Логин и пароль: запомнить | | Авторизоваться с помощью:         Регистрация | Забыли пароль?

Александр Мостовой

Игр за Спартак142
Из них в основе131
Заменен  Заменен15
Вышел  Вышел на замену11
Голы  Забил голов48
Из них с пенальти7
Предупреждения  Предупреждений11
Удалений  Удалений0
Незабитые пенальти  Незабитых пенальти1
Автоголов0
ГражданствоРоссия
Год рождения22 августа 1968 года
АмплуаПолузащитник
Пришел изКрасная Пресня (Москва)
Первый матч7 июня 1987 года
Первый гол9 июля 1987 года
Фото с игроком

Александр Мостовой: "Был лучшим Черенков, а после стал я"

ГАЗЕТА.GZT.RU, 19 октября 2007 года
Количество просмотров: 1735

Фото

В середине 1990-х годов в европейских клубах выступали многие российские футболисты. Кое-кто даже сумел оставить яркий след в ведущих чемпионатах. Александру Мостовому удалось стать звездой номер один в истории своего клуба. Ярчайший технарь, проведший несколько лет в московском "Спартаке" еще под руководством Константина Бескова, Мостовой с трудом пробивал себе путь в европейском футболе. Португальский опыт оказался неудачным: в "Бенфике" Александр большую часть игрового времени проводил на скамейке запасных.

Переезд во Францию, где он выступал за "Кан" и "Страсбур", оживил ситуацию. И, наконец, в Испании он нашел свою команду. "Сельта" стала для Мостового почти родной командой, а россиянина болельщики называли не иначе как Царем. По окончании карьеры Александр вскоре вернулся в Россию и сейчас находится на перепутье, хотя, по слухам, уже в ближайшее время может возглавить одну из команд в первенстве страны. С Александром Мостовым беседуют Алексей Андронов и Александр Шмурнов.

- Для вас с возвращением в Россию жизнь в Европе отходит в историю?

- Моя футбольная жизнь стала историей, а бытовая не сильно отличается от того, как я жил в Испании. Сейчас я живу практически на две страны.

- Начиная с 1990 года в течение почти 10 лет в Европу из России уезжали футбольные звезды: вы, Юран, Карпин, Канчельскис, Кирьяков, Колыванов, Симутенков. Потом этот поток стал не таким мощным, а в какое-то время и вовсе иссяк. Отчего? Рыба стала помельче?

- Мне бы не хотелось сравнивать наше поколение с нынешним. В спорте, а особенно в футболе, существует цикличность, и каждые 10 лет, как правило, вырастает плеяда игроков, совсем не похожая на предыдущую. Поколения сравнивать очень сложно. За себя могу сказать: наша сила, конечно, была в том, что мы воспитывались в советской спортивной школе, которой теперь уже нет и не будет.

- Что это была за школа, в чем ее сила?

- Мне часто задают этот вопрос, и я не знаю ответа. Тренировались ли мы по-другому? Не знаю. Сейчас вижу, как проходят тренировки наших современных игроков, со многими я играл, так как с футболом простился позже всех. Все вроде бы так же, как у нас. Может быть, мы были более талантливыми и, набираясь опыта у старшего поколения, смогли лучше раскрыться. Но, вероятно, дело еще и в том, что сам отъезд за границу был огромным стимулом для нас. Я хотел уехать все равно куда, чтобы играть в футбол, чтобы меня узнали. Сейчас для многих этого стимула нет. Ребята играют дома, получают хорошие зарплаты и не видят смысла в том, чтобы куда-то ехать. И это тормозит их рост.

- У вас есть чувство досады от нереализованности? Ведь ваше поколение было очень сильным, а добиться успеха на уровне сборной вы так и не смогли.

- Это один из самых больных вопросов. Я затрудняюсь прямо ответить, почему это произошло, но чувство досады от упущенных возможностей и даже вины есть до сих пор. Команда была совершенно сумасшедшая по своим возможностям, но что-то не сложилось. Но вот что? Мы много раз перебирали ответы и к единому выводу так и не пришли.

- Что, с вашей точки зрения, произошло на чемпионате мира 2002 года?

- Конфликты в сборной происходили регулярно на протяжении всех 10 лет. Мне тяжело отвечать за всех, а что касается меня, то я отправился в Японию с серьезной травмой и, по сути, ехал туда туристом.

- Многие до сих пор считают, что причиной вашего неучастия в матчах в Японии была вовсе не травма, а рекламный контракт.

- Травма была, причем очень обидная - на первых минутах товарищеского матча. Я понимал, что это последний мой большой турнир в карьере, я был в прекрасной форме, и, возможно, этот чемпионат мог стать моим. У меня действительно был контракт с Pepsi Cola, и, может быть, он стал в какой-то степени одной из причин разногласий и конфликтов, но главное, почему я не играл, - это травма.

- Что прежде всего вы вынесли из испанской и португальской жизни?

- Главное - опыт. Из «Спартака» я уехал молодым, но вполне состоявшимся футболистом, с большим опытом выступления за серьезный клуб. Для меня стало открытием, что можно в футбол играть не только по-другому, но и лучше. Я ведь как думал: вот был лучшим Федор Черенков, а теперь есть я. В Европе же выяснилось, что таких, как Мостовой, в команде человек 20 и нужно доказывать свое превосходство. С первыми трудностями я столкнулся в «Бенфике» в Португалии. Я человек коммуникабельный и быстро вхожу в отношения с людьми. Для меня никогда не составляло большого труда найти общий язык в новой команде. Главная трудность была в неумении доказывать свое преимущество. Три года, проведенные в Португалии, оказались для меня особенно тяжелыми. Мне так и не удалось заиграть в «Бенфике».

- Почему, как вам кажется, у нас так ни один футболист и не заиграл именно в Португалии? Вот еще один пример, более свежий. Поехал в "Бенфику" Андрей Каряка, такой талантливый игрок, и просидел два с половиной года на скамейке запасных.

- Думаю, каждый случай можно разбирать особо. Из России я уезжал в Германию, но наши ребята, Юран и Кульков, позвали меня в Португалию. Думали, вместе будет не так трудно, и я поехал в «Бенфику», не зная, что по крайней мере полгода играть не смогу по правилам, так как для меня нет места в команде и нет официального разрешения на работу. Вот вам причина. В результате первые полгода я отдыхал и тренировался.

- Расскажите, как себя чувствует здоровый профессиональный футболист, оставаясь без игры полгода.

- Трудно было. Для футболиста игра - самое главное. Из Москвы я уезжал, будучи звездой с огромными перспективами, а тут конкуренция, вынужденный простой, и в сборную меня тоже перестали приглашать. Это был самый трудный период для меня.

- Ваш переезд во Францию связан с женитьбой?

- Во Францию я уехал прежде всего для того, чтобы играть. Мне было все равно в какую команду ехать, лишь бы начать играть немедленно. Такую задачу я поставил агентам. На следующий день после отъезда из Лиссабона я уже играл показательный матч во Франции. Это и было началом времени удач.

- Вы уникальный российский игрок, который на Западе для своего клуба стал безусловно первым номером. Вы попали в «Сельту», которая ни до вашего появления, ни после так ничего и не добилась. Практически все успехи этой команды связаны с вашим именем. Когда вы почувствовали себя в «Сельте» человеком, на котором строится вся игра команды?

- На второй год. В первый год были трудности, связанные с переездом, затем выяснилось, что испанский чемпионат изнутри совсем не то, чем он представлялся, скажем, из Франции.

- Что именно вас удивило?

- Откровенно слабая организация дела. Да просто ужас! Уровень второй лиги союзных времен. Первые шесть месяцев я просто не мог поверить, что такое возможно в Испании.

- А если подробнее?

