Логин и пароль: запомнить | | Авторизоваться с помощью:         Регистрация | Забыли пароль?

Александр Павленко

Игр за Спартак151
Из них в основе99
Заменен  Заменен47
Вышел  Вышел на замену52
Голы  Забил голов17
Из них с пенальти1
Предупреждения  Предупреждений23
Удалений  Удалений1
Незабитые пенальти  Незабитых пенальти0
Автоголов0
ГражданствоРоссия
Год рождения20 января 1985 года
АмплуаПолузащитник
Пришел изюношеская команда Лозанна (Швейцария)
Первый матч18 августа 2001 года
Первый гол23 апреля 2003 года
Фото с игроком

Александр ПАВЛЕНКО: Я ЧЕЛОВЕК КОМПАНЕЙСКИЙ

Еженедельник "Футбол", 24 декабря 2007 года
Количество просмотров: 1154

Фото

Лучшим футболистом первого дивизиона по версии еженедельника «Футбол» и Профессиональной футбольной лиги признан полузащитник «Шинника» Александр Павленко. Выступая в Ярославле на правах аренды, спартаковец Павленко отыграл весь сезон в основном составе местной команды и помог ей вернуться в Премьер-лигу. Теперь Александр мечтает так же ярко заиграть в своем родном клубе — московском «Спартаке». В беседе с нашим корреспондентом Павленко рассказал о том, как он провел прошедший год, и поделился надеждами на будущее.

С Павленко мы встретились в Сокольниках, где Александр живет давно. Правда, не в своей квартире. Желание обзавестись своим углом у него зреет давно, но пока оно неосуществимо. «Не могу угнаться за ценами: они все растут и растут. Но и торопиться не хочется, все приложится со временем», — объясняет Павленко.

Заметно, что полный сезон в мясорубке первого дивизиона сказался на Павленко положительно. В каждой его фразе проглядывает уверенность в своих силах. Не то что в «Спартаке» в последние годы, когда место в составе ему находилось нечасто. Именно после 1-го тура, когда он не попал в заявку на игру с «Динамо», Павленко поехал в «Шинник» — и не прогадал. Как он с клубом, так и клуб с ним. Ярославские болельщики хотят, чтобы Павленко остался, а у него в голове только одно — московский «Спартак».

КАК ПИЛОТ САМОЛЕТА

— Отпуск проводите как спартаковец?

— Еще нет, контракт с «Шинником» действует до 31 декабря. Говорят, на первый сбор поеду со «Спартаком», но пока точно ничего не знаю. Со мной никто еще не разговаривал. Встретимся с Черчесовым, поговорим. Тогда и узнаю, что будет дальше. На самом деле отпуск у меня начался не после 5 ноября, когда завершился сезон, а гораздо позже. С «Шинником» ездили на восстановительный сбор в Эмираты. Он продлился с 9 по 20 ноября. Потом еще в Ярославле несколько дней провели, так что в отпуск я отправился после 24-го. 

— Как собираетесь отдыхать?

— Ехать еще никуда не хочу. Я уже побывал в Дубаи, позагорал, искупался. Теперь — домой. Думаю, буду курсировать между Москвой и Орджоникидзе. Если честно, не люблю долгие перелеты. Я в своей жизни уже столько часов налетал, как пилот самолета. Самый оптимальный вариант для отдыха — Эмираты. Я уже туда года четыре езжу. Мне хватает.

— С кем ездили?

— Как раз с командой. Резко заканчивать сезон было нельзя, и руководство решило отправить нас за рубеж. Иначе пришлось бы тренироваться в Ярославле. У меня отдых получился активный. Помимо пробежек, в теннис поиграл, волейбол. Было очень весело.

— А домой влечет неповторимая атмосфера?

— Да, именно так. Я всегда стараюсь скорее поехать домой и как можно больше провести там времени. Мне его очень не хватает, поэтому нужно как следует насытиться общением с родителями и младшей сестрой.

— И еще, наверное, домашними пирожками?

— У меня бабушка их здорово печет. Я вообще рос у бабушки, мы жили рядом со стадионом, где находилась детская футбольная школа, в которой я занимался.

В ЯРОСЛАВЛЕ МАЛО РАЗВЛЕЧЕНИЙ

— Москвы после Ярославля сильно не хватает?

