Логин и пароль: запомнить | | Авторизоваться с помощью:         Регистрация | Забыли пароль?

Максим Калиниченко

Игр за Спартак196
Из них в основе135
Заменен  Заменен56
Вышел  Вышел на замену61
Голы  Забил голов32
Из них с пенальти0
Предупреждения  Предупреждений28
Удалений  Удалений3
Незабитые пенальти  Незабитых пенальти0
Автоголов0
ГражданствоУкраина
Год рождения26 января 1979 года
АмплуаПолузащитник
Пришел изДнепр (Днепропетровск, Украина)
Первый матч25 марта 2000 года
Первый гол26 мая 2000 года

Максим Калиниченко: Однажды меня приняли за гастарбайтера!

Советский Спорт, 27 апреля 2007 года
Количество просмотров: 1217

Фото

Максим Калиниченко упорно отказывается от предложения руководства «Спартака» оформить российское гражданство. А ведь его получение позволило бы украинскому футболисту не только облегчить жизнь в Москве, но и укрепить позиции в команде – в таком случае полузащитник бы не попадал под лимит на легионеров. В интервью «Советскому спорту» Максим объяснил мотивы своего решения.

РОДИНА ТАМ, ГДЕ РОДИЛСЯ

– Чем вам не угодил российский паспорт? – ироничный вопрос одному из героев чемпионата мира-2006.

– Я хочу выступать за сборную своей страны, вот и все. Чтобы получить российское подданство, нужно отказаться от украинского. И забыть о сборной.

– Неужели нет хитроумного выхода из ситуации?

– Все должно быть легально. Иные пути не по мне. Вот если бы мне официально разрешили выступать за Украину с российским паспортом – другое дело.

– Как быть с известным выражением «родина там, где платят»?

– На самом деле родина у каждого человека одна. Там, где он родился.

– Как реагируют в клубе на ваши отказы? Злятся?

– Все понимают: пока у меня есть перспективы в сборной, менять гражданство не стану.

БУМАЖНАЯ ВОЛОКИТА

 – Каков ваш статус как жителя Москвы?

– Это называется «временное проживание». Каждый год в конце декабря срок регистрации истекает – и начинается бумажная волокита. Надо собрать пакет документов, посетить несколько учреждений, прежде чем продлить регистрацию. То же самое касается моей супруги (Татьяны. – Прим. ред.). Дочка (Саша. – Прим. ред.), когда подрастет, сама решит, какой паспорт выбрать.

– К вам, простите, милиция на улице не придирается?

– (Вопрос вызывает у Максима живую реакцию.) Однажды, знаете ли, попался! Как-то провожал в путь-дорогу родственников, и милиционеры на вокзале пристали. Но ко мне не придерешься – документы в порядке! Я гастарбайтер солидный!

– Останетесь ли жить в Москве после окончания карьеры?

– Мы привыкли к этому городу. Если останемся здесь, то, пожалуй, сменим гражданство – станет удобнее. Подумаем об этом позднее.

ЕВРО-2012? ПОЧЕМУ БЫ НЕТ?

– История помнит множество случаев: украинские футболисты, несмотря на свое происхождение, делали выбор в пользу сборной России. Среди них Онопко, Никифоров, Цымбаларь и другие. Вы осуждали их?

– Ни в коем случае! В то непростое постсоветское время мне было 13 или 14 лет. И я по-человечески понимал известных футболистов. Возможность пробиться на крупные турниры имела лишь Россия. Но теперь времена изменились.

– К «липовым» россиянам современности как относитесь?

– Главное, чтобы все совершалось по закону. А к футболистам я нормально отношусь. Для нас важно стабильно играть, реализовывать себя.

– В 2012 году, в год вашего 33-летия, Украина примет чемпионат Европы. Рассчитываете принять в нем участие?

– Почему бы нет? Евро в Украине – знаковое событие. До 33 лет я точно буду играть. В будущем моя роль в футболе будет зависеть от физических кондиций. Пока я полон сил и желания.

Андрей Бодров

http://www.sovsport.ru/gazeta/default.asp?p=2&date=2007/4/27&id=257593

Максим Калиниченко: «Я словно приговоренный!»

Советский Спорт, 17 июля 2007 года
Количество просмотров: 992

Фото

МАКСИМ КАЛИНИЧЕНКО. Узник «Спартака», заложник своих идеалов он уже восьмой год бьется за право играть в основном составе красно-белых. Сейчас, когда будущее неординарного полузащитника вновь под вопросом, мы с Калиниченко и его супругой Татьяной попытались переосмыслить весь спартаковский период Максима. И надлежащие выводы сделать.

НЕ ПОНИМАЮ, ЗА СЧЕТ ЧЕГО ВЫЖИВАЮ?!

- Максим, есть вещи, которые вам в сегодняшнем вашем положении непонятны?

- Сколько угодно! Прежде всего, как добиться того, чтобы люди в тебя поверили? Иногда, когда в очередной раз обрушивается осознание, что ты тупо бьешься башкой о стену, руки опускаются. Это ведь страшно тяжело, когда никому нет дела до того, что ты там рвешь жилы. Я словно приговоренный. Кого только из меня не пытались сделать. И рвача, и зажравшегося ветерана, и «отработанный материал». Не понимаю, как я до сих пор играю в этой команде?! За счет чего выживаю?! Почему я, такой во всех отношениях хреновый, оказывался нужным каждому тренеру, коих на моем спартаковском веку уже сменилось немало? Я не знаю, как мне быть. Сидеть не могу. Уходить – тоже. Моя трансферная сумма для футболиста, в которого не верят, запредельная (по нашим сведениям, 3 млн. евро – Прим. ред.). Остается в очередной раз слабо утешаться тем, что я ношу форму клуба, о котором мечтал с детства. Ну и, конечно, надеяться, что при новом наставнике все образуется.

- Ни разу не сожалели о том дне, когда ваша детская мечта стала явью?

- Зачем гневить Бога и просить у него другой участи? До сих пор помню, как в 1999 году приехал в «Спартак» на просмотр. На вокзале меня встретил друг тренера Грозного, и мы отправились на базу. Толкались по пробкам так долго, что я чуть с ума не сошел. В итоге, я заметил указатель «Черкизово», чему изрядно удивился: «В «Локомотив» вы меня что ли везете?!» Я же не знал тогда, что рядом с Тарасовкой есть поселок Черкизово. В общем, когда увидел ворота с ромбиком, испытал облегчение.

- Не забыли свои ощущения, когда эти ворота - фактически в светлое будущее, распахнулись?

- Я скромный был. Не то, что сейчас. Ни о каком светлом будущем даже не помышлял. Не опростоволоситься бы! На первой двусторонке хлопьями падал снег, освещение было слабым. Я тратил уйму времени на то, чтобы разобрать, где свои, а где чужие. А Романцев не любил тех, кто долго думает. К тому же на третьи сутки моральные силы стали заканчиваться. Сидел в одиночестве на базе, ни с кем не общался, команда готовилась к «Лидсу» и всем было не до меня. В итоге, «Спартак» улетел в Болгарию, а я – домой, в полнейшей неопределенности.

С тех пор так и повелось - постоянно чего-то жду. Последние годы и вовсе живу на пороховой бочке. Чуть ли не каждый вечер садимся с женой на кухне и гадаем: что будет завтра? Мое состояние «стабильно подвешенное». Как же надоело находиться в положении натянутой струны! В декабре 99-го, кстати, было гораздо легче, чем, например, весной 2007-го. Да, «Спартаком» я грезил, но для меня тогда футбол на этой команде не заканчивался. Предложений хватало и на Украине. И я в своем выборе ни от кого не зависел.

- В «Спартак» вас все-таки взяли, но контракт не предложили.

- Для заявки закорючку на каком-то символическом контракте я поставил. А так был в неведении: сколько будут платить, когда? В команде еще изрядно задержали зарплату. Деньги, которые занимал у тестя с тещей для поездки в Москву, закончились, и я два с лишним месяца сидел на бобах. Полноценный контракт мне предложили лишь следующей зимой, и вскоре после этого я сломался.

- Когда у вас возник ло ощущение, что «Спартак» - э то надолго?

- С первого дня умирал на каждой тренировке и в каждом матче, но своим я себя почувствовал только на второй год. Перед самой травмой поймал себя на мысли: я полноценный член этого великого коллектива. О том, на какой срок, голову не забивал.

- В «этом великом коллективе» вас на пару с Артемом Безродным, помнится, детьми Грозного дразнили.

- Было дело. С Васькиной легкой руки. Баранов – человек-кладезь разных «горбылей». Всем клички придумывал. Ну и на нас с Темой насел: дети Грозного, дети Грозного! Ваське все прощали. Светлый человек!

«ДУШЕВНАЯ» ЗАКАЛКА ОТ ОЛЕГА ИВАНОВИЧА

- Романцев лично от вас что требовал?

- Что и от всех: выкладываться по полной. Никаких послаблений! Ну и, естественно, думать на поле.

Татьяна: - Как-то еще при Федотове Максим пришел домой окрыленный. Оказалось, что тренировку проводил Родионов, и она была чисто «романцевской». С обилием «квадратов». И там тоже требовалось думать.

Максим: - Да, «квадраты» у Иваныча – святое. Ты мог возить всех, но если в «квадрате» «плыл» – в состав не попадал. Это был истинный критерий. Мы настраивались на этот «квадрат», как на смертный бой. Оттуда уже через пять минут можно было выползти без сил. Я когда первый раз туда влез – а новички сразу попадали под смертоносную пятерку Булатов-Титов-Тихонов-Баранов-Кечинов – чуть не окочурился. Эта комбинационная машина глумились над нами, как над детьми. Я только на второй год, когда заслужил право протиснуться в пятерку основных полузащитников, понял, через что сумел пройти.

- Представляю, что, приходя домой, вы рассказывали жене.

- Да ничего не рассказывал. Ей тогда не до этого было. Одна в чужом огромном городе. Беременная! Сидела в четырех стенах и ждала, когда же я приеду. А у нас были бесконечные сборы.

Татьяна: - Я эти сборы возненавидела! Тогда «Спартак» заезжал на базу за два дня до матча. А они как-то проиграли и их тут же со стадиона вновь загнали на «казарменное положение». На неделю! И все эти 7 дней я была на грани. Прокляла все на свете. А уж как я злилась на Романцева – словами не передать.

- Максим, а вы на Олега Ивановича часто серчали?

- Регулярно! «Душил» он меня, как казалось, чрезмерно. После первой травмы у меня была не голень, а тряпочка, я многие вещи не мог выполнить чисто физически. Олега Ивановича это не волновало: он с меня не слазил, будто я самый здоровый человек на свете. Закалку получил, мама не горюй! В последствии она мне очень пригодилась, поскольку со всеми тренерами у меня возникали творческие разногласия.

«А ПУСТЬ ОН ЗДЕСЬ ТАКЖЕ СЫГРАЕТ!»

- В 2000-м году, когда вы протиснулись в тот чемпионский «Спартак» и стали автором «золотого» мяча «Ростсельмашу», вряд ли могли предвидеть, что за углом вас поджидает длинная череда неприятностей?

- Тогда я ничего не мог предвидеть. Жил одним днем, а трудности меня никогда не покидали. Даже чемпионство свое так и не прочувствовал. Таня дома устроила мне жуткий скандал.

- Ужин в унитаз спустила?

- Ага! Я раздавал интервью, автобус меня ждать не стал, и мне пришлось выбираться из «Лужников» самому. Болельщики окружили, раздавал автографы. Потом понял, что нужно маскироваться: вывернул куртку, натянул бейсболку и так добрался до автострады. Пока поймал машину, пока доехал, вхожу, а эта «звезда» сидит надутая, как шарик: «Ты где был?!»

- Сейчас все было бы иначе?

- Да если бы я сегодня забил «золотой» гол, она бы меня на руках неделю таскала! Научила бы меня курить и прикуривала бы по первому моему зову! А тогда она и не обратила внимания на мои успехи. Да я и сам не обратил. Ничего в моей жизни не поменялось, ни мировоззрение, ни готовность работать и доказывать.

- В межсезонье-2000/01 довелось общаться с Романцевым, так он мне прямо заявил: «Калиниченко станет лучшим игроком 2001 года!»

- Но 2001 года у меня не было. Было опять-таки ожидание: смогу играть или нет. Вероятность того, что мой ахилл не сошьется так, как надо, составляла 50 процентов. Мне было страшно. Сложнее всего было, провалявшись три месяца в гипсе, осозновать потом, что можно было и не валяться. В Финляндии, куда я поехал на консультацию, выяснилось, что западная медицина ушла далеко вперед. Потом был первый шаг, первая тренировка и первое потрясение. За год лечения я забыл, насколько же тяжело играть в футбол. Я привык смотреть на него со стороны. А со стороны все кажется простым: отдай туда, покати сюда, пробей в «девятку». В какую, на фиг, «девятку»?! С какой стороны к мячу подойти – и то было непонятно…

- Что оказалось болезненней: разрыв ахилла или передней крестообразной связки?

- Болезненней всего удар в незащищенную надкостницу. Искры натурально сыплются из глаз. Что до ахилла и «крестов», то я их рвал в два захода. Врачи не могли сразу поставить верный диагноз, снимали боль, я выходил – и дорывал. Когда рвется ахилл, такое ощущение, что кто-то со всей дури палкой шандарахнул тебя по голени. Помню, я обернулся и не поверил своим глазам: в пяти метрах от меня никого не было. Как такое возможно?! Я снял бутсу и пошел. А мне казалось, что я иду в бутсе, но без задних шипов. Пятка все время куда-то проваливалась. Молодой был, ничего не понимал: разрыв ахилла мне представлялся чем-то сродни перелому мизинца. Пустяком. Когда же разлетаются «кресты» - раздается хруст и уходит нога. Ты лишаешься точки опоры. «Кресты» - штука жестокая, но после ахилла мне уже нечего было бояться.

- Что самое трудное во время лечения?

- Находиться дома. И я, и семья привыкли к другому режиму. Постоянно наблюдать, как жена хочет тебя выпроводить на тренировку, не очень-то приятно. Мужчина не должен чувствовать себя беспомощным, но, когда у тебя гипс на всю ногу, это предательское чувство все равно прокрадывается внутрь. Потом находить себя прежнего – пытка несусветная.

- Получается, лишь два спартаковских года из семи вы можете себе занести в актив?

- Истинное удовлетворение получил лишь от первого сезона. Отчасти выделю и 2005-й.

Татьяна: А прошлый год?

Максим: Чем же это был хорош прошлый год?

Татьяна: Да ты что?!