- Прежде всего удивило отношение к футболистам и бытовые условия. Не было горячей воды, например, в раздевалках. Однажды парень приехал на тренировку на базу на машине, оставил рядом с базой, то есть с тем, что называлось базой, а после тренировки просто не обнаружил своей машины. Ее банально угнали, поскольку базу никто не охранял. Да и базы как таковой просто не было. Было поле ужасного качества и подобие раздевалок. Все это я увидел после Франции, где играл за «Страсбур» - команду, входившую в шестерку лидеров и обладавшую всей инфраструктурой.

- Вы бы поверили в тот момент, когда столкнулись со всеми трудностями команды, что будете играть в Лиге чемпионов?

- Я был одним, кто не только в это верил, но и пропагандировал свою уверенность. Это произошло как раз на второй год, когда в команде появились Валерий Карпин и еще несколько легионеров серьезного уровня: Макелеле, Мазиньо, Джорович.И я увидел наши перспективы. Мы с Валерой начали наседать на руководство, пытаясь объяснить, как надо устроить жизнь команды, чтобы добиться реальных успехов на международном уровне. Руководство на тот момент в футболе разбиралось очень слабо.

- Как же так получилось, что именно русские футболисты встали впереди движения к вершинам европейского футбола?

- Нам потом часто задавали такой вопрос. Нам говорили: откуда вы знаете, вы же из России, там все время идет снег, что вы можете знать о строительстве футбольного клуба и так далее. Но все-таки руководство прислушалось к нам. Оно вошло в наше положение, мы вошли в его и начали совместно работать и друг другу помогать.

- Вы стали акционерами команды?

- Нет. Просто у нас был авторитет. Например, по моей убедительной просьбе у клуба появилась профессиональная тренировочная база. В течение года я общался с журналистами, они писали в газетах и выступали по телевидению, разъясняя мою позицию.

- Как руководство «Сельты» это воспринимало?

- Нам очень помог результат. В первый год было очень трудно убеждать и доказывать, а когда команда заиграла, то к нашим словам стали относиться совсем по-другому. Люди пошли на стадион, футбол приобрел новый статус в городе.

- Вам, наверное, помогали успехи соседнего «Депортиво»?

- Как ни странно, это мы помогли «Депору».У них тоже не было своей базы, они играли на каком-то чуть ли не школьном стадионе. В Галисии часто дожди, слякоть, грязь. И такие условия были у команды, занимавшей первые места в одном из ведущих европейских чемпионатов! Наш пример стал поводом для того, чтобы ситуация изменилась в лучшую сторону и в "Депоре".

- Понятно, почему вам хотели в Виго поставить памятник - не за игру, а за то, что вы сделали для развития клуба. Памятник в итоге поставили?

- Нет, так и не поставили. Как обычно бывает, пока футболист играет, его все и ждут в гости, и угощают, и даже памятник хотят поставить. А как только у клуба начались проблемы, а я уже закончил свою карьеру, тут и с местом, и с деньгами для памятника начались трудности. Да я с самого начала не верил в эту затею.

- Насколько хорошо вас помнят сейчас в городе? Если вы вдруг появитесь на каком-нибудь матче, что будет с трибунами?

- Как я знаю, сейчас на трибунах не так много народу. «Сельта» выступает во втором дивизионе. Многие до сих пор говорят: почему бы тебе сейчас не поиграть за команду? Вполне бы мог соответствовать, даже и в таком возрасте.

- У вас не было мысли остаться в Испании, в Виго, закрепиться, как это сделал Карпин?

- У меня возникли проблемы с клубом. По окончании карьеры мне обещали место в руководстве, но потом все изменилось, и мы уже не смогли договориться. После всех этих перипетий желания оставаться в Виго у меня уже не было. А Валере очень нравилось жить в Виго. Бизнесом он начал заниматься еще до окончания карьеры, и сейчас он уже крепко стоит на ногах в новой жизни. Ему возвращаться в Москву просто нет смысла, у него здесь даже квартиры, кажется, нет.

- Что вы собираетесь делать в России?

- Сейчас смотрю и изучаю российский футбол. Самому бы мне хотелось в дальнейшем остаться в футболе, но пока я бы не стал конкретизировать.

- Ходили слухи о том, что вам предлагали возглавить «Ростов».

- Я не хочу давать разъяснения по этому вопросу, пусть все пока останется так, как пишут.

- Когда «Спартак» играл в начале года с «Сельтой», Карпин дал интервью даже не жесткое, а жестокое по поводу всей нашей клубной системы. Вы, приехав в Россию, тоже считаете, что наши клубы настолько далеки от европейских?

- Не вполне. Мне кажется, что наши ведущие клубы находятся на уровне европейских, а некоторые клубы Европы превосходят. Мне, правда, трудно быть объективным: пока я еще ни в одном клубе внутри не варился.

- Вам хотелось бы вернуться именно в «Спартак»?

- Конечно же, но загадывать не буду. Я один из немногих, кто провел за границей больше 15 лет, и у меня совершенно были потеряны связи и контакты. Поэтому пока есть некоторые сложности с поиском работы.

- Матчи чемпионата России вы посещаете?

- Да, бываю.

- Как вы оцениваете российский футбол?

- Например, игра «Спартак» - «Локомотив» на моей памяти болельщика и игрока просто одна из лучших и по накалу, и по сюжету. При этом я видел множество абсолютно провальных матчей. Я футболист и не могу никого обвинять: бывает по-всякому, и я это очень хорошо знаю.

- Про ваше поколение говорили, что вам повезло родиться в 1960-1970-е годы и на пике карьеры уехать за границу играть. А если бы вы родились на 10 лет раньше, то такой удачи не случилось бы из-за железного занавеса. Сейчас, когда «Зенит» приобрел Тимощука за $20 млн, многие жалеют, что не родились на 10-15 лет позже.

- Да, я согласен был бы родиться позже. Думаю, это обычная история. Такие разговоры велись всегда и в наше время. Старшие футболисты все время говорили: нам бы 10 лет скинуть - мы бы показали.

- Вам не кажется, что деньги, пришедшие в российский футбол, сильно опережают его уровень развития?

- Кажется. У нас футбол - это не просто игра, это бизнес, который кому-то приносит огромные деньги. Поэтому, думаю, одним годом здесь проблему не решить. Так уже не выйдет, как у нас с Карпиным получилось в Виго: методом убеждения. Здесь совсем другие масштабы. Я не представляю, как и в чем это проявится, но нынешний мыльный пузырь рано или поздно лопнет. Деньги в футбол не могут приходить из ниоткуда. Был похожий период в Испании, с «Реалом», но там достаточно быстро поняли, что нужно начинать экономить.

- Вы совсем не хотите попробовать себя в тренерской профессии?

- Если 15 лет назад я категорически говорил, что тренером не буду, то сейчас уже задумываюсь серьезно и об этом. Я всего месяц как обосновался в Москве и просто еще не успел подать документы на тренерскую лицензию. Постараюсь со следующего курса ее получить.

- Опять же, если вспомнить ваше поколение, после окончания карьеры пока мало кому удается добиться успеха.

- Я думаю, что многим ребятам просто не повезло. Ведь бывает так, что человек, которого никто не знал, вдруг становится известным тренером - возьмите того же Моуриньо. Бывает и наоборот. Да, для нашего поколения пока не все складывается удачно. Но это не значит, что на всех сразу можно ставить крест.

Алексей Андронов и Александр Шмурнов

http://www.gzt.ru/sport/2007/10/17/220000.html

Очень приятно, Царь!