— Я же сюда приезжал почти каждую неделю. В первом дивизионе много выходных. Отыграем два матча в течение трех дней, восстановимся, и Николаевич (отчество Сергея Юрана. — Ред.) давал два дня на отдых. Ярославль от Москвы недалеко, сел в машину — и ты здесь. Но, конечно, немного соскучился. Когда в Москве живешь, ко всему привыкаешь, а тут иначе. Но я приезжал частенько, общался с друзьями по «Спартаку» — Калиниченко, Ребко, Хомичем, Торбинским.

— Наверняка сравнивали два города, между которыми разрывались?

— Сравнивал. В Ярославле не хватало развлечений. Мало кафе, ресторанов, мест, где можно было отдохнуть.

— А это так важно?

— Конечно. Когда тебя отпускают и ты постоянно идешь в одно и то же место, это надоедает. В Москве же в этом плане раздолье.

— А вы любите погулять?

— Гулякой я бы себя не назвал. Я же не говорю, что на дискотеки ходил. На базе сидеть тоже не всегда хотелось, я ведь жил там. У нас, конечно, не было скучно, общался с ребятами. Да и непривередливый я. Меня все устраивало: покормят, выспишься. Профессионально готовишься к матчам. Иногда даже не хотелось никуда уезжать, атмосфера была хорошая. База расположена за городом, свежий воздух, лес.

— Общались в основном с бывшими спартаковцами — Динеевым, Кудряшовым?

— Нет, у меня со всеми были нормальные отношения. Я человек компанейский.

— В Ярославле что бы могли отметить?

— Что город этот старый. Все-таки скоро ему исполнится тысяча лет. Конечно, от Москвы он отличается. Спокойнее там.

— Сколько должно было пройти времени, чтобы почувствовать потребность уехать с базы в город?

— Определенного времени не было. Чаще такое случалось в конце сезона. Было ясно, что мы уже выиграли первенство. Мотивация, конечно, была, но моральная усталость присутствовала. То телевизор посмотришь, то в Интернет зайдешь, а потом все надоедает.

— Руководство в «Шиннике» футбольное?

— Нормальное. Зарплату платят, задачу мы выполнили.

— Условия вашего контракта в Ярославле были лучше?

— Да, побольше платили.

— Болельщики в Ярославле какие?

— Интересные. Но поддержка не такая, как в Москве. Народ ходит, но ауры футбольной не чувствуется. Хотя приятно, когда слышим их. У нас с болельщиками хорошие отношения. Однако в Ярославле больше любят хоккей. Надеюсь, в Премьер-лиге у «Шинника» на трибунах будет больше людей.

ПОПАЛ В «БОЛТАНКУ»

— Приходилось общаться с Юраном на нефутбольные темы? Обычно он рассказывает про два пути. Если пойдешь по одному, то случайно можешь встретиться с ним в Монако, а по другому — подвезешь его в Москве как таксист.

— Да-да, было такое (смеется). А вообще он правильно говорит. Все зависит от того, как ты себя настроишь. Все сказанное — правда. Он уже через это прошел, он взрослый человек. Я полностью с ним согласен.

— Начинающие тренеры после серии побед становятся нередко заносчивыми. С Юраном такое тоже было, о чем «Футболу» рассказывал Юрий Шишлов (зам. генерального директора «Шинника». — Авт.). На команде это как-то отражалось?

— Нет, нет. У нас изначально была поставлена задача выиграть, и Юран ее никогда не снижал. Чего-то, что бросалось в глаза, отметить не могу.

— А как же наказ оштрафовать всю команду после ничьей с «Содовиком», если далее «Шинник» не выиграет три матча подряд?

— Это правда, такое было. С одной стороны, наверное, это правильно. Но с другой — мы сыграли вничью. Там такое поле было. Мы старались, у нас были моменты забить — не получилось. Да и как нас могли на ползарплаты оштрафовать? Премиальные могли срезать. Но мы и так понимали, что от нас ждут побед, поэтому никто сильно не заморачивался от слов Юрана.

— Вы поработали со многими тренерами. По сравнению с ними у Юрана есть своя отличительная черта?

— Он еще молодой, с ним приятно общаться. Он на одной ноге с футболистами. Я вообще очень рад, что пошел в «Шинник». От работы с Юраном я получил удовольствие.