Максим: А-а-а, чемпионат мира! Так он, как сон. Яркие впечатления от него быстро были погребены под слоем негатива. Для меня загадка, почему здесь из футболиста пытаются сделать НЕфутболиста. Приезжаешь после сборной в приподнятом настроении, а тут говорят: фиг ли он там сыграл, за эту сборную? Пусть он здесь так сыграет! Праздника в душе, как ни бывало. Думаешь, ну как людям доказать, что ты собой чего-то представляешь?!

ХОТЕЛОСЬ БРОСИТЬ В РОМАНЦЕВА ГРАНАТУ

- В чем, на ваш взгляд, главная причина того, что человек, который создан для «Спартака» не достиг в этой команде тех высот, которых должен был достигнуть?

- Человек не идеален. В силу своих недостатков, характера, обстоятельств, окружающих людей. Но я этими воспоминаниями не заморачиваюсь. Это я с вами могу в себе покопаться, в одиночестве же бередить старые раны совсем не хочется. И потом, я человек позитивный. Всегда отыщу что-то хорошее. Можно ведь сказать, не раскрыл Калиниченко весь свой потенциал. А с другой стороны – это здорово, что после первой травмы я вообще в футбол вер нулся. С дочкой гулял и грохнулся, дум ал – конец. Гипс сломался, шов разорвался, оттуда кровь течет. Я час метался по комнате на костыльманах и как в бреду повторял одну и туже фразу: это – все! На деле оказалось, мне нашили такой толстенный ахилл, что порвать его полностью – нереально.

- Возвращаясь к разговору о вашей карьере: как думаете, почему все тренеры требовали от вас большего, чем от других?

- Наверное, я сам виноват, что даю людям возможность думать о себе, как о Зидане. Но я же не специально. Если у команды не идет игра, всегда крайним оказываюсь я. У любого наставника! Почему? Видимо, я одной-двумя играми когда-то задрал себе планку, и все решили, что я постоянно должен на ней находиться. Ребята, даже Пеле и Марадона на высоченном уровне играли далеко не всегда! Тот же Зидан, гениальный и великий, в «Реале» по полгода «валял кизяк» и на поле отыскать его было трудно. И ничего! Ни слова упрека! Меня же и на двадцатой минуте первого тайма могли убрать. Олег Иванович, случалось, выпускал на замену и вскоре возвращал назад.

- Страшно в такой ситуации было идти к скамейке запасных и видеть уничтожающий взгляд Романцева?

- Наоборот, хотелось тренера убить. Достать гранату и бросить в него. Уверяю вас, в такой ситуации, когда тебя публично высекают, злоба душит всех, даже самых флегматичных футболистов.

- Кто-нибудь из многочисленных тренеров вам объяснил, почему от вас принято требовать больше, чем от других?

- Нет!!! Единственное, Федотов как-то сказал: «Калина, у тебя все проблемы - в голове». Так я это знаю! Но я не могу сам со своей головой разобраться. Сколько раз пытался – не получается. Объясните мне, что с ней не так и направьте ее в нужную сторону. На то вы и тренеры. Я помощи от вас жду. Проще всего: заменить и «убить» меня на несколько игр, чтобы я вынужден был смотреть на любимое дело со стороны и психологически опускаться все ниже и ниже.

- Мне пару лет назад показалось, что вы наконец-то обрели психологическую стабильность. Ошибся?

- Я тогда почти в себе разобрался, но вновь нашлись люди, которые не позволили мне до конца ощутить почву под ногами. В спорте я осознал одну неприятную вещь: всегда отыщутся те, кто подставят тебе подножку. Разумеется, глупо списывать свои неудачи на кого-то другого. Но знаете, иногда так хочется услышать хотя бы один совет и почувствовать, как в тебя верят. Мне же все предлагают сыграть в одну и ту же игру: «Помоги себе сам!». Сколько можно?!

- С приходом кого из тренеров связывали наибольшую надежду?

- Конечно, с назначением Федотова. Тем горче было разочарование. Григорьича я считал чуть ли не вторым папой, чудом, которое снизошло после долгих испытаний. У меня был на носу чемпионат мира, я землю готов был грызть и тешил себя иллюзиями, что Федотов даст мне возможность себя проявить. Но у него тоже была непростая ситуация, ему надо было выживать в «Спартаке». Мне он ничего объяснять не захотел. Когда я сделал встречный шаг, разговор не получился. Кошка между нами пробежала почти сразу, я резко изменил свое мнение о Григорьиче и он, видимо, обо мне тоже.

- И каким же образом вы целый год просуществовали бок о бок?

- А куда деваться-то? Зато я научился «читать» Федотова без слов. Если он меня менял, а потом не разговаривал, демонстративно не замечая, я знал, что играть не буду. Если он начинал со мной общаться, шутить, то я догадывался: Калиниченко в составе.

- Болельщики болезненно отреагировали на ваш выпад в адрес Федотова.

- Сам никогда ни на кого первым не наеду. Григорич меня «куснул» – я ответил. И впредь всегда всем отвечать буду. Независимо оттого, какую это повлечет реакцию среди бол ельщиков.

ВСЕГДА БУДУ ЦЕПЛЯТЬСЯ ЗА МЕСТО ПОД СОЛНЦЕМ

- Старкова умели «читать»?

- Будь у тебя хоть семь пядей во лбу, Александра Петровича не «просветишь». Непроницаемый человек. Свинцовый! Но я быстро определил, что Старков – консерватор. Только что-то невероятное могло заставить его скорректировать свои взгляды. Меня он не замечал. Как-то я у него для интереса полюбопытствовал: вы на какой позиции меня видите? Было впечатление, что Александр Петрович долго собирался с мыслями: кто это вообще такой? Ответ был настолько невнятным, что я его даже не запомнил. Но мне повезло, выйдя на поле на 90-й минуте матча с «Тереком» я забил гол со штрафного – спасибо боженьке за подарок. Только после этого Старков обратил на меня внимание. Но после первой же осечки я, по традиции, отправился на скамейку…

- Ужасно, когда не доверяют и не дают играть?

- Ужасней, когда не доверяют и дают играть! Тренер, выпуская человека, ждет, когда тот ошибется, чтобы с радостью его заменить. И сам футболист, зная, что от него ждут ошибку, эту ошибку совершает и возвращается туда, откуда пришел. Закон диалектики!

- Странное дело: все тренеры веря в ваш талант, боялись верить в вас самого.

- Может быть, мой минус в том, что из меня сделали суперуниверсала. А при всех равных, предпочтение всегда будет отдаваться классическому крайнему хаву, классическому центральному полузащитнику, а не футболисту, гипотетически способному эти позиции закрыть. Так и с Серегой Ковальчуком сейчас происходит.

- Для футболиста важно найти свою команду, своего тренера и свою позицию. Когда все сходится, то…

- …Получается сказка! Мечта в реальности. Универсализм – это несчастье, это обуза, это горе мое, что я могу сыграть и там, и там, и там. Когда тобой начинают затыкать дыры, ты перестаешь расти.

- С другой стороны, ваша любимая позиция в «Спартаке» оказалась на целое десятилетие застолблена Егором Титовым. Вам же нужно было выживать…

- Вот я и выживал. И сегодня выживу! Не уверен, что в «Спартаке», но то, что я себя еще покажу – это точно. Будьте уверены: никуда я не денусь из большого футбола. Всегда буду цепляться за место под солнцем. И всегда буду говорить то, что думаю!

- Вот этого у нас не любят.

- Я и судьям всегда все в глаза высказываю. Всем подряд, без разбору. И ни с кем у меня конфликтов нет. За единственным исключением…

- Захаров?

- Угу. В нем все еще футболист играет, он хочет быть главным на стадионе, и никак не поймет, что лучший судья тот, который незаметен.

- Очень часто можно наблюдать такую картину – сыграв неудачно, Калиниченко начинает себе что-то выговаривать…

- Когда ошибаешься в элементарных вещах – досада разрывает изнутри. А, если еще кто-нибудь, тренер, например, ткнет носом, тут вообще эмоции зашкаливают. Я же не баран! Сам все прекрасно понимаю. Разумеется, от этого надо уходить - лучше не расплескиваться.

- Тренерам в запале отвечали?

- В игре – нет. Не до этого. На тренировках в дискуссии вступал. Не привык тупо соглашаться с тем, на что у меня есть иное мнение.

- После Романцева, по-моему, только Скала избежал полемики с вами?

- Скала при адекватных шагах руководства мог сделать «Спартак» чемпионом на многие годы. По человеческим и профессиональным качествам – это был наставник европейского уровня. Но, столкнувшись с нефутбольными проблемами, он не обуздал собственные переживания и утратил контакт с игроками. Да и состав у нег о был не тот, что нужно.

ПОСЛЕДНИЙ РОМАНТИК

- В «Спартаке» вообще все воспринимается обостренней.

- Да, причем на всех уровнях. Но самые бурные эмоции у наших болельщиков. Они нам не прощают вообще ни-че-го! Такого в мире нигде больше нет. 365 дней в году мы должны держать марку! Хотелось бы видеть побольше поддержки. Неужели люди думают, что, уступая кому-то, мы бываем от себя в восторге? Кошки раздирают душу, а тут еще любимые фанаты тебя закопать пытаются.

- Нарисованные доллары на трибунах сильно задевают?

- Еще как задевают! Если бы «художники» хоть малейшее представление имели, как эти доллары зарабатываются! Никто же им не мешает добывать такие же деньги: идите, играйте вместо нас! Поверьте, иной раз приходится прилагать каторжные усилия для того, чтобы выдержать обрушившиеся испытания, в том числе, и мощнейшее психологическое давление с их, фанатской стороны. Посмотрел бы я на некоторых: как они себя будут ощущать, когда окружающие станут забрасывать их грязью?! Сомневаюсь, что у людей от этого вырастут крылья. Тем не менее, я люблю наших болельщиков и дорожу ими. Иногда мы их бесим, иногда они нас. Но, в любом случае, мы одна семья и все конфликты, которые в нашей семье случаются, разрешим сами.

- Что самое тяжелое в вашей профессии?

- Терпеть поражения! Одно, второе, третье… Муки адские! В такие периоды ты едешь на тренировку с таким настроением, будто тебя везут сажать картошку или забивать сваи. Любимое дело перестает таковым быть. И абстрагироваться от ситуации никак не получается. Ты всю тяжесть этих мук беспрерывно таскаешь с собой. И избавиться от них можешь только через победу. Если будешь играть. А когда ты сидишь на скамейке и во всех процессах как бы и не задействован, то и боль, и радость воспринимаешь приглушенно. Врагу не пожелаю жить в эмоциональном вакууме. В этом вакууме тебе все известно наперед. Дорога – тренировка – дом. Скамейка запасных – волнение – дорога домой. Приехал, поплакались с женой друг другу в платочки, хоть как-то от негатива избавились, а со следующего дня – негатив начинает накапливаться заново. Для футболиста не играть – это все равно, что не жить.

- То есть, если футболист не играет, он не способен быть счастливым? Даже при условии, что в остальном у него все супер?

- Если муж и жена живут единым целым, то не может в семье быть все хорошо, когда у одной половинки что-то не клеится. Наступает период затмения. Солнца не хватает. Появляются ссоры. После моей первой травмы Таня перестала быть просто женой, она сделалась «женой футболиста». Сегодня футбол для нас с супругой – это очень значимая часть нашей жизни. И быть счастливыми, когда эта часть окрашена в серые тона, у нас не получается.

- Кажется, у вас отношение к футболу какое-то детско-непосредственное. Вы от футбола хотите не того, что принято. Он давно другой.

- Футбол – он не другой. Футбол сам по себе чист. К нему ничто не примешивается: и уж тем более, деньги. Футбол - это не работа! Это игра! Когда я выхожу на поле, чтобы играть, у меня получается все. Но как только я выхожу с установкой не ошибаться и кому-то что-то доказывать, у меня мяч валится из ног.

- Ваше отношение к футболу, пожалуй, можно назвать пафосным словом «романтизм».

- Можно. И я этого не стесняюсь.

Татьяна: - Если на предматчевой установке выясняется, что Макс – в составе, он мне присылает эсэмэску: «Сегодня плету». Понимаете: плету!

Максим: - Да, плету. Кружева. Спартаковские. А Таня мне на эту сэмеску отвечает: сыграй, как во дворе. То есть, получи и подари удовольствие.

Татьяна: - Макс мне и с чемпионата мира прислал: «Солнце , смотри, я – плету». Он даже в сборной Украины – прагматичной и дисциплинированной - пытается оставаться романтиком.

- Только вот в сборную без игровой практики попадать все трудней и трудней.

- Это точно. В «Спартаке» для меня все сводится к слову «шанс». Почему большинству дают играть, а мне дают только шансы?

- Будь ваша воля, чтобы выбрали: очередной шанс в «Спартаке» или гарантированное право играть в другом клубе?

- Я достаточно натерпелся и мне хочется определенности. Я спартаковец каждой клеточкой, но если я «Спартаку» не нужен, скажите, я не маленький – не обижусь. Я землю грызть буду, если какая-то команда в меня поверит и даст мне возможность быть самим собой, а не затыкателем дыр.

- Верите, что руководство «Спартака» вас отпустит?

- Из «Спартака» без клейма «отработанный материал» не уходят. Если только в «Манчестер». Год назад я уже дал согласие на переход в «Москву», но в последний момент что-то сорвалось. Не знаю всю цепочку этих странных переговоров, но то, как все это происходило (и потом не раз повторялось), наводит на мысль, что уйти я смогу только, став свободным агентом.

- Это же долго ждать придется!

- Но я не буду сидеть сложа руки, буду доказывать. Опять! Теперь уже Станиславу Саламовичу...

Алексей Зинин

http://www.sovsport.ru/news/default.asp?id=264073

Максим КАЛИНИЧЕНКО: "ТЕПЕРЬ Я - БОЛЕЛЬЩИК "СПАРТАКА". ПРИЧЕМ ЯРЫЙ"

Спорт-Экспресс, 25 сентября 2008 года
Количество просмотров: 1786

Фото

На прошлой неделе "постспартаковскими" чувствами и мыслями поделился с "СЭ" Егор Титов. Сегодня это делает другой мастер, недавно покинувший ряды красно-белых. 

Беседовать с бывшим полузащитником "Спартака", а ныне игроком "Днепра", настоящее удовольствие для журналиста, поскольку собеседник он искренний и глубокий. Вот и на этот раз договаривались мы о том, чтобы поговорить минут двадцать на базе днепропетровского клуба после очередной тренировки, а просидели почти час. После чего я с большим сожалением вынужден был отпустить футболиста, который уже куда-то опаздывал.
 

В МОСКВУ ВЕРНУСЬ ОБЯЗАТЕЛЬНО

- Как освоились в Днепропетровске? Уже переключились с московского ритма жизни на здешний?

- Особого переключения не потребовалось: Днепропетровск - не чужой мне город. Не скажу что он роднее Москвы, но приезжать туда, где уже жил и все знаешь, гораздо проще.