Чемпионат.com, 23 августа 2011 года
Количество просмотров: 953

Фото

На северо-западе Испании, на берегу широкого и глубокого залива простирается граница между Португалией и портово-промышленным городом Виго, расположенным в провинции Понтеведра. Этот город славится своими кривыми, словно ручейки, улочками, домами изогнутой формы, холмистой местностью, рыболовецкими судами и прекрасными пляжами. Однако у нас в России Виго прежде всего известен стадионом "Балаидос", на котором вот уже

Справка "Чемпионат.com"

Александр Мостовой

Родился 22 августа 1968 года в Ломоносове (Ленинградская область).
Клубная карьера: "Красная Пресня" Москва (1986), "Спартак" Москва (1986—1991), "Бенфика" Португалия (1992—1993), "Кан" Франция (1993—1994), "Страсбург" Франция (1994—1996), "Сельта" Испания (1996—2004), "Алавес" Испания (2005).
Достижения: чемпион СССР (1987, 1989), обладатель Кубка СССР (1992), обладатель Кубка Португалии (1993), победитель Кубка Интертото (2000), финалист Кубка Франции (1995), финалист Кубка Испании (2001), чемпион Европы среди молодёжи (1990). За национальные сборные СССР, СНГ и России провёл 65 матчей и забил 13 мячей.
Участник чемпионатов мира 1994 и 2002. Участник чемпионатов Европы 1996 и 2004.
Награждён медалью "80 лет Госкомспорта России" (2004).

сколько десятков лет принимает гостей местная "Сельта". 22 февраля 2007 года здесь в футбольном противостоянии "Сельта" схлестнулась с московским "Спартаком". Ажиотаж вокруг матча был огромный, но наши игроки надежд не оправдали и сами лишили себя возможности попасть в 1/8 финала Кубка УЕФА.

Однако спартаковским болельщикам стадион "Балаидос" был отлично известен ещё задолго до этого горького матча. Ведь в 1996 году там начал защищать цвета "Сельты" Александр Мостовой, неординарный нападающий и хавбек, в возрасте 19 лет ставший чемпионом СССР в составе красно-белого клуба. В Виго Мостовому даже хотели поставить памятник, так как на протяжении почти восьми лет он был самым популярным футболистом в городе. Царь – так его прозвали – стал рекордсменом "Сельты" по числу проведённых в испанском чемпионате матчей (235). Но, к сожалению, выразить благодарность российскому футболисту болельщикам так и не удалось. А жаль, ведь бронзовый Александр Мостовой, наносящий в движении удар по мячу, был бы замечательной достопримечательностью стадиона и города, особенно для российских туристов

Возможно, продержись Александр в московском клубе подольше, и памятник ему действительно был бы поставлен, но только не в Испании, а в столице нашей страны. Ведь даже за столь небольшой срок – Саша играл за "Спартак" с 1987 по 1991 годы – он сумел полюбиться болельщикам и стать настоящей звездой (а ведь Мостовой был воспитанником детской школы ЦСКА!). Он и по сей день утверждает, что всегда был и будет в душе спартаковцем, хотя многие годы, проведённые за границей, отдалили его от "Спартака". Так получилось, что распад Советского Союза пришёлся именно на начало 90-х, когда Александр переживал самый расцвет своего таланта. Игроки начали разъезжаться по разным странам — и в итоге Мостовой оказался в лиссабонской "Бенфике". Там он попал в компанию к Василию Кулькову и Сергею Юрану, потому и предпочёл этот клуб леверкузенскому "Байеру", с которым накануне уже почти подписал контракт.

Однако вскоре Мостовой уже сожалел о своём решении, так как в "Бенфике" поменялся главный тренер, и Александр, не вписавшись в модернизированную схему игры, вынужден был сидеть на скамейке запасных. И всё же выход нашли: в то время французский "Кан" находился в зоне вылета и нуждался в футболисте, способном поднять её по турнирной таблице. Мостовой был отдан "Кану" в аренду, и в первом же матче он забил гол, принеся клубу первую в сезоне победу. А впоследствии россиянин действительно вывел команду в середину таблицы.

После такого успеха тренер "Кана" Жандель получил выгодное предложение от "Страсбурга" и перешёл в этот более сильный французский клуб, уговорив Мостового уйти вместе с ним. Там Александр выступал просто блестяще, и руководство "Страсбурга" уступило игрока испанской "Сельте", которая в то время прилагала все силы к тому, чтобы хотя бы выжить в элитной лиге. Однако с приходом Мостового клуб изменился до неузнаваемости. Новичок принялся забивать мячи в ворота таких серьёзных соперников, как "Реал" (2:1, 2 гола), "Валенсия" (1:0), "Барселона" (3:1), "Депортиво" (2:1), "Ливерпуль" (3:1). В команду поверили болельщики, появились фирмы, желающие стать спонсорами клуба, "Сельта" начала приобретать таких известных игроков, как Ревиво, Мазиньо, Макелеле, пригласила Валерия Карпина. А в сезоне-1998/99 с помощью Мостового испанский клуб добрался до четвертьфинала Кубка УЕФА!

Но ничто не вечно под луной. Возраст давал себя знать. В 2005 году Мостовой подписал контракт с "Алавесом", но вышел на поле только в одной игре, в которой даже забил гол, а после заявил, что решил завершить карьеру.

В нашей национальной команде у Александра также всё складывалось не так уж и гладко. 17 ноября 1993 года он стал одним из футболистов сборной России, чья подпись стояла под небезызвестным "Письмом четырнадцати". После поражения от сборной Греции в Афинах (притом, что сборная России уже обеспечила себе выход на ЧМ-1994 в США) президент РФС Вячеслав Колосков в раздевалке сказал игрокам, что с такой игрой и таким отношением к делу им в Америке делать нечего. Тогда он надавил на футболистов из-за несоблюдения ими спонсорского соглашения с компанией Reebok, по которому восемь футболистов сборной должны были играть в её фирменных бутсах. В этот же день в номере афинского отеля "Хилтон" игроки сборной по инициативе Игоря Шалимова подписали открытое письмо на имя советника президента России по спорту Шамиля Тарпищева, в котором были изложены три требования — в том числе требование назначить на должность главного тренера Анатолия Бышовца.

Это письмо уничтожило команду, у которой были все шансы завоевать медали чемпионата мира. Оно вызвало конфликт между игроками, тренерами и руководством сборной, подорвало моральный дух сборной. Ряд игроков так и не поехали на чемпионат, о чём потом не раз жалели. А россияне на том турнире не смогли преодолеть групповой раунд.

Мостовой был в числе тех, кто колебался до последнего и вернулся в сборную лишь в начале мая. По его словам, он с самого начала считал, что из этой затеи ничего не получится, и подписал письмо лишь потому, что попросили друзья. После этой истории лучшие друзья Мостовой и Шалимов уже не смогли полностью вернуть прежнее доверие друг к другу.

А на Евро-2004 Александр был изгнан главным тренером Георгием Ярцевым из состава национальной команды за высказывания, которые допустил в интервью после поражения от Испании со счётом 0:1. Он пожаловался на чрезмерные физические нагрузки на тренировках сборной, а также добавил, что, по его мнению, Россия вряд ли сможет выйти из группы

Александр Мостовой всегда выделялся интеллектуальным футболом, умной и тонкой игрой. Болельщики завороженно наблюдали за этим зрелищем – Мостовой на поле с футбольным мячом. Сам Александр говорит: "Может, это нескромно, но я всегда знал, что люди меня уважают. Любят. Потому что я всегда старался говорить правду. И делать свою работу правильно". И разве можно не уважать человека, который уже в 20 лет был одним из лидеров клуба, причём не просто клуба, а "Спартака" времён Бескова и Романцева?

Сейчас бывший игрок сборной, который в 65 матчах забил за неё 13 голов, живёт в России, но до сих пор не получал серьёзных предложений, связанных с футболом. А ведь он не раз признавался, что хотел бы попробовать свои силы на тренерском поприще. Вышла его автобиографическая книга "По прозвищу Царь" (так прозвали Александра болельщики "Сельты"), в которой он рассказывает о своём многолетнем и нелёгком пути в футболе.

С днём рождения!

Регина Харисова

http://www.championat.com/football/article-93384.html

Александр Мостовой: «Спартак» раньше всегда играл в стиле «тики-така», так, как сейчас «Барселона»

Советский Спорт, 19 августа 2012 года
Количество просмотров: 992

Фото

Александр Мостовой в программе «MAESTROS DEL FÚTEBOL« на Canal+ рассказал о самых важных моментах своей футбольной карьеры.