— За последние несколько лет прошедший сезон, наверное, стал для вас наиболее приятным в карьере?

— Конечно. После 2003 года, который могу занести себе в актив, началась «болтанка». Не исключено, сам где-то виноват, что не получилось до этого закрепиться.

— Обижался на кого-нибудь?

— Нет. На себя только.

— А Невио Скала чем больше всего запомнился?

— Тем, что изменил питание. Никакой тебе яичницы утром, сосисок. Только хлопья, молоко, тосты с джемом. Было тяжеловато. Когда пришел Старков, все поменялось. Все любят покушать.

— Говорят, методы Скалы принимали не все.

— В любой команде с любым тренером кто-то из игроков всегда будет испытывать недовольство. Тут ничего не поделаешь.

— А как же Муслин? О нем весь «Локомотив» тепло отзывался, да и в «Химках» у него все отлично.

— Мне сложно об этом говорить, я ведь с ним не работал. У меня такое ощущение, что всегда кто-то будет бурчать. Это наша работа. Бывает, к примеру, дают упражнения, которые ты делать не хочешь.

БАРАНОВ — ДУША «СПАРТАКА»

— Вы не скрываете, что Романцев вам многое дал. Почему же у него не получилось в «Динамо» и «Сатурне»?

— Наверное, потому что ему не позволяли работать самостоятельно. Что-то советовали, подсказывали. Он все-таки тренер, много чего добившийся. Ему это, видимо, было неприятно. Но я не знаю всей ситуации, поэтому мне сложно судить. Мне же Романцев дал толчок к росту, оставалось только работать на тренировках, что я и делал. Если честно, больше всего мне нравилось тренироваться у Романцева.

— Почему?

— У него было все. Тренировка могла идти час-полтора. Она была интенсивной, отчего нагрузка выпадала немаленькая. Мы были в тонусе. А «квадраты»? Я читаю интервью Калиниченко, где он про них рассказывает... Это надо чувствовать, надо поиграть у Романцева. Все остальное — это не то. А в футбол как играли, все было осмысленно. Ребята знали, что делать. Не было такого, что один в лес, другой по дрова.

— То есть обстановка была дружная?

— Да, пусть Олег Иванович не сильно с командой общался. Но благодаря коллективу атмосфера была хорошей. Вася Баранов с его шутками был душой команды.

— Времена Червиченко вспоминаете с ужасом, когда через команду столько легионеров прошло?

— Наверное, поэтому у Олега Ивановича и перестало получаться. Один-два бразильца еще нормально, больше — много. Отношений в команде нет, когда много легионеров. Бывает, все выкладываются на тренировках, а кто-то дурака валяет.

— Правильно ли, что легионер никогда не будет умирать за клуб, в котором оказался?

— Не знаю, вот в «Спартаке» был Робсон. Он влился в коллектив, вместе с ним жил. Он стал русским. Наверное, потому что сам хотел, да и нравилось ему. Больше никого вспомнить не могу.

— Но Робсону помогло то, что он был единственный иностранец в «Спартаке».

— Конечно, ему было тяжело в те годы, но он все-таки влился, и команда его приняла.

— С другой стороны, без легионеров нынешнему «Спартаку» трудно добиваться результата на международной арене.

— Смотря какой легионер.

— Но Роналдиньо же к нам не поедет?

— Роналдиньо тоже не сразу стал звездой. Он ведь долгое время за «ПСЖ» играл, и его не все знали. Должны быть скауты, которые бы искали талантливых футболистов. А приехав, они могли вырасти в звезд.

— Вы называли Квинси веселым парнем, а вот Быстров о нем рассказал много чего неприятного. Они ведь даже дрались на тренировке.

— Бывает, дерутся. Но у нас не было такого, что на каждой тренировке — драка. Подобное случается как с легионерами, так и с русскими ребятами.

— Как часто?

— В «Спартаке» при любом тренере раза 2—3 в год случалось.

— Все это расценивалось как ЧП?

— В принципе, да. Неприятно было, но это нормально. Тренер должен такие вещи сглаживать. Ненормально — это как у Войцеха Ковалевски в Польше было. Он рассказывал, что конфликты возникали на каждой тренировке.