- У вас вроде бы и квартира здесь оставалась?

- Нет, квартиры не было, это кем-то пущенный слух: на момент отъезда в Москву заработать ее я еще не успел. Сейчас живу у друзей. Пора бы уже подыскать съемное жилье, да все времени нет. Но они не гонят - наоборот, настаивают, чтобы оставался. Да и мне удобно - всего двадцать минут от базы. В Тарасовку приходилось добираться по часу - полтора.

- Эти друзья - еще из детства или юности?

- Нет. Самое парадоксальное, что познакомились мы уже в Москве.

- Днепропетровск выбрали именно потому, что он хорошо вам знаком?

- Скажем так: этот фактор был немаловажным.

- Но семья осталась в Москве?

- Дочку, которая пошла во второй класс, решили пока не дергать. А жене придется жить на два дома - будет в Днепропетровске наездами.

- Вопрос о продаже московской квартиры не стоит?

- И не может встать. В свое время я обязательно вернусь в Москву и буду жить именно там.

- А пока ездите туда при первой же возможности?

- Да, вот только что побывал. Дом-то мой, как ни крути, в Москве.

- Много бытовых проблем создает отсутствие семьи?

- Не я первый, не я последний, кто живет в таком режиме. Поэтому особых проблем не вижу. Главное - правильно себя настроить. А сложности есть всегда - они возникли бы, даже если бы из "Спартака" я перешел в другую московскую команду.
 

УДАР ПО РЕПУТАЦИИ

- Сейчас, задним числом, у вас нет такого ощущения, что стоило какое-то время выждать? Ведь Черчесов ушел из "Спартака" следом за вами.

- Пожалуй, Черчесов стал лишь последней каплей, а решение уйти из "Спартака" зрело уже давно. А прав ли был - рассудит только жизнь. Но я знал: если буду чего-то ждать, то потеряю как минимум год карьеры.

- Рассказывают, что Черчесов, прежде чем вернуть в состав Моцарта, звонил вам с Титовым, но Егор с ним разговаривать не стал, а у вас был отключен телефон...

- Он действительно звонил, но в тот момент я просто спал. В этой истории у каждого собственная правда. Черчесов до конца считал, что поступает правильно, у меня же есть своя гордость. Если меня в такой форме выгоняют с базы, то я имею право не разговаривать с тем, кто это сделал, не находите? Хотя потом нам именно это в упрек и поставили. Забыв, что мы очень хотели поговорить сразу, прямо на базе, хотели узнать причину тренерского решения, однако тогда нам ее объяснить не удосужились. Как, впрочем, и потом, когда мы все-таки встретились с Черчесовым. Нас долго уговаривал пойти на эту встречу один из руководителей клуба, желавший сдвинуть ситуацию с мертвой точки, и мы пошли. Разговор длился пятнадцать минут, и ничего путного я лично так и не услышал.

- Руководство клуба хотело сохранить вас в команде?

- Руководство клуба хотело успокоить ситуацию, смягчить последствия решений главного тренера, которые были в штыки приняты болельщиками. Да и специалисты тоже этих шагов не одобряли. Развивался процесс, который не мог принести пользы никому. Да и по репутации "Спартака" был нанесен очередной болезненный удар.

- Кто из руководства с вами общался, если не секрет?

- Думаю, инициатива шла от Федуна, а кто конкретно занимался тем, чтобы замять скандал, не суть важно.

- Как вы согласились на встречу с Черчесовым?

- Ситуация была тупиковой - ни мы ему, ни он нам звонить не хотели. Но тренер-то был при деле, а мы простаивали. Можно было, конечно, сидеть в дубле, выполняя указания руководства, но на пользу ни мне, ни Егору это точно не пошло бы. Очень хотелось играть - и я Черчесову все-таки позвонил.

- Что же он вам сказал?

- Ничего нового. Сказал, что не видит меня в команде и по решению руководства я буду выставлен на трансфер сразу после окончания контракта, который действовал до 31 декабря текущего года. Егору же, который имел куда более продолжительный контракт, было заявлено, что играть он тоже не будет, но может без проблем сидеть на лавке.
 

ЧЕРЧЕСОВУ ВЕРИЛ ДО КОНЦА

- Незадолго до этого произошла похожая история со ссылкой в дубль Павлюченко. Но Романа быстро вернули. Может, и с вами ситуация не сложилась бы столь драматично, отреагируй вы иначе?

- Нет, это были две абсолютно разные ситуации. Нам в отличие от Ромы четко дали понять: мы наказаны за плохую игру в матче с ЦСКА.

- А прессе объяснили, что не столько за игру, сколько за неспособность капитана и двух вице-капитанов правильно влиять на коллектив.

- Да никто меня вице-капитаном не назначал! В команде существует так называемый тренерский совет, так я даже в него после прихода Черчесова не входил. Потом тренер предложил выбрать пять человек в этот совет самой команде - вот тогда и я туда попал. Но о вице-капитанстве речь не шла. Честно говоря, даже не знаю, по какому принципу в "Спартаке" в последнее время выбирались капитан и вице-капитаны.

- История с выборами, когда повязку вроде бы должны были получить вы, а надел ее в итоге Титов, из той же оперы?

- О той истории давно пора забыть. Егор был настоящим капитаном, да и остается им в сознании болельщиков.

- Когда испортились ваши отношения с Черчесовым? Ведь поначалу он вам доверял.

- У меня отношения с ним не портились. Я верил в этого человека до последнего, доверял всем его решениям и старался их выполнять. Тем большей неожиданностью стал такой его поступок. Что же, ошибся - подобное тоже бывает, в людях иногда разочаровываешься. Это очень тяжело, но надо пережить.

- Команда на вашу ссылку никак не отреагировала?

- Команда уже давно ни на что не реагирует.

- То есть вашу историю можно считать продолжением "дела Аленичева"?

- И Аленичева, и Ковалевски. Как ни прискорбно об этом говорить, команды в истинном понимании этого слова в "Спартаке" сейчас не существует.

- В чем причина этого? Почему столько людей ушло из клуба со скандалами?

- Не знаю. Могу только сказать, что началось все не с Аленичева, а гораздо раньше.

- Но ситуация с ним была, пожалуй, ключевой. Вступись тогда за него команда...

- Что уж теперь ворошить ту историю. Команда не вступилась...
 

В "СПАРТАКЕ" НЕ ХВАТАЕТ ЛИЧНОСТЕЙ

- То, что вы так и не сделали себе российского паспорта, сыграло роль в вашем уходе?

- Нет. События моих последних дней в "Спартаке" показали, что гражданство на тот момент никакой роли уже не играло. Меня просто списали со счетов как футболиста. Да и раньше паспорт решающим фактором не был - иностранцы как играли в "Спартаке", так и играют.

- Какое впечатление произвело на вас избиение вашего бывшего клуба киевским "Динамо"?

- Грустное. Не скрою, я не ожидал такого и очень переживал. Киев вроде бы сам был не на полном ходу, но так легко со "Спартаком" разобрался... (Вздыхает.) Увы, имеем то, что имеем.

- Все говорят, что одна из основных проблем нынешнего "Спартака" - отсутствие подлинного лидера, способного сплотить вокруг себя остальных.

- Главная проблема "Спартака" в том, что эту команду никогда не оставят в покое. Ее футболисты находятся под огромным прессом. И каждому из них надо обладать важнейшим качеством лидера - максимальной психологической устойчивостью. При Романцеве вся команда состояла из личностей.

- Да, Онопко, Карпин, Пятницкий...

- Их я уже не застал. Но и в следующем поколении таких людей хватало: Тихонов, Титов, Парфенов, Ананко - и так далее, можно перечислять практически весь состав. Потому и выигрывали. А сейчас доминирует боязнь ошибиться. Причем на всех уровнях - начиная от генерального директора и заканчивая футболистами. Я очень надеюсь на то, что обстановка изменится с приходом Валерия Карпина - человека не только профессионального, но и финансово независимого. И имеющего, кроме того, характер и спартаковские корни.

- "Надеюсь" говорит о том, что значительная часть вашей души осталась в "Спартаке"?

- Сейчас я - болельщик "Спартака", причем ярый. После стольких лет в этой команде относиться к ней равнодушно невозможно. Большая часть моей карьеры прошла там, и вспоминать эти годы буду с любовью и теплотой.

- Что думаете о приходе Лаудрупа?

- Хорошо, что это тоже независимый человек - с той точки зрения, что он никогда не варился в нашей каше, не имеет никаких предубеждений и сможет взглянуть на все свежим взглядом.

- Хватит датчанину того набора футболистов, который ныне есть в "Спартаке", для создания новой команды?

- Усиливаться надо в любом случае. Но усиление должно быть конкретным, точечным.

- На текущем чемпионате "Спартак", похоже, может поставить крест. Или побороться, скажем, за Лигу чемпионов еще возможно?

- Как ни трудно об этом говорить, но с нынешней игрой чудом надо признать уже тот факт, что "Спартак" держится в лидирующей группе. Я, конечно, буду за него болеть и переживать до конца, но боюсь, это не поможет. Чтобы попасть в призеры, должно случиться чудо.
 

НИ ОДНОГО ПЛОХОГО СЛОВА О БЫВШЕМ КЛУБЕ

- При уходе вы сказали, что "вашего тренера" в "Спартаке" за все эти годы так и не было. А каким должен быть тренер, чтобы стать "вашим"?

- Критерий здесь один - доверие. Увы, стопроцентным оно не было ни в один момент моей спартаковской карьеры. Для того чтобы иметь постоянное место в составе, мне в каждом матче нужно было "феерить". Но такое невозможно требовать даже от самых ярких футбольных звезд. Не было еще ни одного игрока, который показывал бы феноменальный футбол в каждом матче без исключения. Да и не будет никогда.

- В "Днепре" феерической игры от вас не ждут?

- Ждут, наверное. Но здесь все спокойнее, приземленнее, и такого давления, как в "Спартаке", нет и в помине. Подобное спокойствие, может быть, даже идет во вред команде. Нам нужно проникнуться идеей больших побед.

- "Днепр" стал для вас сложным выбором?

- Когда мы с агентом посоветовались и решили, что мне надо уходить, он провел определенную работу на рынке и принес этот вариант. Мы с ним, кстати, сразу договорились: рассматриваем только конкретные предложения, а не виртуальные проявления заинтересованности. А "Днепр" такое предложение делал мне еще год назад. Тогда я взял время на размышление, но предпочел остаться в "Спартаке", теперь же вник в предлагаемый контракт и остался полностью удовлетворен. Думаю, выбор сделал правильный.

- С кем-то советовались?

- Естественно - у меня же есть семья и друзья, которые разбираются в вопросе.

- Как жена отнеслась к подобному завершению вашей спартаковской карьеры?

- Очень переживала. Тем более что быт в Москве уже полностью налажен, а для женщины, хранительницы семейного очага, это главный вопрос. Но она сразу сказала, что основной критерий выбора - мой психологический комфорт.

- "Спартак" отпустил без проблем? Контракт-то еще не закончился.

- Никаких проблем не было. Да и вообще о "Спартаке" ни одного дурного слова не скажу. Могу только поблагодарить клуб за счастливые годы, в нем проведенные.

- "Отвальную" устроить так и не удалось?

- Пока нет. Смысл же не в том, чтобы просто "проставиться" - хочется посидеть с друзьями, с теми, кого очень хочется видеть. У меня были выходные, ездил в Москву, но предпочел провести свободное время с дочкой. Если пойдешь по друзьям - семью не повидаешь. Выбор, честно говоря, сложнейший. Но жизнь длинная - надеюсь, все еще успею.

- И со многими из бывших партнеров вам хочется посидеть?

- В принципе был бы рад увидеть всех, но есть, конечно, те, с кем общался ближе, а есть и такие, с которыми фактически не общался. Всех любить невозможно.
 

В "ДНЕПРЕ" НИЧТО НЕ УДИВИЛО...

- Контракт с "Днепром" вы заключили по схеме "3+2"?

- Не знаю, откуда в прессе появилась такая информация. Никаких "+2" в договоре нет - он просто заключен на три года.

- Все равно срок немалый.

- Достаточный. Я так и хотел - подольше. Вот уже месяц прошел. Пролетел, он, кстати, очень быстро: сыграли семь или даже восемь игр - в "Спартаке" я столько за последние полгода не наиграл.

- А если вдруг позовут обратно в "Спартак"?

- Позовут - буду рассматривать предложение. Я же теперь к "Спартаку" никакого отношения не имею, так что это будет обычная покупка игрока со стороны.

- Но "длинный" контракт разорвать труднее.

- Мы не ищем легких путей. Особенно "Спартак".

- Ваша зарплата в "Днепре" сильно уступает спартаковской?

- А кто вам сказал, что она уступает? И с этой точки зрения в "Днепре" все нормально.

- Многое ли в новом клубе удивляет человека, проведшего девять сезонов в "Спартаке"?

- Ничто не удивляет. Я знал, куда иду, я здесь уже был, поэтому ко всему оказался готов.

- Но нынешний "Днепр" - совсем не та команда, которую вы покидали почти десять лет назад.

- База не та, стадион теперь будет не тот, а люди во многом остались те же. Непривычно лишь, что игры "Днепра" не вызывают такого ажиотажа, к которому я привык в России. Недели через три поймал себя на мысли, что за пределами базы и стадиона я о футболе практически не думаю. И это, наверное, очень хорошо - нет постоянного стресса, ты ни на чем не зацикливаешься и себя лишний раз не накручиваешь. Появилось какое-то фундаментальное спокойствие, ушла нервозность. Это отнюдь не значит, что я равнодушен на поле и не ставлю перед собой спортивных задач. Напротив, подобная внутренняя устойчивость только позволяет решать их продуктивнее.

- В "Днепр" вы шли к Протасову. Стало ли большой неожиданностью то, что он так быстро ушел из команды?

- Действительно, звал меня Олег Валерьевич, и поработать с ним было бы очень интересно, но, увы, практически не довелось. Однако слукавлю, если скажу, что очень удивился его отставке. Общаясь с новыми партнерами и околофутбольными людьми, понимал, что в команде не все ладилось. Неуверенность, нервозность витали в воздухе, и чувствовалось, что перемены не за горами.

- Бессонов очень отличается от Протасова?

- Фундаментально. Это яркий представитель украинской тренерской школы.

- И каково человеку, девять лет проведшему в "Спартаке", привыкать к этой школе?

- За время моего пребывания в "Спартаке" сменилось столько тренеров, что ничего принципиально нового в тренировках для меня уже нет. Тем более что формировался я как футболист на Украине.

- А как спартаковца встретила армейская диаспора "Днепра" - ведь в Днепропетровске бывших игроков ЦСКА сейчас пятеро?