Было время, когда о «Сельте» говорили во всех уголках Европы, когда оправдывались ожидания её болельщиков. Клуб из Галисии в конце 90-х был стабильным участником Кубка УЕФА, а в 2003г. даже попал в Лигу чемпионов. Тогда в команде наряду с Мазинью, Густаво Лопесом, Валерием Карпиным играл великолепный полузащитник Александр Мостовой. Его техника, жажда гола, бойцовский характер позволили «Сельте» занять место среди лучших клубов в испанском чемпионате. Болельщики команды из Виго поклонялись своему «Царю». За восемь сезонов в «Сельте» Александр «сумел поведать» все о своем футболе, однако ещё задолго до появления в галисийском клубе, вся Европа уже была наслышана о его способностях. 

СОВЕТСКИЙ ТАЛАНТ

Футбольная карьера Александра началась в Москве, куда он отправился со своей семьей: «Меня пригласили в ЦСКА». Но в 17 лет обстоятельства привели его в другой великий российский клуб - «Спартак»: «Тогда команды меняли не так, как сейчас. Один из руководителей моего клуба, который был мне, как отец, взял за руку и сказал: «Будешь  играть в «Спартаке»». В новой команде Мостовой дебютировал в 18-тилетнем возрасте. Благодаря своей технике, он быстро превратился в надежду российского футбола. «В 18 лет я уже выиграл чемпионат СССР (15 стран, которые сейчас являются самостоятельными государствами, тогда были единым целым). Меня признали лучшим молодым игроком турнира. В следующем году мы снова стали чемпионами, а потом я добился успеха с молодежной сборной», - отметил Александр.

За пять лет в «Спартаке» Мостовой выиграл два чемпионата, а также дошел до полуфинала Кубка чемпионов сезона 1990/91, оставив позади такие команды, как «Наполи» и «Реал».  Несмотря на то, что «Олимпик» из Марселя не пустил спартаковцев в финал, российская команда произвела огромное впечатление: «»Спартак» раньше всегда играл в стиле «тики-така», так, как сейчас «Барселона».

Однако Александру очень хотелось попробовать себя в Европе, он ждал нового вызова: «В 1991 году после распада СССР многие молодые люди (20-21 год) стали покидать страну». Несмотря на предварительный контракт с «Байером», он перешел в «Бенфику»: «Я приехал в клуб, мне дали какие-то бумаги, сказали, что это контракт (смеясь), хотя не знаю, было ли это так на самом деле. Я отправился в Португалию, потому что два месяца назад они купили двух российских футболистов, с которыми я играл в сборной. Я думал, так мне будет легче адаптироваться».

Но его ожидания не оправдались: «Я много тренировался, а играл очень мало. В команде было 11-12 иностранцев, лишь трое могли играть. Я этого не знал. Я был не хуже Паулу Футре, Руи Кошты, Жуао Пинту, но, так как они из Португалии, они выходили на поле».

После 1,5 сезона в Лиссабоне, за которые Александр сыграл всего несколько минут, он решил сменить команду и отправился во Францию, в «Кан»:

«После года без игровой практики мне уже было неважно, за какой клуб выступать, лишь бы играть. За несколько месяцев во французской команде он помог ей сохранить место в   Лиге 1. Однако его тренер Жандюпе предложил ему перейти в «Страсбур». Там Мостовой снова почувствовал себя футболистом. «Эти два года были невероятными с  точки зрения футбола. Мы добились выхода в Кубок УЕФА, играли в финале с ПСЖ».

Новые достижения Александра пробудили интерес к нему со стороны многих европейских клубов.

ТРУДНОСТИ АДАПТАЦИИ В «СЕЛЬТЕ»

Летом 1996 г. «Сельта» поставила задачу - создать сильную команду, способную противостоять самым лучшим клубам Примеры. Были приобретены отличные футболисты: Мазинью, Ревиво, но главным трансфером стал Александр Мостовой. Правда, ему очень тяжело далась адаптация в испанской команде: «Я ничего не знал о Виго и «Сельте», разве что однажды играл против них, когда ещё выступал за «Спартак»».

Первый сезон в «Сельте» не оправдал ожидания Мостового. Плохие результаты команды и характер Александра лишь усложнили ситуацию: «Это был самый худший момент во всей моей футбольной карьере. Я не думал, что команда так плохо организована, у нас не было поля для тренировки, нормальных раздевалок, порой даже нельзя было принять горячий душ. Такого просто не должно быть».

Самые неприятные моменты он пережил на «Эль Молиноне» - поле «Спортинга»: «Я больше не мог терпеть, видя, как плохо играют остальные, открыто выразил свои эмоции». Александр хотел уйти с поля. Партнеры по команде обвинили его в том, что им придется играть в меньшинстве. Этот поступок стал причиной того, что клуб отстранил русского футболиста от игр на какое-то время. Будущее Александра теперь уже не казалось таким ясным.

ЛИДЕР «ЕВРОСЕЛЬТЫ»

То, что казалось черным, в следующем сезоне заиграло иными красками. Клуб под руководством Ируреты решил усилиться Карпиным, Макелеле. Постепенно команда стала подниматься в турнирной таблице. «Нам удалось изменить мышление других футболистов, членов управления клубом, болельщиков, которые стали горячо поддерживать команду. Они видели, что некоторое матчи мы проводим просто бесподобно. Я чувствовал себя великолепно на поле, весь негатив ушел на второй план», - вспоминает Александр.

Появление старого знакомого, Валерия Карпина, очень ему помогло. Русская связка была настоящим «мотором» «Сельты» на протяжении нескольких сезонов: «Нас спрашивали, почему вы так здорово понимаете друг друга на поле? Все очень просто: он знает, куда я побегу и наоборот. Мы научились этому в «Спартаке»».

«Сельта» поднялась на невероятный уровень, позволяющий бороться на равных с самыми лучшими командами Примеры. Шесть сезонов они не опускались ниже седьмого места. Мостовой демонстрировал свой класс на лучших стадионах: «Мне всегда хотелось играть против великих игроков и великих команд на «Сантьяго Бернабеу», «Камп Ноу» и т.д. Свои лучшие голы я забивал именно лучшим командам, так было с самого детства».

В сезоне 1998/99 во второй раз в своей истории «Сельта» добилась права на участие в Кубке УЕФА. Пять сезонов подряд «Сельта» под предводительством Мостового приводила в восторг весь континент. Его игра в атаке позволяла победить многих европейских гигантов: «Бенфику», «Ливерпуль», «Ювентус». Люди выходили встречать игроков на улицы города. В четвертьфинале им не удалось пройти «Олимпик» из  Марселя, но болельщики были в восторге от  игры команды, Мостового стали называть «Царь». Русский был настоящим кумиром для болельщиков и звездой чемпионата.

Луи ван Гал (экс - тренер «Барселоны»): «Мостовой – отличный футболист, лучший в команде». Многие клубы хотели купить Александра. В 31 год у него была масса предложений: «У меня все получалось в «Сельте», я не видел причин для ухода из команды. Мы доказали, что в «Сельте» игроки не хуже, чем в «Реале» или «Барсе». Единственное отличие лишь в том, что мы получаем меньше, но на поле все равны».

ИСПАНСКИЙ ФУТБОЛ ОБРАТИЛ СВОЙ ВЗОР В ГАЛИСИЮ

Лучшая в истории «Сельта» встретилась с лучшим за все времена «Депортиво». Никогда ещё не было столько талантов и такого соперничества в галисийском дерби. Самый запоминающийся момент: стычка между Мостовым и Джалминьей. Русский с бразильцем не ладили на протяжении всей игры: «Это был сезон 1999/2000, который выиграл «Депортиво». Когда команда побеждает и игрок забивает, понятно, он хочет покрасоваться. Знаете, бразильцы - они такие, но мне это не понравилось. Однако два года спустя мы виделись на одном турнире и спокойно общались». Мостовой в очередной раз продемонстрировал свой жесткий характер.