ВСЕГДА ИЗВИНЯЮСЬ ПЕРЕД СУДЬЯМИ

— Для вас первый дивизион стал проверкой на прочность, ведь вы в нем дебютировали?

— Повторюсь, у нас было больше выходных. Но в конце сезона я подустал. Особенно это чувствовалось, когда приходилось играть через два дня на третий. Может быть, так случилось из-за недостатка игровой практики. А в начале и середине сезона был готов. Самое интересное, что первенство быстро пролетело. Когда не играл перед этим год, дни тянулись.

— А судейство? Вот Вадим Евсеев в знак протеста против работы судей с поля уходил.

— Все было нормально. На выезде, конечно, подсвистывают в пользу хозяев. Но это нормально. Я судей тоже понимаю, они ведь люди, совершают ошибки. Бывает, ругаю их в игре, но это эмоции. Всегда извиняюсь.

— А как быть с тем, что команды, которые проигрывали весь сезон, затем резко начали набирать очки?

— С обсуждением темы странных матчей постоянно сталкиваешься. В прессе это так сильно муссируется, что люди — от маленького ребенка до дедушки говорят одно: «Сдали». Может быть, пора закрыть эту тему?

— Как же ее закрыть, если, например, «Машук» за первый круг выигрывает четыре матча, а затем выдает победные серии по 3—4 игры?

— Я не люблю такие темы. Скажу лишь, что «Шинник» проиграл «Машуку» по делу. Соперник был серьезно настроен на матч с нами. То же самое было в Новокузнецке, где мы проиграли 1:3. Посмотрите, какие там голы в наши ворота залетали.

ШВЕЙЦАРИЯ — СТРАНА ОТДЫХАЮЩАЯ

— В 16 лет вы пробовали свои силы в швейцарской «Лозанне». Почему же там не остались?

— Я хотел это сделать, но мне сказали, что нужно возвращаться. Тогда я не знал всей ситуации, а оказалось, что команда на грани банкротства. Худшее подтвердилось, и «Лозанна» вообще лишилась профессионального статуса. Но мне там очень нравилось, я играл, вокруг красота. Язык французский немного освоил, хотя сейчас уже почти все забыл.

— Что запомнилось за девять месяцев в «Лозанне»?

— Страна там отдыхающая, все вокруг спокойно, размеренно, природа — супер. Я всю страну на автобусе объездил, ведь на игры на нем добирались. За пять часов можно всю Швейцарию объехать. Надо будет туда вернуться. Я ведь в Лозанне, сколько жил, так и не посетил олимпийский музей.

— Чем вы там занимались?

— Ходил в школу с 8 до 12. Уроки шли на французском. Я сначала все переводил на английский, а с английского — на русский. Мой преподаватель был сам швейцарец, но разговаривал по-английски. Интересно, что оба языка мне давались легко. Да, было тяжело вставать рано, но сейчас ни о чем не жалею.

— А не жалеете, что не воспользовались возможностью поиграть в зарубежном клубе?

— Мне, наверное, еще рано. Я, конечно, хочу, но понимаю, что для этого надо в сборную попасть.

— Хиддинк сейчас серьезно омолаживает сборную. Не думали, что если задержитесь с прогрессом, то можете в нее не попасть?

— Я о чем и говорю. Поэтому в следующем сезоне мне надо играть. Понятно, что в «Спартаке» мне никто места в основном составе не гарантирует. Но Юран мне сказал, что во мне заинтересован. У меня тоже есть амбиции, знаю, что я не хуже остальных. Я уже много раз это говорил: «Я хочу играть в «Спартаке». Мне сейчас говорят: мол, куда ты идешь, ведь там опять сядешь в запас. Но я не боюсь конкуренции.

— Чувствуется, что сезон в основе «Шинника» добавил вам спортивной наглости.

— Я в своих силах уверен. Понял, что могу.

КОГО-ТО НАДО БЫЛО ОТСЕЯТЬ

— У вас же с Федотовым были хорошие отношения. Придя в команду, он сразу стал доверять молодым, и вам в том числе. Что же потом изменилось?

— Не знаю. Что-то, наверное, ему не понравилось. Поначалу все было хорошо, но затем я получил травму в матче с «Амкаром». За следующий месяц команда провела 8 игр, и потом было очень тяжело влиться в состав. Я вышел во Владивостоке на замену во втором тайме и был заменен еще до конца игры.

