России. Интересное было время для вас?
– Работа была интересной. Я знал Георгия Александровича давно, и во взаимопонимании проблем не было. Другое дело, мы проиграли португальцам 1:7. Это единственное, что омрачило тогда.

Потом был Хиддинк. Но меня не устроил контракт. Денег мало. Ну и еще доходило до того, что я чуть ли не администратором должен был быть.

– Мутко предложил такой контракт?
– Нет, Мутко был во главе РФС, а сочиняли совершенно другие люди.

ЭПИЛОГ

– Я знаю, что ваш сын играет на позиции вратаря. В наше время есть хороший пример – это Каспер Шмейхель, сын знаменитого отца Петера Шмейхеля. Вы видите перспективу своего сына, сможет ли он вырасти в большого голкипера?
– В 11 лет сложно видеть перспективу. Надо подождать, пусть подрастет еще до 16-17 лет, а там видно будет. Я начинал в 10 лет с нападающего, а потом стал вратарем. Может, и он передумает. Кто знает.

Александр Августин

http://www.sovsport.ru/gazeta/article-item/986018