 У Александра всегда были проблемы с арбитрами: «Если судья допускает глупость на поле, я не могу не прореагировать на это. Если будешь молчать, то так и будет продолжаться на протяжении 90 минут. Я всегда старался победить. В футболе нельзя никого обмануть, на поле надо выкладываться  полностью».

ПРОКЛЯТИЕ КУБКА КОРОЛЯ

В 2001 году «Сельта» имела возможность завершить свой великий период престижной наградой. Впервые в истории клуб из Галисии мог выиграть Кубок Короля. В финале им противостояла «Сарагоса», соперник, казавшийся намного слабее. Мостовой открыл счет, но удача была на стороне арагонцев. 3:1 в финале - настоящее разочарование для всего города, всех болельщиков и команды: «Было тяжело – это факт…но все уже в прошлом. Руководство клуба нас не поддерживало, как всегда. За день до игры обсуждали вопрос о выплате нам заработной платы, произойдет это уже, наконец, или нет, ведь так не должно быть. Но, не думайте, мы проиграли не поэтому. Нас застали врасплох на поле».

Мостовой, таким образом,  снова проиграл в финале, а «Сельта» упустила заслуженный трофей: «На протяжении моей карьеры я играл в четырех финалах и безуспешно: со «Страсбуром», «Сельтой», СССР и «Бенфикой».

ИЗ РАЯ В АД

Игра галисийского клуба в сезоне 2003/04 отражала две стороны медали: с одной – участие в Лиге чемпионов, впервые в своей истории, с другой - опасность вылета во второй дивизион. Трудно понять, как одна и та же команда могла дойти до 1/8 самого престижного клубного турнира, одержать победу над всесильным «Миланом» и полностью провалить чемпионат. Нестабильность также пришла и в состав команды. Мигель Анхель Лотина -  бывший герой «Сельты», был отправлен в отставку, но новый тренер Радомир Антич также не сумел решить проблемы. Поражение от «Майорки» стало билетом в Сегунду.

«Как могла «Сельта» вылететь во второй дивизион? Команда, состоящая из таких хороших футболистов, играющая  в ЛЧ, победившая «Милан», АЯКС»?»,- удивляется Александр и добавил: «Члены управления клубом плохо обращались с нами. Мы не получали зарплату в течение года. Нам всегда говорили: завтра, завтра…Многие ведь даже не знают, что происходит внутри команды, но мы - такие же люди, как и все остальные. У нас было очень много проблем».

Мостовой ушел очень тихо и незаметно из клуба: «Я расстался с «Сельтой» очень плохо. Все отдал команде, а потом услышал...и ушел вот так…».

Клуб покинул, возможно, лучший игрок в истории «Сельты». Восемь лет великолепной игры, 453 матча – больше всех за «Сельту», шестой лучший бомбардир - 60 голов.

РАЗОЧАРОВАНИЕ В СБОРНОЙ

Уход Мостового в 2004 году из «Сельты» совпал с чемпионатом Европы в Португалии, с которым связаны плохие воспоминания у русского футболиста. Проблемы продолжали преследовать его. Конфликт с главным тренером национальной сборной вынудил его покинуть команду: «После того, как мы поиграли Испании (0:1), я отправился домой, потому что были проблемы с тренером, который считал себя королем футбола. Он не сказал ни слова, но я понял, что он не хочет, чтобы я играл». Таким образом, Александр завершил свое выступление за национальную сборную России.

В 36 лет завершение футбольной карьеры казалось уже близко: «Я ушел из футбола на пять месяцев, у меня было много проблем».

Однако русский получил ещё один шанс в «Депортиво Алавес» Питермана: «Однажды мне позвонил представитель клуба и спросил, почему я не играю? Так я перешел в «Алавес». Я знал, что могу играть ещё 2-3 года, однако вышел на поле всего в одном матче и забил. Одна игра, один гол в матче против «Кадиса». Эти 15 минут стали последними в моей карьере футболиста. Так странно, в 17 лет я уже попал в сборную, а закончил в Сегунде. Я чувствовал, что спокойно мог бы играть в Примере, в любой команде».

Это разочарование и боли в спине ускорили завершение карьеры Мостового: «В последнее годы я играл с острой болью в спине. На протяжении всей карьеры у меня были с этим проблемы, об этом знают лишь медики, которые были со мной. Если бы не эта травма, кто знает, до какого уровня я бы дошел в футболе…. Думаю, что далеко. 20 лет – в профессиональном футболе. У меня были возможности играть в России, но что-то произошло у меня в голове, не знаю, я не захотел играть».

Однако Александр хочет посвятить себя футболу: «Мне не представлялись шансы, которые выпадают другим, но я до сих пор надеюсь, что что-то получится. Время все расставит по своим местам».

http://www.sovsport.ru/gazeta/article-item/546316

Александр МОСТОВОЙ: ЖИЗНЬ - НЕ КОНТРАКТ. В НЕЙ ВСЕГО НЕ ПРЕДУСМОТРИШЬ

Спорт-Экспресс, 15 февраля 2006 года
Количество просмотров: 709

Фото

В 92-м Мостового в Лиссабоне встречал лично Эйсебио - вечный кумир португальских болельщиков. После первой тренировки, проведенной новичком из московского "Спартака" в "Бенфике", Эйсебио уверенно заявил журналистам, собравшимся посмотреть на новое приобретение: "Этот парень знает свое дело и отработает вложенные в него деньги. У него хорошее будущее". Эти слова героя английского чемпионата мира-66 можно считать благословением Александра в новую легионерскую жизнь, продолжавшуюся для него без малого четырнадцать лет.

Если бы Мостового не существовало, то его следовало бы придумать. Судьба этого приветливого, всегда открытого, уверенного в себе российского мужика, поверьте, стоит того. Для большинства она проста и вычерчена прямыми линиями исключительно по восходящей. Эдакий классический пример, как говорят за океаном, "американской мечты". По-советски ее назвали бы: "Кто был ничем, тот стал всем!" Причем оба варианта вполне приемлемы.

Действительно, история подмосковного мальчишки, летом гонявшего мяч, а зимой шайбу, мотавшегося каждый день после школы электричкой в Москву на тренировки в цээсковскую школу, оказавшегося в скромной "Красной Пресне", а потом в самом "Спартаке", сборной, футбольной Европе, - повод поверить в себя для тех, кто втайне мечтает пройти подобный путь. "Мост", как кличут его в тесном кругу, по нему прошел. Хотя, как признается со свойственной ему простотой и искренностью, никаких задач перед собой никогда не ставил. "Я просто играл", - обычно говорит Александр, когда сноровистые репортеры задают ему незатейливые вопросы вроде: "О чем вы мечтали, придя в футбол?" И это не кокетство звезды. Так было в романцевском "Спартаке" и сборной, во французских "Кане" и "Страсбуре". А в испанской "Сельте" он настолько "просто играл", что тамошние болельщики решили поставить ему в центре Виго памятник.

- Мне везло на хороших людей, - любит повторять Мостовой. - Видимо, уж так судьба распорядилась, что по футбольной моей жизни они всегда были рядом.

Наверное, говоря это, он имеет в виду Анатолия Бышовца, подсмотревшего его в армейском манеже и пригласившего в юношескую сборную СССР на Мемориал Гранаткина, Олега Романцева, позвавшего 17-летнего игрока в "Пресню", начальника команды Валерия Жиляева, опекавшего в "Спартаке" как родного сына. Испанец Фернандес, у которого Мостовой играл в "Сельте", как-то признался: "Футбол - достаточно грязная работа. И зарабатывая в нем деньги, очень легко потерять себя. Но с Сашей этого никогда не произойдет. Гарантия тому его порядочность. И не только в работе, но и в отношениях с теми, кто рядом".

Мне довелось четыре сезона провести с ним в сборной, и не могу припомнить, чтобы общение с Александром любого, кто в ней трудился, порождало какие-то проблемы или вызывало дискомфорт. Напротив, его остроумие, легкость характера, настроение всегда создавали атмосферу доброжелательности и радушия, которые в этой команде ценятся, как ни в одной другой. Может, потому больше остальных и удивился той печально-скандальной истории в Португалии на Евро-2004, о которой пришлось все-таки вспомнить в этой нашей беседе, состоявшейся, когда Мостовой впервые пришел в редакцию "СЭ" в ранге свободного художника.