— Вы пытались поговорить с Федотовым?

— Он говорил: «Я понимаю, тебе нужно играть». Но до конкретики не доходило. Это было ужасно. Вроде не хуже, а чувствуешь, что тебя вычеркнули. Наверное, кого-то надо было отсеять. Выбор пал на меня.

— Вы говорили, что при Федотове команда распустилась.

— Да, распустилась. Просматривалось разделение на основной и резервный составы. Запасные тренировались-тренировались — а толку? Они все равно знали, что играть не будут. Выступал за дубль. Но там была такая ситуация: на меня смотрели и одновременно не видели.

— С Черчесовым сильно все изменилось, ведь вы же общались с бывшими партнерами?

— Конечно. Он всех взял в тонус, встряхнул, атмосфера наладилась. Черчесов — строгий тренер. Посмотрите, как резко изменился Моцарт.

— Приход Черчесова — для вас позитивный момент?

— Знай я, что он возглавит команду по ходу сезона, остался бы в ней. Мне кажется, можно было доказать, что я достоин места в основе. А то я даже в заявку на матч не попадал. Ну куда это годится?

ТОРБИНСКИЙ ПОЛУЧАЛ 5 ТЫСЯЧ

— Почему «Спартак» расстается со своей талантливой молодежью, ведь еще до Торбинского оттуда уходили Погребняк, Самедов?

— Наверное, потому что в «Спартаке» не хотят им платить. А ребята ведь амбициозные. Они не понимают, почему бразильцы играют так же, а получают в три раза больше.

— У Торбинского действительно была маленькая зарплата?

— Да, он получал 5 тысяч долларов в месяц. Мне кажется, его просьбы можно было удовлетворить. А то, что ему поначалу болельщики кричали с трибун, все это неправильно. Они просто не знают ситуацию.

— Значит, в каждом случае все проблемы были из-за денег?

— Нет, у Паши была непонятная ситуация: вроде не сложились отношения с руководством. А Самедов ушел, потому что ему Старков сразу сказал, что не видит его в составе.

— Кроме того, легионеров в «Спартаке» достаточно.

— В принципе, селекция неплохая. Видич, Погатец — это были сильные футболисты. Моцарта купили из «Реджины». Но, понимаете, легионеры знают, что все равно будут играть, потому что за них заплачены большие деньги. А молодые что? Один раз сыграл неудачно — сел на лавку.

— А может быть, молодых игроков развращают деньги — примеров ведь достаточно?

— Все зависит от того, чего человек сам хочет. А какой выход? Не платить денег? Это тоже неправильно. В любом случае если человек хочет играть, он будет это делать.

ИНДЕЕЦ ДЖОРДЖЕВИЧ

— Как складывается ваша личная жизнь?

— Пока один, меня все устраивает. Для меня сейчас самое важное — это карьера. Больше думаю о футболе. Серьезные отношения мешают. На данный момент мне хорошо. А вот ехать за границу, мне кажется, надо с кем-то. Один там умрешь со скуки.

— Слышал, вы предпочитаете блондинок, разделяющих вашу любовь к футболу.

— Я такое сказал? Да? Нормально ответил, мне кажется (смеется).

— Кому из родных людей вы больше всего доверяете?

— В основном общаюсь с мамой. Хотя решения я принимаю сам, ведь с 14 лет живу один. Иногда не хватает поддержки родных. У меня в Москве также есть близкий друг. Он бывший футболист, приехал вместе со мной из Орджоникидзе, но уже закончил карьеру.

— Помимо футбола на что-то еще времени хватает?

— Не особо. Книги? Их на сборах в основном читаю. Акунина, например. До серьезной литературы руки не доходят. К Интернету не особо тянет. Кино тоже не могу смотреть постоянно. Вот Джорджевич у нас в «Шиннике»: придет с тренировки, помоется, покушает и фильмы смотрит. Мне же больше общения хочется.

— Над Джорджевичем, наверное, шутят по этому поводу?

— Нет, его индейцем называют. Типаж у него такой.

— Владимир Быстров вот сказал, что книг не читает, потому что у него от них глаза болят.

— А от компьютера не болят? Не спрашивали? Спросите. Володя Быстров — особый человек. Раскрепощенный очень, позитивный, ни о чем не заморачивается.