- Ничего особенного - так, пошутили немного, и все. Практически всех их знал лично, а это важнее отношений между клубами.

- Уже можно сказать, что вы полностью свой в новой команде?

- Да я с самого первого дня был здесь не чужой.

- В последней кубковой игре вам доверили капитанскую повязку. Как вы расценили этот факт?

- Честно говоря, очень удивился - о такой возможности даже не думал. Но несколько ведущих футболистов отсутствовали - вот и объяснение. Конечно, надевая повязку, чувствуешь большое доверие и какую-то новую ответственность, но зацикливаться на этом нельзя - в одиночку игры никто не выигрывает.
 

... КРОМЕ БОЛЕЛЬЩИКОВ

- "Днепр" ничем вас не удивил. А украинский чемпионат в целом сильно отличается от российского?

- Сильно. Но не скажу что он слабее. Слабее околофутбольная составляющая - инфраструктура, ажиотаж, показ матчей. Мне кажется, что в этом плане Украине есть чему поучиться у России. Сам же футбол здесь очень специфический, основанный на высокой физической подготовке. Главное отличие - наличие целого ряда команд, которые и сами не играют, и противнику не дают. В российском чемпионате такого уже нет - там у каждого клуба свой почерк, свои амбиции, и во встречах с лидером почти никто уже не думает только о том, как отбиться.

- Судят в двух чемпионатах одинаково?

- Судейство здесь немного лояльнее: сам футбол гораздо жестче, и если показывать желтые карточки так же, как в России, то матч с необходимым комплектом игроков можно и не закончить.

- Вы с сожалением говорите об отсутствии на Украине ажиотажа. Но здешние болельщики тоже активны и разными способами проявляют себя. Схожи эти проявления на действия их российских собратьев?

- В самой России одинаковых болельщиков нет - разве спартаковских можно сравнить с какими-то другими? Но в Днепропетровске фаны, как мне кажется, болезненно самолюбивы. Я не могу понять, с чем это связано, и очень удивляюсь, когда с трибун мне пытаются что-то рассказать о "Днепре" люди, которые ходили еще в начальные классы школы, когда я уже играл за эту команду. Не приемлю, когда болельщик хамит футболисту, да еще и игроку своего клуба. Здесь же этого - с лихвой. Что, видимо, идет от невоспитанности.

- А может, и от долгого ожидания весомых побед "Днепра"?

- Побед ждут болельщики любой команды в мире. Но они же при этом не хамят!

- Спартаковские в этом году тоже вылили немало негатива на свою команду.

- Спартаковских болельщиков нельзя сравнивать с днепропетровскими: за первыми - огромная история, вторые только лет пять-шесть как объединились. Да и негатив спартаковский, если вы заметили, был направлен в первую очередь на руководство клуба - футболистов ведь не оскорбляли и яблоками не забрасывали, как это случилось в нашем кубковом матче с "Крымтеплицей". Я всегда относился к болельщикам с уважением, но мириться с их неуважением к себе крайне трудно, если вообще возможно. Мы же заинтересованы в одной цели! Я могу выслушать аргументированную критику и объяснить, почему сыграл так-то и так. Но никто никогда не мог обвинить меня в том, что выхожу на поле отбывать номер. Поэтому, когда с трибун несутся оскорбления... Без болельщиков мы точно ничего не выиграем, нам необходимо быть вместе. Поэтому для начала нужно встать у зеркала и посмотреть на себя. И нам, но и им тоже.

- Возможно, та реакция в игре с "Крымтеплицей" была связана еще и с вылетом из Кубка УЕФА? Что случилось в матчах с "Беллинцоной"?

- Ничего не случилось. Такое бывает - киевское "Динамо" могло точно так же вылететь от "Дрогеды". И тогда бы, кстати, наша неудача имела куда более слабый резонанс. С подобными командами тяжелее всего - мы не знаем, на что они способны. Вроде бы сами сильнее и должны побеждать, но чего ждать на поле... Плюс тогда у нас был сумасшедший график - играли по два матча в неделю, - и противник оказался гораздо свежее. Хотя это и не оправдание, конечно.
 

НАДО МЕНЯТЬ ПСИХОЛОГИЮ

- В сборной Украины с приходом Алексея Михайличенко что-то изменилось?

- Только футболисты - появилось много новых имен. Но концепция осталась прежней.

- Как пережили непопадание в заявку на матч с Казахстаном?

- Жив, как видите. Было, естественно, неприятно, но после игры мы поговорили с Алексеем Александровичем и хорошо поняли друг друга. В интересах команды я согласен остаться на скамейке, но только в отдельном матче. Постоянно же сидеть на трибуне не готов. И не только я - любой футболист.

- Для "Спартака" и второе место - неудача, в то время как для "Днепра" и третье - успех. Пришлось менять психологию?

- Наоборот - мне хочется, чтоб психология поменялась у всей команды. Я отвык от того, что мы можем кого-то бояться - наоборот, все должны бояться нас. Надеюсь, со временем именно такая психология у "Днепра" и будет. Но ею должны проникнуться все - от президента клуба до поваров на базе.

- И сколько на это понадобится времени?

- Командный дух - такая неосязаемая штука, что все может поменяться очень быстро. Главное - общий настрой, стремление к переменам.

- Какие цели ставит сейчас перед собой футболист Калиниченко?

- Цели остались теми же - постоянно играть, приносить пользу команде, совершенствоваться как футболист и как личность. Все для этого у меня есть, включая главное - желание.

- Такое же, как то, что было при переходе в "Спартак"?

- Тогда это было желанием в чистом виде, а сегодня оно помножено на опыт и понимание того, чего именно можно и необходимо достичь. Я пережил в футболе очень многое - в том же "Спартаке" год, наверное, идет за два. Но мне еще есть что доказывать - и себе, и окружающим.

- Что при этом важнее - конечная цель или процесс самосовершенствования?

- Цель, естественно. Но без правильно организованного процесса ее никогда не добиться. При этом он тоже должен приносить удовлетворение.

Борис ЛЕВИН

http://www.sport-express.ru/art.shtml?166863

Максим Калиниченко: «Очень хочу сыграть на домашнем Евро»

sports.ru, 23 марта 2012 года
Количество просмотров: 1567

Фото

 Застать Максима Калиниченко в Москве удалось между двумя сборами его нового клуба - симферопольской "Таврии". Полузащитник на несколько дней приехал повидаться с семьёй, которая осталась жить в столице. В беседе с корреспондентом еженедельника "Футбол", Максим рассказал о задачах "Таврии", желании сыграть на Евро и вариантах возвращения в  "Спартак"

«ТАВРИЯ» НЕ ПОХОЖА НА «АНЖИ»  

— С нового сезона вы стали игроком симферопольской «Таврии», которая перед началом сезона усилилась многими известными украинскими футболистами, а также рядом легионеров. Здесь уместна параллель с «Анжи» или «Манчестер Сити»?  

— Нет, абсолютно неуместна. Мы не взрываем трансферные рынки заоблачными предложениями и покупками. Наше руководство выбрало иной путь, платить сумасшедшие деньги за звездных игроков оно не будет. Идет целенаправленная и планомерная работа по усилению состава, и если внимательнее присмотреться, то настоящих трансферов перед этим сезоном было раз-два и обчелся. В основном приходят либо свободные агенты, либо недорогие футболисты. Так что у нас совсем другой подход, нежели в приведенных вами клубах.  

— А какие перед «Таврией» стоят задачи?  

— Цель на ближайший сезон — попадание в еврокубки. Она была поставлена перед сезоном и никем не отменялась. Это нормально, ведь «Таврия» всегда боролась за право играть в Европе. А в более отдаленной перспективе клуб должен составить конкуренцию нынешним грандам украинского футбола. 

  — Судя по набору исполнителей, «Таврия» вполне способна подняться выше седьмого места и уж точно не должна отставать от лидера на 22 очка. Чего не хватает команде?  

— Команда на ходу перестраивается, пополняется новыми футболистами, процесс этот достаточно болезненный. Сиюминутного успеха в таких случаях не бывает. Вернее, бывает, но лишь тогда, когда приходит новый тренер и приводит сразу пятнадцать своих футболистов. В нашем же случае ведется кропотливая и целенаправленная селекционная работа, причем не без ошибок. Речь о том, чтобы быть на одной ступеньке с «Шахтером» или с киевскими динамовцами, пока не идет. Мы только стремимся к этому.    

— Вы являетесь единственным игроком «Таврии», который провел все двадцать матчей в чемпионате Украины, и вместе с Сергеем Назаренко возглавляете список бомбардиров команды. В Симферополе чувствуете себя комфортно?

  — Абсолютно комфортно. Не последнюю роль в этом играет тот факт, что я стабильно выхожу на поле. Если футболист имеет прочное место в основном составе, то он может не обращать внимания на какие-то отдельные проблемы, без которых в жизни не обходится никогда. Я играю и получаю удовольствие от футбола. Хотелось бы, конечно, бороться за более высокие места, но опять же это все в перспективе. 

  Проблемы — это плохая гостиница на сборах, на которую вы жаловались в своем «твиттере»?  

— Это история на уровне детского сада, из которой раздули непонятно что. Надо вообще выяснить юридическую составляющую этого вопроса. Может быть, интернет-порталы вообще не имеют права перепечатывать сообщения из моего личного блога, не получив на это согласия. Я сейчас не хочу отмазываться и отказываться от своих слов. Эти условия не нравились не только мне одному, на следующий день мы и вовсе перебрались в другую гостиницу. Не нужно было на этом акцентировать внимание, поскольку мы приехали сначала не туда, куда планировали. А то, что я сравнил перелет в Анталию через Стамбул с путешествием в Австралию… Да, был сложный перелет, который оказался изнурительным опять же для всей делегации. Просто кто-то захотел обсосать и помусолить в Интернете и этот момент. Ну, обсосали и помусолили, а чего добились-то?  

— В России достаточно проблематично смотреть матчи украинского первенства, но, судя по нарезкам ваших голов в этом сезоне, сложилось впечатление, что вы вновь действуете в центре поля.  

— На самом деле в «Таврии» я играю на позиции левого полузащитника. Назаренко — правого. При этом мы двое забили больше других: по шесть голов. Но в наших игровых амплуа есть своя специфика. Мы не челноки и не играем конкретно по бровке, очень часто меняемся местами, как в свое время в «Спартаке» с Денисом Бояринцевым. Видимо, из-за этих постоянных перемещений и создается впечатление, что я действую где-то в середине поля. Хотя по ситуации часто смещаюсь ближе к центру, чтобы забить гол. От боковой линии непросто поразить ворота. 

 ХОЧУ СЫГРАТЬ НА ЕВРО  

 — В 2011 году «Спартак» покинул бразилец Алекс, и красно-белые очень долго нуждались в лидере и человеке, который мог бы вести игру команды. В это же время вас отстранили от тренировок с основным составом «Днепра». Поддерживая форму в дубле украинского клуба, не представляли себя на месте Алекса?  

— Это уже из разряда фантастики. Я живу реалиями и никогда себя ни на чьем месте не представляю. На сегодняшний день моя спартаковская карьера закончена, и никаких предпосылок к ее возобновлению, к сожалению, нет. Мое желание должно подкрепляться заинтересованностью с другой стороны, которая отсутствует. «Спартак» — это моя жизнь, я никогда от этого не откажусь, ведь провел в стане красно-белых большую часть своей карьеры.  

 

 — А как бы вы оценили свою игру за «Днепр»?  

— Два с половиной года без всяких колебаний можно занести в актив. Я играл в большинстве матчей, немало забивал. Это был достаточно насыщенный и удачный период, по крайне мере лично для меня. Правда, мы так и не достигали поставленных перед командой целей: не было завоевано клубных трофеев. Испортило впечатление от днепропетровского этапа моей карьеры то, что в последние полгода пришлось тренироваться с дублем, поскольку от работы с основным составом я был отстранен. Хотя даже в это время я тренировался и выкладывался по максимуму. Огромное спасибо наставнику дубля днепропетровского клуба Диме Михайленко, который помогал мне поддерживать форму в это сложное время. Но в целом пребывание в «Днепре» оставило больше позитивных эмоций. Жаль только, что они не подкрепились медалями и какими-то особыми личными достижениями.    

— В связи с успешной игрой во внутреннем первенстве ваши шансы принять участие в домашнем Евро не повысились?    

— Скажем так, моя игра во внутреннем первенстве относительно успешная, но переоценивать ее не надо. Я очень хочу сыграть на чемпионате Европы, но нужно понимать, что здесь от меня зависит далеко не все. Есть тренеры, которые смотрят и решают, нужен им определенный игрок или нет. Если уровень моей готовности будет устраивать наставников национальной команды, то уверен, что меня позовут под ее знамена.  

 

 — На что способна летом сборная Украины?  

— Хочется верить, что на многое. У нас очень сложная группа, но если с Божьей помощью удастся из нее выйти, тогда уже ничего не будет страшно. Там уже можно будет замахиваться на любые высоты.  

— Кто сегодняшние лидеры украинской сборной?  

— Это все те же самые люди, которые вели за собой команду в 2006 году: Александр Шовковский, Анатолий Тимощук, Андрей Шевченко. В каком бы возрасте Андрей ни находился и в каком бы состоянии он ни был — это великий игрок. Не только украинского футбола, но и европейского.   

— Как сказалось на команде возвращение на ее тренерский мостик Олега Блохина?  

— Я не вижу кандидатуры более достойной, чем Олег Владимирович. Если уж сверху приняли решение сменить Юрия Калитвинцева, то Блохин был единственным правильным выбором. Никто другой в столь короткое время не понял бы всю специфику кухни нашей сборной.   

— Насколько Блохин силен как тренер? В России к нему довольно скептическое отношение, поскольку проба сил в «Москве» оказалась далеко не самой удачной.  

— За Блохина-тренера говорит его работа. К примеру, в Греции он достаточно успешно и плодотворно потрудился. Здорово показал себя во главе национальной команды. А чтобы объективно оценить его работу в «Москве», нужен детальный и независимый анализ, надо хорошо знать ситуацию, которая была тогда внутри клуба. Мы же этого ничего не знаем, и никто в этом копаться уже не станет. Всегда найдутся противники и сторонники тех или иных тренерских решений. Не получилось? Что ж, это тренерская доля: бывает, что все складывается хорошо, бывает — не очень. Надеюсь, что сейчас в сборной у Блохина все получится.  

 

 МОЦАРТ ИЗВИНИЛСЯ ПЕРЕД ЧЕРЧЕСОВЫМ      

 — Вы работали со многими тренерами. Под чьим руководством вам нравилось играть больше всего?  