-Часом, не рыдали в первую ночь после того, как вбили в стену гвоздь, на который пришлось повесить бутсы? - попытался я с самого начала придать разговору ироничный тон.

- Нет, обошлось, - на полном серьезе отвечает Александр. - Спал, правда, неважно - это было. А так я в принципе человек не сентиментальный.

-Выходит, футбольным героем неведомы слезы отчаяния?

- Не сказал бы. Пару раз в жизни все-таки плакал. Впервые еще мальчишкой, когда в финале турнира, проходившего в манеже ЦСКА, промахнулся в серии послематчевых пенальти. Прямо с поля убежал с глаз долой и проплакал два часа под какой-то лестницей. Потом, когда все ушли, забрал вещи из пустой раздевалки и два месяца, сгорая от стыда, не появлялся в команде.

-Когда же еще нечто подобное было?

- В мае две тысячи второго на турнире LG, перед самым отъездом на мировой чемпионат, на первой минуте матча с югославами получил нелепую травму. Врачи, правда, обнадеживали: мол, обойдется. Но я чувствовал: на этот раз беда не пройдет стороной. И уже в Японии, поняв, что чуда не произойдет, не выдержал. То ведь был мой последний шанс сыграть на таком турнире. И от этого становилось особенно больно.

-А сейчас, когда стало ясно - футболист Мостовой уже закончился, что испытываете?

- Какую-то незнакомую внутреннюю пустоту. До сих пор не могу поверить, что занавес опущен и надо начинать новую жизнь. Я где-то читал, как у одного солдата в бою обе ноги оторвало, а он в первое мгновение, в шоке, попытался встать и идти. Так вот, примерно то же самое ощутил и я. Мне и сейчас все еще кажется, что мог бы играть и играть.

- А желание бросить это занятие, часом, никогда не возникало?

- Только раз. После той неприятной разборки в Португалии на европейском первенстве. К тому моменту меня еще и личные проблемы стали одолевать. Словом, в одночасье все беды навалились. И я на пять месяцев все бросил, постарался забыть о футболе.

-И даже по телевизору не смотрели?

- Нет.

-Чем же занимались?

- Колесил с друзьями по матушке-Европе. Прокатился в который раз по Испании с Димой Поповым, который живет в Сантандере. С Колей Писаревым побывал в Англии, Италии. Загорали, купались, играли в теннис.

-Когда же вы успели его освоить?

- В Тарасовке на базе есть два приличных корта. Там и начинал. Потом благодаря Шамилю Тарпищеву познакомился с настоящими теннисными асами - Александром Волковым, Маратом Сафиным, Михаилом Южным. Однажды в Мадрид довелось с Евгением Кафельниковым лететь. Весь полет о футболе проговорили. Он ведь старый спартаковский болельщик. Теперь летом на тарпищевской даче вместе мяч гоняем, в теннис играем.

-Хоть один сет у звезд выиграли?

- Не поверите, даже матч. В паре с Сафиным обыграли Писарева с Волковым, который потом шутил, что его напарник за нас третьим номером играл. А меня мой партнер похвалил. Жаль, говорит, что ракетку поздновато в руки взял. А начни вовремя, кто знает, может, и за Большой шлем, как он, сражался бы.

-Считаете, что с футболом как игрок вовремя расстались?

- На этот вопрос вам ни один футболист откровенного ответа не даст. И не верьте тем, кто уходя говорит, что устал от игры и ему все надоело. Такие просто лукавят. Самоубийцы, конечно, в жизни встречаются. Но добровольно уходить из нее охотников мало. А футбол для нашего брата - жизнь. Из моего поколения сражаться продолжает, дай ему Бог здоровья и удачи, только Канчельскис. А Шалимов, Колыванов, Добровольский, Писарев, Харин, Юран уже сошли. Причем моложе меня и Андрея были на тот момент. Вот только Онопко пока раздумывает, что дальше делать.

-Как думаете, он еще поиграет?

- Не так давно мы говорили с ним на эту тему в Германии. Виктор полон оптимизма по части продолжения карьеры. Во всяком случае, как я понял, если поступит какое-то предложение, в том числе и из России, он не откажется.

-Каким образом вы с ним вместе в Германии оказались?

- Вместе со Стауче, Никифоровым, Поповым, Кирьяковым, Радченко, Карпиным и Ледяховым участвовали в турнире по мини-футболу, о котором "Спорт-Экспресс" недавно сообщал. Заняли в борьбе с бразильцами, датчанами и местными клубами первое место. Поиграли в охотку. Публике и журналистам понравилось. Забавно, но многие всерьез интересовались, не собираемся ли мы с кем-то новые контракты подписывать.

-Вам когда это в последний раз предлагали?

- До чемпионата Европы меня очень хотели видеть у себя "Динамо" и "Москва".

-Почему отказались?

- У меня к тому моменту заканчивались договорные обязательства с "Сельтой". И кроме предложений из Москвы была еще пара из Англии и Италии. Тогда для себя и решил - как сыграю в Португалии, так и определюсь с выбором. Но случилось то, что случилось. А что было потом - я уже рассказывал.

-"Сельта" не пыталась вас переубедить и вернуть к себе?

- В последние годы отношения с ее руководством становились все более натянутыми. Помню, продлевал в 2002-м контракт. Обычно в подобных случаях, когда в игроке заинтересованы, его условия принято улучшать. А президент клуба Орасио Гомес под любым предлогом старался обойти этот вопрос, то и дело намекая на мой возраст. Я же ему заявил, что провел сезон намного лучше, чем иные двадцатипятилетние. "Так-то оно так, - кивал он. - Но ты и нас пойми". И я понял - плевать им на все мои доводы. Как и на то, что Мальдини в свои 38, и Костакурта в 40 - лидеры "Милана".

-Может быть, такова финансовая тактика хозяев - от игрока по максимуму, а ему - по минимуму?

- Так оно и есть. Если существует хоть малейшая возможность платить поменьше, они тут же пытаются ею воспользоваться. Особенно, если тебе перевалило за тридцать. Как думаете, почему Карпин ушел из "Сельты" в "Реал Сосьедад"? Гомес просто пожалел денег и не согласился с предложением Валерия увеличить срок контракта. Ведь в случае его разрыва пришлось бы платить.

-Понятно, когда подобная политика проводится в отношении рядовых игроков. Но вы-то с Карпиным считались в клубе ведущими!

- Вот это и было особенно обидно. Особенно, когда тот же президент, который на тебе хочет руки погреть, перед матчем обнимает и просит посражаться во славу его "Сельты".

-Рассчитался-то он с вами сполна?

- Как и предчувствовал, нет. По сей день клуб, для которого мы с Карпиным столько сделали, нам должен.

-Что собираетесь предпринимать?

- Пока веду дипломатические переговоры. Но если они не завершатся мирным путем, хоть и неприятно, подам в суд. Жаль, что вот так приходится расставаться с командой, в которой, можно считать, прошли лучшие годы моей легионерской жизни.

-Может быть, не стоило так затягивать с выяснением финансовых отношений, а следовало сразу обратиться в судебные инстанции?

- Теперь тоже так думаю. А тогда верил обещаниям, разговорам о временных финансовых трудностях хозяев. Потому и не конфликтовал. Кроме того, на тот момент главным для меня была сборная, в которую вместе с Онопко и Аленичевым вернул Ярцев. Я тогда словно заново родился в футболе. Цель появилась - удачно сыграть на чемпионате Европы. Тем более что Георгий Александрович постоянно повторял, что верит в нас. И я себя на части рвал, надеясь, что, показав игру в Португалии, решу проблемы с продолжением карьеры.

-И вдруг?

- Произошло то, что в самом страшном сне не привидится.