— Известно, что вам нравится хоккей. Часто на него ходите?

— В первый раз попал на хоккей, когда играли «Спартак» и «Ак Барс» с Ковальчуком. Первый период посмотрел по телевизору. Узнал, что играют в Сокольниках, и два остальных периода уже смотрел в Ледовом дворце. Получил огромное удовольствие. Даже сам играл на ярославской арене. Удивился: ребята у нас в команде здорово катаются. А матчей «Локомотива» штук пять посмотрел. Теннис же долго не могу смотреть — утомляет.

http://www.futbol-1960.ru/index.php?action=view&statid=133657148

Александр Павленко: «В «Спартаке» слишком много иностранцев», «Я связываю свое будущее со «Спартаком»

sports.ru, 8 ноября 2010 года
Количество просмотров: 1351

Фото

Полузащитник «Ростова» Александр Павленко в первой части интервью Марии Командной и Катерине Кирильчевой рассказал о том, почему снова покинул «Спартак», а также признался в любви группе «Кино» и советским комедиям.

МК: Саша, ты принадлежишь «Спартаку» с 2001 года. Скажи, пожалуйста, сейчас мы беседуем с футболистом «Ростова» или все-таки с игроком «Спартака»? Ты себя ощущаешь футболистом какой из этих команд?

– Пока действует мой контракт со «Спартаком», думаю, что я спартаковец.

КК: Я сейчас подумала, как же можно по-другому сформулировать этот вопрос: «Саша, ты красно-белый или…как бы это сказать... сине-желтый?»

– Главное, чтобы не красно-синий (смеется). Хотя в принципе цвета «Ростова» мне тоже нравятся.

МК: Я знаю, что у тебя раньше был контракт со «Спартаком», рассчитанный до 2010 года. Ты его переподписал, правильно?

– Да, теперь он действует до лета 2013 года.

МК: А зачем ты его переподписывал, если практически все последнее время ты играешь в аренде?

– Так получилось. В 2008 году я подписал новый контракт сроком на 5 лет. До этого, получается, я играл в аренде. Когда пришел Станислав Черчесов, действовал мой старый контракт, но в 2008 году я начал играть. Тренер мне доверял, и клуб предложил подписать новый контракт на более выгодных условиях. Я думаю, у нас неплохо все тогда получалось.

КК: А потом пришел Микаэль Лаудруп.

– Потом пришел Микаэль Лаудруп, меня мучили травмы – я потерял место в основе. Но я же не думал, что так все получится, что мне снова придется уйти. Когда главным тренером стал Валерий Карпин, мне не стало легче. Он дал понять, что не видит меня в основе. Но прошлым летом в «Спартак» обратился Александр Шикунов.

КК: Гендиректор «Ростова»?

– Да. В то время я не играл практически, только изредка выходил на замену. Чувствовал, что до конца сезона не смогу стать полноценным игроком основы. Одним словом, нужно было что-то делать – сидеть на лавочке уже порядком поднадоело. Когда ты только тренируешься, а игрокая практика отсутствует – для игрока это очень тяжело. В первую очередь, морально, психологически. Так что приглашение в «Ростов» было очень кстати.

МК: А как ты познакомился с Шикуновым?

– В 2003 году. Он работал спортивным директором красно-белых под руководством Андрея Червиченко, а я тогда был молодым и перспективным футболистом «Спартака». Мне доверяли место на поле.

КК: Ладно, шутки шутками, но получается, что ты сам себе организовал эту аренду в «Ростов», я правильно поняла? Тебе агент нужен был на тот момент?

– Конечно же, я советовался с агентами. Но, прежде всего, я рассуждал логически – зачем мне сидеть на лавке? Если бы я на тот момент был моложе, я бы, может, и потерпел бы еще, подождал бы шанса. Но я знал, что в ближайшее время он мне не предоставится, поэтому быстренько все решил.

КК: То есть тебе сказали, может, даже сам Карпин тебе сказал, что он на тебя не рассчитывает?

– Да. Карпин сказал, что в основном составе я не буду играть, но время от времени буду выходить на замену. Его слова я воспринял нормально – ротация состава, конкуренция, все понятно. Я бы мог, конечно, и остаться в «Спартаке». То есть на предложение Шикунова я бы мог сказать «нет». Но я понимал, что это бессмысленно.