— За карьеру у меня было 15 или 16 тренеров. Нравилось работать под руководством Олега Ивановича Романцева. Как совсем еще молодому игроку, мне было очень полезно пройти его школу. Она стала для меня теоретическим и практическим фундаментом. С нетерпением все ждали первых занятий Невио Скалы. В первую очередь потому, что он был очень известным иностранным тренером, и нам было  любопытно принять участие в его тренировках. Во многом ожидания оправдались, работа с итальянцем была интересна и познавательна.  

— А это правда, что при Андрее Чернышове вы отрабатывали подкаты и удары головой без мяча?  

— Ну, это, конечно, сильно утрировано. Хотя на разминке тогда бывали упражнения подобного рода. Мы делали разные движения по сигналу тренера, среди них были и подкаты, и даже имитация удара в падении головой без мяча…  

 

— Если вернуться в июль 2008 года, когда Станислав Черчесов после памятного разгрома от армейцев перевел вас, Егора Титова и Сантоса Моцарта в дубль, – хотели бы что-то изменить?  

  — Я ничего не мог тогда изменить. Станислав Саламович так и не объяснил никому из нас, что сподвигло его на такой поступок. Почему он вернул Моцарта? Видимо, бразилец извинился перед главным тренером, а тот его великодушно простил. Я до сих пор не могу понять, за что я должен был просить прощения у Черчесова. Я действовал по ситуации, действовал так, как мне подсказывала совесть. Я извинился перед болельщиками и готов еще раз попросить прощения за проигрыш. Я прекрасно понимаю, что значат для них матчи с ЦСКА. Может, я еще должен был извиниться перед Черчесовым за то, что он при моей жене и ребенке выгнал меня с базы? У Станислава Саламовича достаточно горячая кровь, и я вижу корень всей проблемы только в этом. Если он хотел убрать нас из команды, это можно было сделать по-разному, но только не таким способом.   

— Может быть, Черчесов должен был сам уйти из команды после того поражения, а не искать крайних?  

— «Реал» проигрывает «Барселоне» в пять мячей, но никто никого не выгоняет и все адекватно воспринимают эту ситуацию. А насчет того старого инцидента с Черчесовым я раньше очень многое сказал и теперь уже не хочу ворошить прошлое. Добавлю лишь, что я вел себя тогда абсолютно верно и ничего в этом изменить бы не хотел.  

— Что чувствует человек, пропустивший много матчей из-за травмы, а выйдя на поле, забивший первым же ударом?   

— Безусловно, счастье! Это был незабываемый момент. Мы выигрывали у «Терека» со счетом 2:0, я вышел на замену и первым же ударом забил. Если у кого-то было что-то подобное, то этот человек меня поймет. Конечно, я не стал бы называть этот эпизод одним из лучших в моей карьере, но он один из самых ярких – это уж наверное. Надеюсь, что лучшие мгновения будут впереди.  

БЛАГОДАРЕН БОЛЕЛЬЩИКАМ «СПАРТАКА»     

— Многие известные спортсмены не любят публичности, однако позволяют следить за своей жизнью в «твиттере». Зачем?  

— Это обыкновенная дань моде и не более того. «Твиттер» стал популярным развлечением. Я ни в коем случае не ставил целью стать популярнее или пропиариться при помощи этого блога. На сборах между тренировками бывает много свободного времени. Пойти некуда. Выбор небольшой: лечь спать или посидеть в Интернете. Обычно я выбираю второе. Вот сейчас, когда я нахожусь в Москве со своей семьей, у меня даже мысли не появляется зайти в «твиттер» и что-то там писать.  

  — Вы называете Москву своим домой. Часто бываете в столице?  

— Как только появляются два-три свободных дня, сразу мчусь в Москву. У меня здесь семья, дочка ходит в пятый класс. Так что я привязан к столице и «отвязываться» особого желания не имею.  

 — Практически ни один болельщик «Спартака» никогда не скажет о вас дурного слова, – как добиться народной любви?  

— Я никогда не ставил своей задачей добиться чьей-то любви. Всегда играл так, как мог на данный момент, делал все, чтобы выложиться на поле до последнего. Кому-то это может показаться неправдой, но я говорю так, как это чувствую. И никогда не отдам игре меньше того, что у меня в тот момент есть, то есть всего себя. Если я полностью готов, я и выкладываюсь полностью, если не совсем готов, то выкладываюсь на столько, на сколько готов. Мне многие болельщики «Спартака» до сих пор пишут во всевозможных социальных сетях, благодарят за проведенные в команде годы. Для меня это очень важно, я это очень ценю. Огромное спасибо этим людям за поддержку!

Глеб Чернявский

http://www.sports.ru/tribuna/blogs/footballweekly/306488.html

Максим КАЛИНИЧЕНКО: ДУШОЙ ВСЕГДА БУДУ В “СПАРТАКЕ”

Спорт-Экспресс, 20 декабря 2005 года
Количество просмотров: 815

Фото

Александр Старков едва успел подозвать его к скамейке запасных для пары напутственных слов, а Лужники уже восторженно загудели: "Калина выходит!"

Истекали добавленные минуты к матчу "Спартак" - "Терек". Бояринцев сделал счет безопасным для спартаковцев - 2:0. Теперь можно и народ в красно-белых шарфах побаловать. Калиниченко-то для этого народа - одна из считаных ниточек, соединяющих новый "Спартак" с прежним, чемпионским. Тем, что, кажется теперь, был в какой-то прошлой жизни. Десять месяцев, еще со времен Невио Скалы, он не выходил на поле в официальных матчах, оперировал и лечил колено. Пропустил первые шесть туров чемпионата-2005. И вот настало время для коротенькой ностальгической демонстрации, которая, как думали многие, в судьбе твердого запасного вряд ли что-то изменит.

В момент замены неподалеку от ворот грозненцев был назначен штрафной. А потом...

А потом началось то, без чего, весьма вероятно, не было бы у "Спартака"-2005 серебряных медалей и путевки в Лигу чемпионов. С уникального гола, забитого первым же касанием мяча в чемпионате (Книга Гиннесса, ау!), для полузащитника стартовал сезон, которого он не забудет никогда. Сезон, швырявший его вверх-вниз с максимальной амплитудой - от резерва, из которого он летом был близок к уходу в "Москву", до победного чудо-гола торпедовцам, до "гавриловской", после ложного замаха, передачи Павлюченко в Ярославле и до серебряного паса в поединке последнего тура с "Локомотивом".

Более яркого возвращения в футбол после тяжелейшей травмы в России не было давно. И сегодня невозможно поверить в то, что в стартовом составе полузащитник выходил всего лишь в десяти матчах чемпионата. Не проведя на поле за год и тысячи минут, он вошел в десятку лучших игроков первенства по оценкам "СЭ"! После матча с "Шинником" - когда решающий пас Титову был еще впереди - Старков на пресс-конференции предложил всем футболистам, которые в какой-то момент оказываются в запасе, брать пример с Калиниченко. "Место в составе не уступлю ни Быстрову, ни Бекхэму", - заголовок одного из его интервью "СЭ" говорил сам за себя.

...Он - интереснейший рассказчик. Дело даже не в исключительном для футболиста лексиконе, когда выражения "априори", "монархия", "эстетский гол" перестают удивлять почти сразу когда ответ на вопрос, можно ли хотя бы теоретически после шести лет в "Спартаке" перейти в ЦСКА, начинается так: "Не я придумал пословицу: "От тюрьмы да от сумы не зарекайся". Дело в том, что красивые обороты не отвлекают от смысла, а, наоборот, подчеркивают его. Хорошо бы ему когда-нибудь попробовать себя в роли телекомментатора. Слушая его, ты незаметно оказываешься вместе с ним на поле. Ликуешь и негодуешь, летаешь как на крыльях и падаешь от изнеможения, при этом каждое футбольное мгновение, каждую игру и тренировку пропускаешь через себя. И ни на секунду не становишься равнодушным.

В моей памяти Калиниченко запечатлелся таким, как был после финального свистка в золотом матче-2000 против "Ростсельмаша". Новичок, забивший тогда победный мяч, схватил огромный спартаковский флаг и совершенно по-мальчишески поскакал с ним вприпрыжку вдоль Северной трибуны.

С тех пор в нем не прибавилось ни капли вальяжности и цинизма. И в сегодняшних монологах Калиниченко, которому в январе исполнится всего 27, отрывки из сезона-2005 будут перебиваться фрагментами из спартаковского прошлого. Одно и другое невозможны друг без друга, о любом эпизоде этих шести лет он говорит так, будто он случился вчера. Только такие люди и возвращаются после разрыва ахиллов и коленей так, как уже дважды возвращался Калиниченко.

* * *

- Бить штрафной "Тереку", когда я вышел на замену собирался Кавенаги. Он еще не понял, что происходит. Но Титов, Бояринцев и, по-моему Павлюченко его просто отодвинули, установили мяч и дождались, пока я от бровки прибегу. Да я и сам бы не дал никому ударить. Лег бы перед мячом, по нему пробили бы только через мой труп. Знал, что точка моя, и это - мой шанс. Я не Егор, который после возвращения имел автоматическое место в составе. Мне нужно было начинать с нуля. Когда уже начал набирать форму весной, Старков откровенно сказал: "Я не знаю твоих возможностей, не знаю, как ты играешь". И в первых турах чемпионата моим уделом был дубль. Значит, любой выход на замену, любой штрафной удар становился для меня решающим.

Как встретили мой выход болельщики, услышать успел. Приятно было, конечно. Я давно в команде, ко мне привыкли. Кто-то, может, соскучился. И я тоже по ним скучал. Таких болельщиков, как у "Спартака", больше нет. Хотя и у них эмоции берут верх над разумом. Залезешь порой в интернет, почитаешь, что они про тебя за шесть лет писали, - можно сразу повеситься. И, скажем, у Ромы Павлюченко, вспыльчивого человека, с ними одно время не все в порядке было. Но надо понимать, что люди болеют за тебя, переживают. А значит, нельзя от них требовать, чтобы они были спокойными и объективными!

А тот гол "Тереку" я ничем, кроме чуда, объяснить не могу. Какая была цепочка обстоятельств! Не забей Бояринцев, счет не стал бы 2:0 и я бы не вышел на замену. Не подставься Павленко - не назначили бы штрафной и за оставшиеся мгновения я бы ни разу не коснулся мяча...

Когда забил - понесся за ворота и сорвал с себя футболку. Судья подошел, показал желтую карточку и сразу извинился: "Не могу не показать - правила такие". Господи, да какие там обиды! А не забей я того штрафного "Тереку" - дальше у меня в "Спартаке" могло вообще ничего не быть. Потому что Старков не понял бы, что я могу быть полезен даже на считаные секунды.

* * *

..."Мясным" я за эти. шесть лет, конечно, стал. Никуда уже не денешься, "Спартак" - это вообще судьба длялюбого, кто в нем играл более или менее долго. Я же в 2000 году всю предсезонку был на просмотре, до последнего дня не зная, возьмут ли в команду. А потом полгода выступал, по сути, без контракта.

Странно далее думать, что незадолго до того меня звал ЦСКА и, если бы проявил большую настойчивость, мог бы там оказаться. Конечно, не я придумал пословицу: "От тюрьмы да от сумы не зарекайся", люди и из "Барселоны" в "Реал" переходят. Но даже если бы возникла невероятная ситуация, при которой пришлось бы закрыть глаза на свои принципы и пойти кормить семью и зарабатывать деньги в тот же ЦСКА, там уже не было бы кусочка моей души. Той, что есть и всегда уже будет в "Спартаке".

Никогда не забуду, как после золотого матча с "Ростсельмашем" один с флагом как дурак скакал по полю Лужников. И не мог понять, почему остальные обыденно на это смотрят. Теперь, думаю, они понимают, что тогда радоваться все-таки надо было. Такие вещи не могут надоесть. А если перестаешь радоваться победам, то и выигрывать тоже со временем перестаешь.

Олег Иванович тогда вообще очень обиделся, что ростовчан, больше тайма игравших вдесятером, в золотом матче переиграть не смогли. Даже праздновать на поле не остался, в раздевалку ушел сразу после свистка. В конце матча мы ведь едва гол не получили. Да что там говорить - получили. Я уже из-за линии ворот мяч выбивал, а судья не заметил. Стоял на линии, а когда выбивал, прилично отклонился назад. У меня же голова не два метра в диаметре!

Была ли неловкость? Нет, пожалуй. Перевешивало то, что золотой гол забил, В конце концов, судьи есть, чтобы голы засчитывать и отменять. Конечно, все должно быть честно. Но я - не Игорь Нетто, и на дворе был не 62-й, а 2000-й год. И если бы, будучи новичком, пошел бы рассказывать судье всю правду, партнеры вряд ли восприняли это с пониманием. И к Марадоне, считаю, за "божью руку" претензий предъявлять нельзя. Забил. Засчитали. А что засчитано - то гол, И не знаю человека, который в сегодняшнем футболе взял бы на себя смелость утверждать обратное.

* * *

...После штрафного "Тереку" и двух голов "Крыльям" казалось, что все налаживается. И вдруг - рецидив травмы. Колено надулось, я две недели не мог тренироваться и вылетел из обоймы. Сейчас сам не могу поверить - три с половиной месяца, с матча первого круга против "Локомотива" до октябрьской игры с "Торпедо", в стартовом составе не выходил! Период очень непростой был, тем более что еще и на Мемориал Лобановского в сборную Украины съездил неудачно. Первой "Москва" отреагировала. На тему сборной и чемпионата мира там здорово напирали. На очень больную для меня тему.

В какой-то момент, не скрою, захотел уйти, сменить обстановку. Обосновал руководству свою позицию, попросил меня понять. Но и Старков, и Сергей Шавло, причем еще и со ссылкой на мнение Леонида Федуна, сказали, что я нужен и продавать меня не намерены. С тем же Старковым я вообще в течение сезона много разговаривал - больше, чем с любым другим тренером в моей карьере. Думаю, такие индивидуальные беседы многое игрокам дали.

Саша Самедов в той ситуации ушел в "Локомотив". Но он, как мне показалось, не после прихода Быстрова, а еще в начале сезона "лапки" поднял. Скала ему доверял - он играл, а к конкуренции, видимо, оказался не готов. Желаю ему всего лучшего и смею надеяться, что сам многое ему дал. Но такая психология мне непонятна. Да, кто-то больше получает, и ничего с этим не сделаешь. Но если ты считаешь, что лучше конкурента, почему должен бояться за свое будущее? Играть надо и не забивать себе голову всякими сомнениями. А Самедов засомневался. И ушел.

Когда меня отказались продавать, я мог бы, конечно, встать в позу, заявить, что ничего не буду делать только продажи ждать. Но так поступать, считаю, неправильно. Тем более по отношению к команде, которую любишь. И которая дважды не бросала в беде, когда получал тяжелые травмы.