-А если все-таки подробней...

- Признаюсь, сразу же дал себе слово никому о том случае в подробностях не рассказывать - неприятно вспоминать. Но, коли настаиваете, сделаю исключение. После поражения в первом матче от испанцев мы с Аленичевым по просьбе журналистов задержались в микст-зоне. Собралось их там человек тридцать-сорок, вопросы пулеметной очередью сыпались. Минут десять пришлось с ними пообщаться, поскольку автобус уже отъезжал со стадиона. Вдруг после ужина позвонил исполнявший обязанности пресс-атташе Александр Чернов: "Ты что там сказал репортеру из "Марки"? Тут в интернете он с твоих слов написал, что и тренер плохой, и команда, и подготовка не та. Смотри, может быть скандал".

-Слова Чернова стали для вас неожиданностью?

- Еще какой! Конечно, ничего подобного я не говорил. Разве что на вопрос о подготовке ответил: раз мы проиграли, значит, она была не той, которая позволила бы победить. К тому же я хорошо знаю и испанских, и португальских газетчиков, для которых сенсация превыше всего. Это их хлеб, тираж, заработки, реклама.

-Обо всем этом потом и сказали Ярцеву?

- Честно говоря, собирался. Но когда после звонка Чернова к нам в номер с Аленичевым влетел Ярцев, понял - никакие объяснения не заставят его изменить свое мнение. "Ты что наделал?! - возмущался он. - Как ты мог?! Собирайся и уезжай!" И мне ничего не оставалось, как подчиниться его приказу.

-Так и уехали заклейменным?

- Нет. Был еще относительно спокойный разговор с Дасаевым, которому я и рассказал все, что собирался объяснить главному тренеру. На прощание задал ему лишь один вопрос: "Неужели вы можете подумать, что я мог сказать что-то нетактичное по отношению к Георгию Александровичу, который вернул меня в сборную?" Но все было уже решено. А теперь скажите, будете вы поливать грязью того, кто подарил вам, может быть, последнюю в футбольной жизни надежду.

-На Ярцева обида до сих пор жива?

- А ее и не было. Я понимал, в каком стрессовом состоянии он находился после поражения. Только спичку брось. Это блестяще и сделал корреспондент "Марки". Обидно другое, ведь Ярцев знает меня не первый день. И за всю свою футбольную жизнь ни при каких обстоятельствах я вольностей в общении с журналистами себе не позволял. Что же касается оправданий, которых от меня потом ждали, то, считаю, нет ничего более унизительного, чем это занятие. Особенно, когда оправдываться не в чем.

-В "Сельту" после всего случившегося не было желания вернуться?

- Это было уже невозможно. Слишком уж затянулись денежные разборки. К тому же контракт с ней заканчивался. Да и настроение, как уже говорил, было просто убитое. Хоть крест на всем ставь.

-И вам помешал это сделать "Алавес"?

- Его владельцу Дмитрию Питерману удалось уговорить меня. Этот выходец с Украины с американским гражданством помешан на футболе. Он и президент "Алавеса", и тренер, и хозяин в одном лице. В свое время подобный эксперимент проводился им с "Сантандером" и завершился неудачей. Но это не остановило бизнесмена. И он, засучив рукава, взялся за то же самое в "Алавесе". Тогда команда билась в первом дивизионе за право перехода в высший. Три недели я вкалывал, как проклятый, чтобы набрать форму. И в первом же матче с "Кадисом", выйдя за десять минут до конца на замену, забил гол.

-Такое начало никак не предвещало скорого расставания с новой командой. И все-таки "Алавес" вы покинули. Почему?

- Несмотря на то, что меня очень хорошо приняли, создали прекрасные условия, в какой-то момент я начал испытывать внутренний дискомфорт, потянуло домой. Не было настроения ни тренироваться, ни играть. Выходить на поле в таком состоянии не имело смысла. О чем я откровенно и сказал Дмитрию. Расстались с ним друзьями, хотя он был расстроен, что так все сложилось.

-А вы сами потом не жалели о том поспешном шаге?

- Только сейчас, когда "Алавес" вышел в высший дивизион, понял, что тогда погорячился, приняв решение об уходе. Но надо помнить, в каком состоянии я находился после португальского удара. Вот уж никогда не думал, что придется заканчивать таким печальным образом.

-Зато теперь можно себе многое позволить - никуда не спешить, бывать там, где хочешь, самому определять, по какому режиму жить. Интересно, а как выглядит распорядок дня "вольного художника" Александра Мостового?

- Встаю часов в одиннадцать, поскольку, как правило, ложусь поздно - торопиться-то пока никуда не надо. На завтрак - йогурт, чай, пара бутербродов, кусочек торта. Затем наступает время телефонного планирования дня.

-Обедаете тоже дома?

- Для меня это проходное мероприятие. Еще будучи футболистом, частенько после тренировки не мог есть. Большинство ребят сразу же бежали в столовую, а я отдыхать. Так что привык днем не есть и чаще всего объединяю обед с ужином.

-Бизнес какой-то не пробовали организовать?

- Есть небольшое дело. Но оно не настолько крупное, чтобы говорить о нем всерьез. Скорее это возможность сохранять финансовую форму. Вот Карпин в Испании серьезным строительным бизнесом занялся. Это масштаб. А я пока к новой жизни только присматриваюсь.

-С финансовой формой все ясно, а как физическую поддерживаете?

- Уже рассказывал, что к теннису пристрастился. Когда есть возможность, играю в Лужниках или Жуковке. По средам - обязательно хоккей в одинцовском дворце спорта. В воскресенье в любую погоду - футбол за городом.

-Сейчас стало модным ходить в суперсовременные кинотеатры. На премьерах бываете?

- Был пару раз на самых нашумевших фильмах. Но через двадцать минут уходил. Видимо, шумовые спецэффекты не для меня.

-Предпочитаете картины в стиле ретро?

- Здесь я, наверное, оригинал. "Кавказская пленница", "Любовь и голуби"... Особенно люблю ленты, в которых снимались знакомые актеры - ныне покойные Евгений Павлович Леонов и Саша Фатюшин или много сейчас играющий Александр Абдулов. Мы по молодости с Шалимовым и Добровольским частенько заглядывали к Владиславу Светикову, который тогда в Ленкоме работал. Он и представлял нас тамошним знаменитостям.

-На телевизор время находите?

- Только когда идут спортивные трансляции. А в остальных программах слишком уж много чернухи - то убили, то взорвали, то изнасиловали.

-Разве в Испании в новостях этого не бывает?

- Случается. Там самый большой шум может подняться, если где-то снега навалит. А уж если случится полиции труп обнаружить, то такой шум поднимается, словно марсианина живого отыскали. А у нас, что прогноз погоды, что взрыв на Котляковском кладбище. Никого, к сожалению, уже ничем не удивишь.

-К счастью, в Марбелье, где живут ваши дети с бывшей женой, подобное не случается. Часто их навещаете?

- При первой возможности. Скучаю без них страшно. Старшему Сашке уже девять лет. Играет за местную детскую команду на позиции полузащитника оборонительного плана. Но, между прочим, это совсем не мешает ему прилично забивать. Младшей Эммочке только шесть. Она еще в садик ходит.

-Надеетесь, что сын повторит отцовские подвиги?

- Хотелось бы. Хотя никаких особых подвигов я не совершал. Вот Аленичев в этом плане уникум - и Лигу чемпионов выиграл, и Кубок УЕФА. Был у меня момент, когда я свою жар-птицу мог за хвост поймать, но не получилось. Из "Сельты", с которой оставался еще год контракта, меня настойчиво звал в "Ливерпуль" Жерар Улье. Я даже летал в Англию на переговоры, обговорил все условия. Но руководство испанского клуба прибавило денег и убедило остаться. А на следующий сезон "Ливерпуль" выиграл три Кубка - УЕФА, английской Лиги и страны. И на моем месте играл шотландец Макаллистер, которого Улье пригласил, узнав о том, что я решил остаться.