МК: Видимо, я чего-то не понимаю в этой жизни! Ты такой интеллигентный молодой человек, воспитанный, с видением поля, хороший футболист – чем ты мог не устроить Лаудрупа? Какие у Карпина могли быть к тебе претензии?

– Я ответить на этот вопрос могу только со своей колокольни. Наверное, по каким-то игровым качествам я тому же Лаудрупу не подходил. По этим же критериям, наверное, и Карпин меня не видел в основном составе, потому что, может быть, считал, что есть игроки сильнее. Вот и все. А если тренер тебе не доверяет, не видит в составе, то ему тяжело что-то доказать. Это я уже давно понял.

МК: Но ты себя видишь в «Спартаке» Карпина?

– Тяжелый вопрос. Со своей стороны могу сказать, что, конечно же, я хочу играть в «Спартаке», но именно что играть. А находиться в запасе – думаю, это уже не для меня. Я уже не в том возрасте, чтобы ходить в перспективных молодых футболистах. С Карпиным будет разговор, наверное, в конце этого сезона или в начале следующего. Как все сложится? Пообщаемся и, может быть, для меня что-то изменится. «Спартак» – великий клуб, я хочу играть в нем, но повторяю, именно что играть.

КК: Ты уже несколько раз повторил слово «перспективный». Этот вопрос у меня изначально вертелся на языке, потому что с тобой всегда связывались очень большие надежды. Ты всегда был одним из самых перспективных игроков в своей возрастной группе, ты дебютировал в Лиге чемпионов... сколько тебе тогда было?

– 16 лет.

КК: Ты, кстати, знаешь, может, кто-нибудь перебил твой рекорд?

– Что-то я слышал, но точно не помню его имении. Может, кто-то в «Барселоне» выходил на поле совсем молоденький.

КК: Так вот, как тебе самому, с чисто психологической точки зрения, понимать, что не так быстро ты эту перспективность оправдываешь? И вообще, оправдываешь ли ты те возложенные на тебя надежды?

– В начале сезона у «Ростова» далеко не все получалось. Команда была новая, игроки только притирались друг к другу. Но потом, где-то с лета, «Ростов» стал показывать хорошие результаты. Я тоже стал играть лучше. Отдавал голевые передачи, забивал голы – наша команда начала выигрывать. Сейчас я нахожусь в хорошей форме, но перспективным меня считать все-таки не совсем правильно.

МК: Да тебе же всего 25!

– Да. Но если бы я начал играть в 21 на серьезном уровне, то меня бы можно было записать в перспективные. Но я-то начал играть с 16 лет! Получается, на высоком уровне уже 10 лет играю. Ну какой я после этого перспективный?

КК: Скорее ветеран.

– Ой (смеется). Хочется всегда оставаться молодым. Чтобы было лет 25-27. Это самый хороший возраст для футболиста.

МК: После матча ЦСКА – Ростов Сергей Игнашевич на своем официальном сайте написал, что Сережа Чепчугов – вратарь, который дебютировал в составе армейцев в той игре, пришел утром на завтрак и сказал, что очень плохо спал ночью, потому что ему приснился предстоящий матч и гол Павленко с 35 метров на первых минутах встречи. Ты слышал об этом?

– Я сам не читал, но мне близкий друг рассказал, он живет на Украине. Позвонил и сказал: «Ты слышал? Ты уже вратарям снишься!» Я очень удивился, конечно. Но Сергея я понимаю – все-таки это его дебют в ЦСКА. Мне вот даже в 16 лет никто из футболистов. Обидно только, что я в том матче на забил и его сон не стал явью (смеется).

МК: Мы что-то все про футбол да про футбол, хочется, чтобы ты о себе немножко рассказал, о своих вкусах. Какая музыка тебе нравится, например.

– Очень люблю группу «Кино». Я ее услышал в первый раз, наверное, году в 2004. Мне близкий друг дал послушать их диск. Так все и началось. Скупил все, что только можно. Диски, dvd. Году в 2006 пошли уже ди-джейские обработки песен «Кино». Я считаю, что если артиста спустя такое время все равное помнят и любят, значит, он очень и очень большой след оставил в истории. Хотя Цой жил в другую эпоху, а сейчас все поменялось – он все равно остается популярным.