Летом договорились, что остаюсь, а в конце сезона начнем разговор о новом контракте - старый у меня до конца 2006-го. Так и получилось. Сегодня могу сказать, что процентов на 98 - 99 остаюсь в "Спартаке". Вопрос с новым соглашением должен решиться еще до начала нового сезона. Сейчас в руководстве собрались такие люди, что ни о каком обмане речи быть не может. Раньше было чуть-чуть иначе, потому что команду не совсем футбольные люди возглавляли. Пытался, скажем, доказать, что не должен получать зарплату в 10 раз меньше тех, с кем играю на равных. А мне отвечали строго юридически: "Подписал контракт - выполняй". Сейчас отношение более человеческое.

* * *

...Очень многое в футбольной карьере решает стечение обстоятельств. Сколько мне дал в свое время Олег Иванович Романцев! Наверное, больше всех из тренеров. Первый сезон в 2000-м вообще вспоминаю как постоянное ощущение праздника. Большая часть моего "спартаковства" - из того времени. Из того отточенного стиля, из тех тренировок, из того бешеного максимализма. Из за него я нынешним вторым местом гордиться не могу. Это как-то не по-спартаковски.

А в 2003-м вышла такая ситуация, что если бы летом Романцева не сменил Чернышов, то прощаться со "Спартаком" пришлось бы мне. У меня после травмы ахилла были физические и психологические проблемы, я делал все на максимуме, но уперся в какой-то потолок. А Романцев, максималист, помнил меня таким, как в 2000-м, и требовал того же. Мы с ним так за все годы ни разу тет-а-тет не поговорили - такая у него манера управления. Всю свою горечь я в беседах с Федотовым Владимиром Григорьевичем изливал - это только и останавливало от того, чтобы с Романцевым в открытую повздорить. Может, он и прав был в своей требовательности, но со мной эта тактика, думаю, была неверной, Я к нему с глубоким уважением отношусь, а тогда наши отношения зашли в тупик. Хотя, кто знает, может, я в этом виноват?

У Романцева в команде должна быть монархия - только в этом случае он чувствует себя в клубе комфортно, что, вероятно, и доказали последующие истории его работы в "Сатурне" и "Динамо". Не скрою, мы его боялись. Особенно после случая с уходом Тихонова. Тогда вся команда была в шоке. Все понимали, что тренер режет, по живому. У Тихонова же просто сезон не пошел. Иваныч от него, наверное, ждал продолжения феерии 99-го, а у Андрея после незабитого пенальти "Локомотиву" как заклинило. И не сказать, что играл плохо - не забивал, и все. Но никто не думал, что его выгнать могут!

Ответил он, что ли, Романцеву резко в раздевалке после матча с "Реалом" - точно уже и не помню. Но прилетаем мы из Мадрида, и в аэропорту перед паспортным контролем второй тренер, Самохин, говорит: "Андрей, завтра в клуб зайди". Тихонов шутит: "Наверное, выгонять будут", мы все смеемся. А когда через день приехали на базу, Андрея на самом деле не было... Это невозможно было передать словами. Тишина, Оцепенение. Все ходят и шепчутся, обмениваются этой невероятной новостью. Тихонов же в дальнейшем всем доказал, что он не "отыгранный".

Читал я его интервью в "СЭ", там о Вячеславе Грозном говорит - мол, проталкивал тренер меня и Безродного, а Тихонова с Титовым в глазах Романцева как только возможно порочил. Знаю одно. Я Грозному никакого "отката" со своей зарплаты и премиальных не делал. Если бы Грозный за уши тащил меня в состав, я бы с Грозным из "Спартака" и ушел. А что до их отношений с Тихоновым - у каждого своя правда, и я не имею права как-то это оценивать. Кто такой Тихонов, знают все, но и Грозный тоже чемпион России. То есть свою часть работы он делал хорошо.

Ни с Грозным, ни с Безродным, кстати, давно уже общаться не приходилось. Связь потерялась. За Артема до сих пор душа болит. Узнал вот, что и в Азербайджане у него не сложилось. Футболист тоже голову должен иметь на плечах. Чтобы добиться какого-то успеха, надо быть человеком, который отвечает за свои поступки, Я не со зла говорю, а потому что обидно. Талантище был огромный! Но появились друзья, в которых Безродный не разглядел прихлебателей, И здоровье высосали, и, наверное, финансы...

* * *

...И вот - игра второго круга с "Торпедо". Быстров дисквалифицирован, Ковальчук травмирован, и я впервые за долгое время выхожу в стартовом составе. Игру провожу, по правде говоря, невыдающуюся. Смотрю в один из моментов краем глаза на бровку а там замена готовится. Того, что разминается Рубин, не видел, но прикинул быстренько - с большой долей вероятности заменят меня. Тот удар с 30 метров наносил уже после этой мысли. Опять же - чудо. Просто так Боженька распорядился и мяч направил, куда надо. Позже уточнил - менять действительно меня собирались. Но после гола, который оказался победным, не стали.

Потом возникали на этот счет разные философские мысли. Точно так же, как гол со штрафного "Тереку" дал мне шанс в первом круге, так и гол "Торпедо" породил удачную концовку. Может, замени меня тогда Старков - и на следующий матч в стартовом составе вышел бы Бояринцев. И не отдал бы мне место до последнего тура.

С какой ноги выстрелил - с той, на которой травмировал ахилл, или с той, где "летело" колено? Других-то нет. Попал с "ахилльной". Когда-то, когда я, гуляя во дворе с дочкой на костылях, упал нанес, сломал лангету и разорвал шов, целый час, наверное, в бреду повторял: "Это все. Это все. Это все". Жена валерьянкой отпаивала - не помогало. Бр-р-р, вспомнить страшно. К операции на крестообразной связке колена гораздо легче относился, а вот тогда действительно был ад.

...После гола "Торпедо" все оставшиеся матчи играл с удовольствием. Для себя. Потому, наверное, и смотрелось неплохо, как и вся команда. "Сатурну" гол эстетский забили... Ничего путного ведь не получится, когда бегаешь по полю с мыслью о результате, забывая, что это игра, которую ты любишь. И так мне вдруг захотелось играть - просто играть! - что отпуска совсем не ждал. Совершенно он мне не нужен был - наоборот, я только вошел во вкус. До сих пор мучаюсь - так на поле хочется.

* * *

.. .В конце этого сезона уже не верилось, через что нам в последние несколько лет довелось пройти. Вышла вот в "СЭ" подборка с полным списком легионеров "Спартака" из дальнего зарубежья - сразу о многом вспомнилось. Большинство этих парней я через свою психику пропустил. Каждый раз, когда приезжала очередная группа детей из малообеспеченных африканских семей, доходило до маразма. Заявлялись не то что без формы, но даже без бутс - берите такого, какой есть! Выдают ему бутсы, он их напяливает, а через три минуты снимает, показы воет кровавые мозоли и заявляет: "Не могу тренироваться". После чего половину содержимого базы с собой выносит и уезжает восвояси, И такой был далеко не один. Они приходили и уходили, будто на конвейере. От этого можно было сойти с ума. "Спартак" на какое-то время стал "затерянным миром" Конан Дойля.

Мне всегда жалко, когда уходит хороший футболист. И об уходе Димы Сычева начал жалеть сразу. Там многое было замешано - и тот самый не человеческий, а строго юридический подход, и работа агентов и родителей... У Сычева своего мнения в той истории, думаю, было 5 - 10 процентов от общего. Решали другие люди, и нашла коса на камень. А болельщики до сих пор его простить не могут, что лишний раз доказывает: от любви до ненависти один шаг.

Сейчас мне будет жалко, если Видич уйдет, пусть ситуация и совсем другая. Он очень помогает команде. 15 миллионов за него можно получить? А мне и другим что, легче будет от этих 15 миллионов? Для команды это станет потерей, знаю точно.

"Спартак" много чего еще пережил за эти годы. Казалось, кто-то с остервенением хочет команду закопать. Со всех сторон - и снаружи, и изнутри.

Конфликт Червиченко с Романцевым тоже не стал для меня неожиданным - все к тому шло. И сам Романцев к тому времени изменился. Лично к Червиченко, кстати, у меня никакой антипатии нет. Но сам. факт, что "Спартак" свалился именно при нем, наверное, говорит о многом. Возможно, бывший президент доверился не тем людям.

Что могу сказать о допинговом деле? Таких проблем с самочувствием, как у Деменко и Ващука, я не испытывал. Но точно знаю одно. Я хочу второго ребенка. Но пока не пройду тщательного медицинского обследования, о ребенке не может, быть и речи. Потому что не знаю, как отразились эксперименты над всей нашей командой на здоровье каждого игрока.

Наконец, Скала, За полгода в "Спартаке" он сильно изменился. Впрочем, его вынудили это сделать. Тогдашнее руководство ему обещало одно, а сделало другое. Старков, надо признать, работает в куда более благоприятных условиях. Но у меня с итальянцем возникла одна проблема, которая оставила осадок. Как то раз он попросил меня откровенно сказать, почему, на мой взгляд, мы проигрываем. И я вывалил все. В первое время пребывания в "Спартаке" он представлялся мне человеком, с которым можно быть честным. Вот и сказал ему, что думаю о взаимоотношениях внутри команды, между игроками и тренерами, между тренерами и руководством клуба. Словом, изложил все, что наболело. В результате, будучи перед тем игроком основного состава, не вышел на матч с ЦСКА. Ну и кому такая откровенность была нужна?

Общаясь со Старковым, я тоже не молчу. Но он, как мне кажется, умеет адекватно воспринимать информацию от игроков. И вообще разговаривает с нами много. Для каждого пытается найти что-то свое - может, в этом и есть его "фишка". Кстати, не могу припомнить, чтобы он кого-то из игроков хоть раз унизил. Может сорваться, накричать, но тут же берет, себя, в руки.

Роль Старкова в нынешнем серебре нельзя недооценивать. Сама по себе команда ни играть, ни тренироваться не будет. Даже самая великая. Другое дело, что определяющим будет следующий год. И для всего коллектива, и для тренеров. Думаю, что пока команда раскрыла свой потенциал процентов на 50, если не меньше. У нас не было времени, чтобы отработать такие же взаимодействия, как при Романцеве. У того "Спартака" потому и был стиль, что закладывался он долгими годами. Сейчас, согласен, стиль просматривается не так. Но дело опять же во времени.

* * *

...Ключевой момент в сезоне? Думаю, победа в Пятигорске над "Тереком", когда соперник на последней минуте счет сравнял, а Йенчи в добавленное время забил-таки победный мяч. Беспроблемный, казалось, матч превратили в сумасшедший триллер. Уровень адреналина в крови подняли той победой здорово!

Очень важно другое - стоять обеими ногами на земле. А то вот приехали из Дании ребята из российской молодежной сборной... Для меня был удар, что они не знают правил игры в футбол. Все искренне удивились, почему дали пенальти в ворота Акинфеева. Я говорю им: "Если человек подошел и ударил соперника ногой в штрафной площади - что это, если не пенальти?" Нет, все равно стоят на своем: судья убил. Хотя это наши начали психовать, видя, что их переигрывают. После пенальти сказал жене: "Через десять минут начнутся удаления". Я полкоманды знаю, играл и против них, и с ними и понимал, что сейчас начнутся приступы звездных болезней. Стыдно мне было, честно скажу, хоть и не россиянин я и имел возможность порадоваться за украинскую молодежку, которая повела себя по-мужски и победила на выезде с тем счетом, который был необходим. Не надо никого бить - играть надо! Россия для меня не чужая, и мне было стыдно.

Мне, кстати, предлагают гражданство сменить, чтобы не быть в России легионером. Но пусть это и облегчило бы ситуацию с налогами, тверд в своих убеждениях: этого делать не стоит.

По-прежнему мечтаю попасть на чемпионат мира. Понимаю, что в прошлом августе разочаровал Олега Блохина - но лишь потому что всего неделю тренировался после рецидива травмы колена и находился в плохой форме. Тогда с главным тренером сборной удалось пообщаться лично, но с тех пор звонков ни от кого из его штаба не было. Тем не менее уверен: во-первых, о концовке прошлого сезона Блохин и его помощники осведомлены хорошо, а во-вторых, решающим станет то, как я начну новый чемпионат. В расширенный кандидатский список, надеюсь, попаду. А там уже буду доказывать на месте свое право играть в футбол на чемпионате мира с Андреем Шевченко. Пока мы только в карты пару раз вместе играли...

* * *

...Отец Калиниченко по сей день работает на одном из харьковских заводов. Ни в какую не хочет сидеть без дела, сколько бы ни зарабатывал сын-футболист. Так вот она откуда, эта фантастическая упертость, с которой не обладающий богатырскими данными полузащитник "Спартака" из года в год, от тренера к тренеру доказывает свою необходимость самой популярной команде России. Невзирая ни на какие травмы и операции.

Калиниченко смог пережить и уцелеть в спартаковских катаклизмах, потому что остался тем самым мальчишкой, который после золотого гола 2000 года с огромным красно-белым флагом скакал вприпрыжку вдоль Северной трибуны Лужников.

Он так же, как тогда, по-детски любит эту игру. И она, несмотря на все испытания, платит ему той же монетой.

 

Игорь РАБИНЕР

http://www.sport-express.ru/newspaper/2005-12-20/4_1/?view=page

Максим Калиниченко: "Черчесов напал на меня сзади"

Спорт-Экспресс, 10 октября 2014 года
Количество просмотров: 1221

Фото

Калиниченко, всем памятный восемью сезонами в "Спартаке", не уверен, что продолжит футбольную карьеру. Ему 35, и клуба пока нет.

Кто-то тосковал бы – но это не про Максима:

– У меня сейчас полная гармония с собой. Скоро начнется другая жизнь, еще интереснее!

Как не порадоваться за хорошего человека?

***

– Значит, карьера закончена?

– Наверное. Всякое может быть, но у меня никаких иллюзий. Рядом с домом поиграть не откажусь. Куда-нибудь в Азербайджан или Казахстан срываться нет смысла. Накатался!

– Для кого-то уход из футбола – драма.

– Я легко отношусь. Вот если б три года назад пришлось закончить – другой разговор. А в "Таврии" намытарился. В командах такого же уровня мучиться не хочу.

– "Таврия" расплатилась?

– Нет. Был клуб украинским, стал российским. С кого спрашивать? По каким законам? В российском КДК услышу: "К украинским долгам отношения не имеем". Тупик.

– Много должны?

– Зарплату за семь месяцев.

– На тренера собираетесь учиться?

– В Киеве. В российскую ВШТ с украинским паспортом не берут.

– Вам же еще Шавло в "Спартаке" предлагал оформить российский паспорт.

– Не он один! Я не оголтелый патриот, но страну свою люблю. Не стыжусь говорить, что я украинец. За сборную хотелось играть.

– Алиев, Дикань находили лазейки.