-Выходит не всегда вам везло на переходы.

- Да уж, раз на раз не приходилось. Зато в "Сельте" я в свое время как по заказу оказался. Когда играл в "Страсбуре", меня приглашали "Кайзерслаутерн", "Штутгарт" и "Лацио". А французы уперлись и ни в какую не хотели отпускать. И лишь за неделю до окончания периода переходов вдруг говорят: "Ладно, ищи себе команду". Так совершенно неожиданно я и оказался в "Сельте".

-Перефразируя Олега Митяева можно сказать, что для вас "Сельта" - это маленькая жизнь?

- Еще какая! Лучшие годы отданы этому клубу. Сколько ярких матчей сыграно, сколько праздников подарено помешанным на футболе жителям этого маленького городка. Интересно, что в Европе мы выступали гораздо удачнее, чем в испанском первенстве. Могли, к примеру, в 99-м в Лужниках в финале Кубка УЕФА сыграть. Но проиграли в гостях "Марселю", а дома два тайма сидели на его воротах, но с нулевой ничьей и разошлись.

-А что в Испании мешало за лидерство спорить?

- Там в чемпионате приоритет отдают таким грандам, как "Барселона", "Реал", "Валенсия", "Депортиво". А провинциальные клубы должны знать свое место. Не сочтите за оправдание, но судьи с нами не церемонились. Помню в игре с "Бетисом" уже к 15-й минуте все наши защитники по желтой карточке имели плюс назначенный одиннадцатиметровый в пользу хозяев. Короче, заканчивали встречу мы вдевятером.

-И удалили, естественно, Карпина с Мостовым?

- Угадали. Никак я с таким судейским беспределом не мог смириться. Потому и заработал славу испанского футбольного разгильдяя. Хотя никогда к таковым не принадлежал.

-Пролетарский писатель Максим Горький как-то заметил, что всему хорошему в себе он обязан книгам. А вы?

- Матери - Людмиле Васильевне, всю жизнь трудившейся в парикмахерской, и отцу - Владимиру Яковлевичу, проработавшему электромонтером. Это очень мягкие, открытые, немного доверчивые люди, прожившие вместе столько же лет, сколько мне сегодня - ровно тридцать семь. Все во мне от них. От отца, который отвез меня в школу ЦСКА, - стремление ни в чем не уступать на поле, терпение. От мамы - доброта и мягкость. Но главное - они научили меня ценить и радоваться тому, что имеешь.

-Огорчать их случалось?

- Редко. Разве что лет в 14, когда старался всем своим поведением показать собственную независимость. А не так давно они очень болезненно восприняли то, что я и дети вынуждены жить порознь.

-А футбольными родителями кого считаете?

- Бескова и Романцева. Олег Иванович рассмотрел во мне игрока и пригласил в "Красную Пресню". А Константин Иванович уже дал шанс попробовать себя в "Спартаке". В работе они непростые, предельно требовательные, жесткие, но футбол видят одинаково. Их принцип - к победе от игры - был долгое время визитной карточкой любой команды, которые они возглавляли. Благодаря пройденной у них школе я и выжил в футболе, частенько говоря себе: "Если уж такие люди верили в меня, значит, я чего-то стою".

-Вы из тех, для кого очень важно полное понимание с партнерами не только на поле?

- Именно. Я всегда очень ценил хорошие отношения с теми, с кем зарабатываю на хлеб. Если между игроками существует какая-то недосказанность, недопонимание, холодность, вместе им будет сложно многого добиться. На партнеров-друзей мне везло. В сборной - Канчельскис, Колыванов, Юран. В "Сельте" - Макелеле, Ревиво, Джорович, Мазинью. В "Спартаке" - Онопко, Карпин, Цымбаларь, Шалимов. Мы очень дружили и понимаем друг друга с полуслова и по сей день.

-Как вам нынешняя команда Старкова?

- Сегодняшний "Спартак" не тот, что в мои времена. Мы играли в иной футбол, в котором было много фантазии, неожиданности, вдохновения. Сейчас больше прагматизма, акцента на силовую борьбу, точное выполнение тактических установок. Потому тяжело выходят на свой уровень такие умельцы, как Аленичев с Титовым. Кстати, я выиграл у Писарева и Шалимова спор на то, что "Спартак" закончит прошлый чемпионат в призерах.

-На что спорили?

- На хороший ужин, который выбирает победитель с гостями.

-Хороший ужин - значит, с икрой?

- И с ней тоже. А так со всем остальным по полной программе, с обязательными тостами за будущие успехи "Спартака".

-Вы опять в них верите?

- Думаю, в этом сезоне ему придется потрудней. Необходимы еще два-три думающих, техничных игрока. Только не такого уровня, как Кавенаги. Надеюсь, что молодой голландец Овусу-Абейе окажется интересней. Ну и, конечно, большая потеря в обороне - Видич.

-Сборную также ждут непростые времена?

- Я в ней еще при советской власти поиграл, под флагом СНГ выступал, потом России - и простых времен что-то не припомню. Пусть не обидятся на меня, но в сегодняшней сборной мало личностей, по-настоящему классных игроков. Потому и нет у нее стабильности.

-Вы за то, чтобы сборную возглавил иностранец?

- Другого варианта не вижу - наших-то всех уже перепробовали. Но помогать ему должны те, кто хорошо знает российский футбол. И выбор здесь, опираясь только на прошлые заслуги, отнюдь не гарантия будущих успехов. Сколари чемпионат мира со сборной Бразилии выигрывал, а в финале европейского первенства не смог с португальцами одолеть греков. Вообще, считаю, что гораздо важнее иметь в сборной хороший подбор игроков. Именно они должны быть на первом плане, а не тренер.

-Кто из футболистов вашего амплуа нравится сегодня больше остальных?

- Перешедший в "Динамо" Семшов. Думающий, нестандартный полузащитник. Не зря столько лет был ключевой фигурой в "Торпедо". Жаль, что ему не всегда находится место в сборной.

-А какой бы ее состав вы предложили Бородюку на ближайший товарищеский матч с бразильцами?

- Люблю расстановку с пятью полузащитниками и одним форвардом. Исходя из этого, и назову его. В воротах Акинфеев, в обороне справа - Василий Березуцкий, слева - Евсеев, в центре - Алексей Березуцкий и Игнашевич, в средней линии на флангах - Гусев (Быстров) и Жирков (Аршавин), в середине - Семшов (Лоськов), Титов (Аленичев), опорный - Смертин, в атаке - Кириченко (Кержаков). В скобках - игроки, которых в случае необходимости, можно смело использовать в составе.

-О тренерстве не подумываете? Или смущает не слишком удачный опыт в "Уралане" Шалимова и Писарева?

- Пока размышляю. Благо времени свободного хватает. Встречаюсь с самыми разными людьми, разговариваю, советуюсь.

-Наверняка ведь случается общаться и с представительницами прекрасного пола. Не боитесь угодить в чьи-нибудь сети? Как-никак, молодой, интересный, обеспеченный мужчина...

- Уверен, этого не произойдет. Не нравятся мне нынешние нравы. Проведешь вечер с какой-нибудь незнакомкой, а на следующий день она уже цветы требует, ужин в роскошном ресторане. А мне нужно, чтобы я сам хотел и букет подарить, и куда-то пригласить. Сейчас вот стало модно девушкам машины дарить. Причем, заметьте, не стиральные. Одна юная особа мне как-то говорит: "Знаешь, Саша, а мне мой "спонсор" "Порш" недавно подарил". "Зачем?" - спрашиваю. А она в ответ: "Не знаю".

-Вы-то сами всегда знаете, почему совершаете те или иные поступки?

- Наверное, если не считать моей профессии, в обычной жизни я такой же, как все. Жизнь - не контракт, и в ней все не распишешь.

-Вы и сейчас ощущаете себя прежним Александром Мостовым?

- А вы как думаете?

Александр ЛЬВОВ

http://www.sport-express.ru/newspaper/2006-02-15/5_1/?view=page