– Варианты были. Просто не рискнул. С детства мои обманы ни к чему хорошему не приводили. Был уверен: если начну крутить с гражданствами, мне же и аукнется. Да так, что мало не покажется.

– Самый забавный случай "аукнувшегося" обмана?

– Из школьной библиотеки решил книжку свистнуть. Заныкал под свитер – она у двери с грохотом выпала. Так стыдно мне не было никогда!

– Галицкий сказал, что лишь одна книга вызвала у него желание перечитать ее – биография Стива Джобса. Что перечитываете вы?

– "Мастера и Маргариту". Раз в пять лет – и всегда открываю что-то новое. Светлая книга, несет успокоение. Как завершается в жизни очередной этап, рука тянется к Булгакову. Но сейчас переключился на статьи о политике. В твиттере, фейсбуке день с этих выкладок начинается, ими же заканчивается. Плюс телевизор.

– Многие сегодня от телевизора отказываются.

– Я смотрю. Потому что у мамы включен постоянно. Наши мамы – главная сила для любой пропаганды. Что видят, в то и верят.

– Вы же знакомы с Коломойским?

– Мой работодатель в "Днепре". Беседовал с ним раза три. Неужели вам это интересно? Вокруг столько ненависти! Мне это доставляет физическую боль, даже думать не хочу!

– Через блокпосты с весны ездить было страшно?

– Поначалу – очень. Самолетам запретили летать, "Таврия" на матчи добиралась автобусом. К Крыму стянули украинские войска, прилично окопались. На каждом блокпосту БТРы, огроменные пулеметы. Бесконечный досмотр. Опасались, что границу вот-вот закроют. Но со временем привыкли.

***

– Видели вас на матче "Спартак" – "Терек". Ходили по билету?

– Я комментировал на "России-2", телевизионщики дали аккредитацию. Стадион бесподобный, конечно. Немножко на "Локомотив" похож, но уютнее, компактнее.

– Как вам "Спартак" Якина?

– "Краснодар", "Динамо", ЦСКА смотрятся поярче. Но и у них на чемпионство шансов нет. Должно произойти невероятное, чтоб "Зенит" посыпался.

– Поразились, что Якин сделал Реброва не только основным вратарем, но и капитаном?

– При всем уважении к Реброву, Песьякову, Митрюшкину – на мой взгляд, Дикань сильнее. Ошибки бывали, но у "Спартака" такая оборона, что там и Яшин великим бы не стал. Как могли Диканя отпустить в "Краснодар"?

– Вас звали на матч ветеранов, когда открывали спартаковскую арену?

– Нет.

– Среди участников были Мор, Рахимов и Горлукович, которые на троих провели меньше матчей в "Спартаке", чем вы за восемь сезонов.

– Я не заморачиваюсь. Меня и в Москве-то в те дни не было.

– Вы же не только "России-2" помогаете комментариями?

– Да, в Киеве эксперт в футбольной передаче. Езжу пару раз в месяц к важным матчам. Мне в радость. Дорогу оплачивают, друзей в городе много.

– На похоронах Гусина, Баля были?

– Нет. Для меня это слишком тяжело. Валика Белькевича лично не знал. А вот с Гусиным играли в сборной, Михалыч (Баль. – Прим. "СЭ") был там ассистентом Блохина. Эпоха уходит на глазах.

– Каким Гусин вспоминается?

– Вечно на скорости, около гоночных машин. Свою "субару" перелопатил так, что родным остался один кузов. Жена у него модельер, одет Андрей всегда был не как все, с вызовом. Абсолютно раскованный.

– Кто – модник номер два?

– Тимощук. Тоже любитель магазинов от кутюр. Ну и Жека Левченко. Европеец. Раньше никто в Киеве понять не мог: что на нем надето?! А годы спустя этот стиль до нас дошел.

– Гаджиев рассказывал, как опаздывал в аэропорт. За рулем был Гусин – и мчался со скоростью 300.

– Для Андрея это нормально. Я с ним ездил на "мерседесе" s-класса. Гнали по городу за 200. От страха я вцепился в ручку двери и не чувствовал собственных пальцев. Он смеялся.

– Ваш рекорд за рулем?

– Часто мотался между Харьковом и Днепропетровском. Новая трасса, без камер. Гаишники есть, но не такие, как в Москве.

– Бескорыстнее?

– Добрее. Я поставил ограничитель на 215, он срабатывал. Но это же не по центру Киева! А Гусин с некоторых пор пристрастился к мотоциклу. Хотя трек, на котором погиб, не предназначен для мотогонок, он автомобильный. Андрей потерял управление, ушел головой в отбойник – а на мотоциклетных треках отбойников нет. Если человек падает – улетает в сетки, не в бетон.

– Вы с мотоциклом знакомы?

– Взял у товарища скутер, почти сразу уткнулся в забор. Всё, говорю, больше двухколесных в моей жизни не будет, я и с велосипеда-то падаю.

– Если вам адреналина не хватает – что делаете?

– Я спокойный человек, даже ленивый. Меня жена Котом зовет. Если дети не тормошат, долго могу лежать с книжкой или копаться в интернете. Но время от времени необходимо круто менять обстановку. И жена непоседа. Две недели проведем дома, решаем: "Поехали!"

– Куда?

– Летом спонтанно махнули в Грецию. По Италии катались на машине. Любим покушать – но не в вычурных ресторанах, а домашних. Италия в этом смысле идеал. Будем возвращаться.

– Для Смертина худшая точка на земном шаре, где побывал, – албанский Шкодер. Нищета жуткая, занавески вместо дверей. У вас такой уголок есть?

– Египет. Вот вы сказали – и я вспомнил выезд в Махачкалу, 2000 год. Автобус закидали камнями, а поселили нас в свежепостроенном здании. Бетонные стены, никаких обоев. Специально для "Спартака" понаставили кроватей, развесили занавесочки. Строго-настрого наказали: никуда не выходить. Кругом сопровождали собровцы. Ничего более экзотического у меня не было. Впрочем, нет! Помню еще выезд!

– Куда же?

– Со сборной на Фареры – незабываемо! Прилетели в Копенгаген, чартер остался там. До островов добирались местными авиалиниями. Работают специально обученные пилоты. Крошечный самолетик. Резко, словно штурмовик, заходит на посадку между двух скал. Полное ощущение, что он падает. Люди после такого получали аэрофобию.

– Кому особенно дало по нервам?

– Лехе Белику. А Серега Назаренко и прежде полеты с трудом переносил. В том рейсе сидел рядом – видел, как он держался за поручень. Я думал, кресло вырвет. Да и я-то обделался. Когда с трапа спустились, все вытащили сигареты. Затянулись даже некурящие. Но был бонус. Такой красной рыбы, как на Фарерах, не пробовал никогда. Казалось, пять минут назад поймали и пожарили.

***

– У Белика могла появиться еще одна фобия. Когда после перехода из "Шахтера" в "Днепр" свои же фанаты закидали яблоками.

– Все на моих глазах. Болельщики "Днепра" орали: "Крот шахтерский!" Белый ответил, естественно. Полетели яблоки. Самое интересное, это был кубковый матч, в котором Леха забил два.

– Что болельщики бросали в вас?

– Бутылку виски! На Восточной играли ЦСКА – "Спартак". Метель, меня удалили. Судья и первую желтую из пальца высосал, и вторую. Иду в подтрибунку, мы номинальные гости – вокруг сплошные "кони". К тому, что снежки полетят, я был готов. И вдруг мимо – бутыль! 0,7!

– Пустая?

– Да уж допили, конечно. Но если б в меня встряла – смерть. Зато нам бы засчитали победу.

– Удивительный вы человек, Максим.

– Для кого-то мое мировоззрение – дурацкое. Я упертый. Никому до конца не верю. Но все фундаментальные вещи в своей жизни делал правильно. В этом я тоже дурашка.

– ???

– Кому-то кажется – не признаю ошибок. А я признаю!

– Мы запутались.

– Признаю, если уверен, что совершил ошибку. Вот с тренерами не мог найти общий язык. Это – ошибка?

– Пожалуй.

– С каждым годом я матерел, но мало что в этом вопросе менялось. Чем старше становился, тем менее опытные тренеры попадались на пути. Возникали разногласия. Полагаю, не один я виноват.

– Дошло до громкой истории с болгарином Костовым в "Таврии".

– Я не говорил, что Костов нетрадиционной ориентации. Или бухарь какой-то. Просто сказал в глаза, что он – нехороший человек. Приходит к нам, опытным игрокам: "Ребята, мне тяжело, оставаться в команде не хочу". Мы переглянулись: "Тренер, это ваше решение…"

К вечеру собрание, съезжается руководство. Неожиданно новая версия: "Тренер жалуется, что дисциплина на нуле". Костов берет слово: "Нам нужно собраться, я не уйду". Ладно, оставайся. Он все твердил, что мы обязаны поддерживать молодых. Я на тренировке пытался одного взбодрить. Накричал. А Костов вывел меня из 18 заявленных с формулировкой: "Калиниченко слишком нервный". Как на это реагировать?

– Разговаривали с ним?

– И очень часто. Друзья, которые привели болгарина в "Таврию", просили: помоги ему. Как перестали выигрывать, выяснилось – виноват я. Потом заявил, что я алкоголик.

– С чего он взял?

– Понятия не имею. Клуб за квартиры не платил, иногородние перебрались на базу. Все здоровые мужики, никто не прятался. Думаю, у Костова в голове собирательный образ.

Не попав в заявку, я огорчился. Улетел на два дня в Москву. Вернулся, Костов зашел в мой номер: "Почему на меня злой?" – "Отношение к вам было хорошее. Теперь изменилось. Извините, не могу себя переделать". Через неделю опытных игроков, в том числе меня, попросили на выход: "Нам надо быть друг за друга, а вы ведете куда-то не туда…"

– А команда без денег. На нервах.

– По слухам, кое-кто все же деньги получил… Ну а то, что болгарин про меня наплел, – как это скажется на моей репутации? Да никак. Вот сижу перед вами. Похож я на алкоголика? На опустившегося?

– Не похожи.

– Я всегда знал, с кем пить и сколько.

– С легендарным Рыкуном доводилось?

– Нет. Это, кстати, футболист уникальный. Загубил талант. Здоровый лось, голова светлейшая. Держал бы себя в руках – был бы уровень Кака! Даже самый неудобный пас Рык обрабатывал так, что мяч прилипал к ноге. Вторым касанием кому-то выдавал "конфету". Если Рык бежал – догнать никто не мог.

– Что ж не частил с этим?

– Ленился. Говорил: "Я не для этого создан". Всегда был лишний вес.

– И в сборной Украины?

– Конечно. Как за неделю пузо уберет? Понятие "пресс" для Рыка не существовало. Но играть не мешало.

– Был эпизод в сборной – он отдал Шевченко пару изумительных передач. Тот поразился: почему человек редко играет за сборную? Ответили: "Выпивает". Шевченко отреагировал: "За такие передачи я ему лично готов наливать…"

– Это было в Стамбуле, мы 3:0 выиграли. Рык с центра поля побежал – всех турок на спине дотащил до ворот. Выкатил Шеве на пустые. Тот потом сказал: "На сегодняшний день Рыкун – лучший футболист мира".

– Почему проехал мимо ЧМ-2006?

– В каком-то матче Блохин его собрался выпустить на последней минуте. Рык ответил: "Олег Владимирович, я на 90-х не выхожу…"

– Он отдавал себе отчет, как обидчив Олег Владимирович?

– Рыкуну по барабану. Флегмат невероятный. Вот свалился на него этот дар играть в футбол – он им пользовался. Процентов на тридцать.

– Милевский – второй Рыкун?

– Артем – другая крайность. Любитель красивой ночной жизни. Постоянно попадал в переплет – и сам, и со своим дружбаном Алиевым. Сколько машин перебил! То "мазерати" у него полыхнет, то врежется куда-то.

– То на представление Блохина главным тренером "Динамо" явится в халате.

– А вот это не показатель. Что, смокинг по такому случаю надевать? Спал на базе, проснулся, нацепил халат, пришел на собрание, сел в задний ряд. Делов-то…

– Остальные футболисты были в клубной экипировке.

– Видать, не спали. История раздута на пустом месте. Блохин-то прекрасно знал Артема по сборной.

– Вы никогда не хотели, как Милевский, завести "мазерати"?

– Я человек практичный. Езжу на "мерседесе", раз в пять лет машину меняю – меня все устраивает. Хотя как-то товарищ предложил со скидкой спортивный БМВ. Мы с женой загорелись. А потом подумали – зачем?

***

– Шевченко в сборной держался отстраненно? Холодная звезда?

– Да. В последнее время с Тимохой общался, Вороной. До этого – приедет на базу со старшими, с ними же уедет.

– Правда, что Шевченко мог Блохину сказать при всех в раздевалке: "А ты, Блоха, помолчи!"

– Впервые слышу. На моей памяти субординацию Шева нарушил однажды. На ЧМ-2006 его надолго прихватили в "квадрате". Блохин стоял рядом, подначивал. Шева закипел, отнял мяч и со всей силы запулил в него.

– Попал?

– Нет, Блохин увернулся. Оба высказали все, что думают друг о друге. Но быстро помирились. У Блохина было четыре кита, которым доверял безгранично и прощал все – Шева, Ворона, Тимоха, Шовковский.

– Когда-нибудь пересматривали серию пенальти со Швейцарией?

– Нет. Я все помню. Как же меня колотило! Гусев забил решающий пенальти, мы кинулись обнимать его и Шовковского. Саня на поле расплакался… Потом в раздевалке ребята наперебой подсчитывали премиальные.

– Блохин не скрывал, что за выход в четвертьфинал команде положено 8 миллионов долларов.

– О бонусах объявили заранее. Сетку расписали до финала. Сначала это были виртуальные цифры. Но вышли из группы, победили Швейцарию. И поняли: все реально.

– Это рекордная премия в карьере?

– Конечно. Легенды ходят о премиальных в "Зените", "Шахтере", киевском "Динамо", но в моих командах было скромнее. На Украине больше всего платили в "Металлисте", когда вместо Ярославского владельцем клуба стал Курченко.

– Сколько?

– Да на одних премиальных за полгода игроки зарабатывали 500 – 600 тысяч долларов! Лидерам в два-три раза подняли зарплаты, хотя и были они немаленькие. Футболистов засыпали деньгами. Сегодня это безумие закончилось. Состав у "Металлиста" почти не изменился, но без мощных финансовых рычагов количество побед резко сократилось.

– Если б вели конспекты – что из работы с Хуанде Рамосом отметили бы для себя?

– Сам бы писать не стал, но из интернета его идеи скачал бы. Этот тренер мне очень понравился.

– Странно. Кто-то цитировал вас – мол, Рамос тренер слабый.

– Никогда такого не говорил. Как к тренеру – вопросов нет. По-человечески с ним не сошелся. После отпуска три дня в Днепропетровске занимались физкультурой. Завтра улетать на сбор – Рамос подзывает четверых: "Вы остаетесь".

Ну скажи заранее руководству – пусть обзвонят игроков: "Ребята, не приезжайте, ищите клубы". А нас ставят под "расстрел". Середина января, и тут мы – четыре тополя на Плющихе. Контракт с "Днепром" у меня до лета. Куда дергаться на полгода? Любви к футболу во мне в тот момент не было. Победила рациональность. Досидел в дубле.

– С Рамосом встречались?

– Да. Руки ему не подавал. Проходил, как мимо стенки. Если меняю отношение к человеку, мне трудно снова к нему повернуться лицом. Может, надо было на себя злиться, а не на него… Но я не понимаю, почему Рамос так поступил! Во всем нашем футболе проблема – не умеют расставаться с людьми. Сколько случаев, когда игрок приезжает на базу и узнает от вахтерши: "Тебя из комнаты выселили".

– В "Спартаке" прощались так же?

– Я не помню там красивых расставаний. Цымбаларь, Тихонов, Аленичев, Титов… А Ширко? Побеседовал с Романцевым, услышал: "Ты мне нужен". Через пару дней его поставили перед фактом, что продан в "Торпедо".

– Вас из "Спартака" убрал Черчесов. С тех пор виделись?

– Один раз – прошлой зимой. Напал на меня сзади.

– Романтично.

– Я был с "Таврией" на сборах, Черчесов – с "Амкаром". Сам подошел, поздоровался, как ты, что ты… Поговорили чуть-чуть. У меня нет к нему злости или отвращения. Да и не было.

– А что было?

– Непонимание. Оно и осталось.

– Хоть с каким-то тренером у вас не было конфликтов?

– Альтман. В "Таврии" сразу предупредил: "Чем старше футболист – тем меньше должно быть выходных. Зато будешь в тонусе, еще и в сборную вернешься". Получилось все, как сказал Йосич. У него своя система. В основе – цикличность тренировок. Они, если честно, нерадостные, нудноватые. Но главное – результат. А я в 33 чувствовал себя лучше, чем в 23! Челночил по всей бровке, успевая и атаку поддерживать, и защитника страховать.

– Альтман действительно помешан на астрологии?

– У Йосича все по науке. Перед матчем просчитывает физическое и психологическое состояние игрока, исходя из лунного цикла. Но больше для себя, нас в "Таврии" этими штуками не загружал.

– Кто на Украине заставлял игроков тренироваться в бронежилетах?

– Кварцяный в Луцке. Ващук карьеру не хотел заканчивать, цеплялся. Приехал в "Волынь" на сборы – и вот зацепился. За бронежилет…Весит он около 10 кг. А у Кварца в нем кроссы бегали, в футбол играли. Укрепляли "физику".

– Кварцяный же еще и орет.

– Да у меня в голове не укладывается, как он общается с людьми! Крик, мат-перемат. Видел его спичи в интернете. И вживую – когда с "Волынью" играли. В перерыве или после матча так в своей раздевалке бушевал, что до нашей долетало. В межсезонье был звонок из "Волыни", но я ответил, что с Виталием Владимировичем не сработаемся. Ментально не мой типаж. Продержался бы у него неделю.

– Самая необычная тренерская выдумка, с которой сталкивались?

– Двойной тест Купера. В "Газовике-Газпроме", ездил туда еще до "Спартака". Фамилию тренера не помню. Кучеревского в "Днепре" я не застал, но для него двойной Купер на сборах был в порядке вещей.

– А смысл?

– Загадка. В этом плане для меня образец – Альтман. С одной стороны, тоже серьезный упор на физподготовку. С другой – у него на тренировках игроков не выворачивало наизнанку. Зимние сборы Альтмана – единственный конспект, который я не поленился записать от и до.

– Подкаты без мяча у Чернышова что развивали, кроме воображения?

– Может, какие-нибудь рефлексы? Тренерский окрик – и ты уже в подкате летишь. Но придумал это не Чернышов, а его ассистент по физподготовке Дмитриев. Ему доверили провести разминку, внезапно начал фантазировать. Чернышов демонстративно не вмешивался. Вот Федотов в подобной ситуации останавливал Берецки: "Тони, ты их загонишь! А ну сворачивайся". У Берецки глаза на лоб: "Как?! Надо программу доделать!" Григорьич: "Все, спасибо".

***

– При Чернышове в "Спартаке" грянул бромантановый скандал. Деменко, Ващук, Ковтун жаловались на бессонницу, тошноту. Что испытывали вы?

– Ничего – ни хорошего, ни плохого. То ли индивидуальная особенность организма. То ли доза была меньше, поскольку в основу проходил не всегда.

– Таблетки не вызывали подозрений?

– Все команды используют витамины, энергетики. Раньше – в таблетках, теперь – в порошках, гелях. К этому привыкаешь, и у доктора берешь на автомате. Раз дает, значит, проверено. Но после истории с бромантаном, конечно, осторожнее стал. Эту дрянь из организма долго выводили. Лежали в барокамере. Кровь сдавали, плазму покрутили.

– Когда-то вы назвали Лэнса Армстронга самым выдающимся спортсменом всех времен.

– Сейчас еще сильнее его зауважал. За то, что вывернул перед общественностью свое нутро, признался. Из Армстронга сделали козла отпущения. Уверен, в велоспорте нет "чистых" гонщиков. Нагрузки-то адские.

– Директор ЦИТО Сергей Миронов вспомнил историю. Когда в Германии и Финляндии вам лечили ахилл, то довели до состояния инвалидности. После этого "лечения" вы очутились в ЦИТО с 12-сантиметровым дефектом. Что-то выкраивали из окружающих тканей…

– Все не так. После разрыва ахилла я отправился в ЦИТО. Собрали консилиум, назавтра прооперировали. Но это 2001 год!

– Неудачная операция?

– Она-то нормально прошла. Только вот реабилитации никакой. На три с половиной месяца заковали в гипс. Позже прилетел в Финляндию. К знаменитому хирургу Ораве, который лечил Бекхэма, Гвардьолу. Меня спрашивает: "Давно в гипсе?" – "Три с лишним месяца". Он едва со стула не упал: "Снимай немедленно!"

– Сколько надо было держать гипс?

– Недели две-три – и ставить другой. В итоге оказались перерублены нервные окончания – каждую мышцу, связку нужно было восстанавливать. За эти месяцы в гипсе у меня пол-организма атрофировалось.

В этом году был в Харькове у молодого врача, у него своя методика в рефлексотерапии. Начал продавливать мне рефлекторные точки – половина не реагирует! Заглушены!

– Объяснил почему?

– Из-за ахилла – последствия неправильного восстановления. Говорит: "Твои травмы коленей – прямой результат того гипса. Как же ты доиграл до 35 лет, если половина организма не функционирует?!"

– Сколько стоит оперироваться у классного хирурга в Финляндии?

– У меня там была консультация. Обо всем договаривался "Спартак". В Германии крестообразная связка у Айхорна – 12 тысяч евро. За эти деньги встретят, поселят в гостиницу, там же пройдешь первичную реабилитацию. Я знаю, сам платил.

– То есть?

– "Таврия" обманула даже с этим. Говорили: ты рассчитайся – а мы погасим.

– Если проблема с коленом – лучше вылезти из штанов, но оперироваться за границей?

– Конечно. На Украине есть известный дядя, так у него успехи пятьдесят на пятьдесят. Из "Днепра" двум игрокам накрутил такого, что в Германии не могли исправить. Обычная девочка покаталась на лыжах, приехала к нему с "крестами". Заплатила из своего кармана. А он ей здоровое колено прооперировал.

– Не может быть.

– Я вам клянусь. Девочка просыпается: "У меня не это колено больное, вы что натворили?!" – "Ой… Но мы у вас и там что-то нашли. Завтра другую ногу будем резать".

***

– Игнашевич с Алдониным уверяли нас, что Видич в "Спартаке" не тянул на будущую звезду английской премьер-лиги. Они правы?

– В "МЮ" он прибавил, мышцами оброс. Главный его козырь – шикарный первый пас. Но один в один Видича здесь болтали все! Это не Йиранек, который ставит корпус так, что гасит твою скорость и обыграть его уже нереально. По телевизору Мартин не производит впечатления могучего человека. А на поле понимаешь – махина!

– Неужели?

– Широкие плечи, рост 190, вес под 90 кг. Благодаря низкому центру тяжести Йиранек невероятно координирован, быстро разворачивается. Даже реактивный Квинси не мог прокинуть мимо него мяч и убежать.

– Вы говорили, Квинси на поле валял дурака. Как же команда это терпела?

– Куда деваться? Начистить физиономию? Не выход. Просто лишний раз за него отрабатывали.

– Казалось, играете вдесятером?

– Вот именно! Говорили Григорьичу, но тот Квинси обожал: "Ничего, он за матч разок взорвется, убежит и сделает результат…" Если б такое хотя бы через игру случалось – вопросов нет. Мы бы и дальше за него пахали. Так ведь Квинси результата не делал! А мы постоянно играем "минус один".

– Еще в "Спартаке" такие были?

– "Минус один"? Кавенаги. В отличие от Квинси он хоть иногда забивал. Но для той игры, которую "Спартаку" прививал Старков, Кави не годился.

– Почему?

– Он – игрок вратарской, в Аргентине все голы забивал оттуда. А у нас был единственным выдвинутым форвардом. Мяч вынесли – должен за него зацепиться, убежать в контратаку. Но это не про Кавенаги. И сзади не помогает, и впереди толку нет.

– Карпин после увольнения из "Спартака" сообщил: "В 2011-м в перерыве матча с "Тереком" захожу в раздевалку – а там драка стенка на стенку". В ваших командах это бывало?

– Стенка на стенку – нет. Но в мужском коллективе мордобоем никого не удивишь. В "Спартаке" особенно Кебе усердствовал. То с Ананко на поле сцепится, то в Бесчастных кинет стул в холле базы.

– Про Ананко история известная. А в Бесчастных стулом за что?

– Вова что-то сказал. Кебе, как обычно, не понял. Подумал, оскорбили – ему же везде мерещился расизм. Ну и шваркнул стулом со всей дури. Он пролетел над ухом Бесчастных, ударился в стену, раскололся на несколько частей. Вова поиграл скулами, но сдержался. Кебе – неадекватный.

– А бразилец Алсидес из "Днепра"?

– Этот – вообще красавец! Его поглотила гламурная жизнь Днепропетровска. Ночные клубы, девочки, дорогие машины. Поймал такой кураж, что уже не до футбола. Контракт был на четыре года – и досидел до конца, покуривая бамбук.

– Почему же не выгоняли?

– Я слышал, Главный сказал: "Алсидеса не трогайте".

– Главный – это Коломойский?

– Да. Бразилец ни в чем себе не отказывал. Платили немало, но развернулся так, что этих денег в Днепропетровске парню не хватало. К тому же нашлись товарищи, которые ему в этом активно "помогали".

– Как?

– Город маленький, а тут такой "сладкий" появился. Ему нарисовали проблему. По звонку приехали люди. Приятели тех, кто все организовал. Потолкались, покричали друг на друга – для него же. Сказали, вопрос улажен. Алсидес отслюнявил деньги, которые они между собой спокойно поделили за углом. Обычный "развод".

– Алсидес ничего и не понял?

– Когда понял, было поздно. Его посадили на крючок. Та же самая криминальная контора подошла: "У тебя здесь проблемы. Найми охрану. Мы готовы тебя защищать – только плати". Даже на тренировки с тело-хранителями приезжал. Хотя никому этот Алсидес нужен не был.

– Неявка Ананидзе на чартер в Комсомольск-на-Амуре породила массу слухов. В ваши времена кто-то пытался откосить от полета на Дальний Восток?

– Были две "чайки" – Павлюченко и Быстров. По-моему, в "Спартаке" ни разу не слетали к "Лучу". Обязательно подгадывали дисквалификацию под этот матч. Помню, Рома бегал за каким-то судьей, чуть ли не за нос хватал, выпрашивая четвертую карточку.

– Успешно?

– Да. Некоторые тренеры на это спокойно реагировали, Саламыч же был в ярости. Грозился Ромку с Быстрым в наказание все равно во Владивосток отправить. Я бы так и поступил. В Тарасовке жил с Павлюченко в одном номере, поэтому изначально был в курсе его планов. Да он и не скрывал, что хочет соскочить. А я кипел, орал на него. У Назаренко другой фокус – часто подгадывает дисквалификацию к последнему туру и на пару дней раньше уходит в отпуск.

– Вы так делали?

– Как-то в "Таврии" решил обнулить карточки. Честно сказал об этом судье. Но в первом тайме за фол он меня пожалел. А во втором не игра была – тягомотина. Мы 2:0 ведем, соперник "мертвый". Я мяча почти не касался. Уже хотел пойти от ворот его выбить и выклянчить карточку за затяжку.

– Удалось?

– Нет. Это к разговору, что никогда у меня не получается обдурить.

– О судьбе Безродного, Баранова что-нибудь известно?

– С Артемом так и не встретились. Вася, говорят, до сих пор где-то в Белоруссии играет. Но ни с кем из общих знакомых на связь не выходит.

– А Ковалевски?

– В Сувалках у него своя футбольная школа, бар открыл. Зовет в гости, но пока не складывается.

– "Хаммер" сохранил?

– Да. Для него это важно. Сделал тюнинг, внутри оформил все в спартаковских цветах. Не знаю, ездит ли. Вой же европеец. Ему дизель ближе. А "хаммер" столько бензина жрет! 25 – 30 литров на 100 километров. Вой педаль газа придавливал, мгновенный расход показывал 100 литров!

– С кем из бывших спартаковцев поддерживаете отношения?

– С Парфеновым, Ковалевски. С Титом давненько не созванивался. С Павлюченко не ссорились, но дороги разошлись, когда он в "Тоттенхэм" уехал, я в "Днепр".

– Вот это новость.

– Я к Ромке тепло отношусь, но не разлей вода мы не были. Называю это синдромом одноклассника. Когда учимся в школе, все кажутся друзьями. Потом разбредаемся – и многие остаются лишь одноклассниками. Таких в моей жизни человек пятьсот. Друзей – единицы.

– Кто?

– Если говорить о людях, проверенных временем, – Парфенов, Назаренко, Ковалевски. И, конечно, жена. Таня – мой самый близкий друг. Уже 15 лет мы вместе.

Насмотрелись в футбольных семьях всякого. Карьера заканчивается – и подруги у ребят сыпятся как вишни. Надеюсь, нам это не грозит.

Юрий ГОЛЫШАК, Александр КРУЖКОВ

http://www.sport-express.ru/fridays_talking/reviews/49643/