МК: Что тебя конкретно цепляет в текстах Цоя?

– Мне кажется, он писал интересную музыку для интересных людей. Он пел о том, что чувствовал. О переменах, которые вот-вот должны были случиться. Его слушаешь, и мурашки по коже.

КК: Не слишком ли депрессивные у него песни?

– Нет. Хотя я вообще-то разную музыку могу послушать.

МК: Кто-то из футболистов разделяет твою страсть к группе «Кино»?

– Я дружу с Сашей Шешуковым, с Ренатом Сабитовым. Но к «Кино» они равнодушны. Зато Никита Баженов разделяет мою страсть. И Максим Калиниченко Цоя тоже обожает. Пожалуй, всё.

КК: Вы вместе с Баженовым к стене Цоя ходили?

– Нет, не ходили. Ни я, ни он. Но передачу на Первом канале, которая была приурочена к 20-летию после смерти Цоя, я посмотрел с удовольствием.

КК: Что еще из музыки тебе нравится?

– У меня в iPod абсолютно разная музыка – и тот же рок есть, и хип-хоп, и рэп, и шансон, конечно же. Если я скажу, что слушаю иногда Михаила Круга, думаю, это никого не удивит.

КК: Окей, а читаешь ли ты книги?

- Не буду умничать: может это и плохо, но книг уже давно не читал. Иногда бывает даже смешно, когда футболист говорит, что он что-то читал года два назад. Да он даже название книжки не может вспомнить! Не хочется наступать на чужие грабли, поэтому скажу прямо, что давно ничего не читал. Даже стыдно немного. Есть ребята, которые у нас любят почитать – и Бажен, и Шешуков. Отойду немного в сторону, расскажу историю, связанную не с книгами, а со сканвордами. У нас Кульчий и Черкес в «Ростове» очень хорошо разгадывают кроссворды. Ну и я немножко тоже подсел, взял себе парочку кроссвордов. Довольно приятное времяпрепровождение, развивает сообразительность. Перед игрой иногда разгадываю сканворды. Или перед сном.

МК: Хорошо, а про кино-то расскажи нам!

– Сейчас у нас времени много, мы с Аней частенько ходим в кинотеатры, но за последние полгода не могу сказать, чтобы какой-то фильм прямо нас зацепил. Ни русский, ни американский. Все какие-то стрелялки. Раньше мне нравились стрелялки, но теперь уже повзрослел и понимаю, что это все не то. Надеюсь, хорошие фильмы все-таки выйдут.

МК: Но любимый фильм у тебя есть?

– Мне больше нравится наше русское кино. Я любитель того же «Афони». «Операция «Ы» нравится, «Иван Васильевич меняет профессию» тоже замечательный фильм.

МК: Ты прямо как Никита Баженов.

– Да. «Максим Перепелица» – это вообще классно! Он же из села украинского. Они там разговаривают так, как у меня разговаривают родители. Приятно послушать.

КК: За рубежом принято слушать что-то перед играми, настраиваться на матчи. В раздевалке в «Ростове» что-нибудь играет?

– В «Ростове» еще не дошли до этого. Помню, перед тем, как я ушел в аренду в прошлом году, мы приезжали в Ростов со «Спартаком». Выиграли тогда 1:0. В газетах потом написали, мол, у игроков «Спартака» перед игрой в раздевалке играет музыка. Дело было так. У меня была колонка хорошая, станция под iPod, я ее купил, чтобы на сборы брать и там музыку слушать. Перед началом прошлого чемпионата ребята подошли к Карпину – это были Сослан Джанаев и Ваня Саенко – и попросили его поставить музыку в раздевалке. Он очень положительно отреагировал на эту просьбу. Так музыка заиграла в раздевалке «Спартака». I’Pod был Сослана Джанаева, а колонка моя.

МК: Что вы ставили-то?

– 50 Cent. Нас 25 человек было, и никто не выступал против этого рэпера. А после победы мы обычно ставили «Новую волну» (имеется в виду DJ Smash с творением "Я - волна" - прим. авторов). Зажигали, можно сказать (смеется).

МК: Танцевали даже?

– Было дело, да. Конечно, если выиграли, то пришли в раздевалку, покричали, порадовались. Музыка играла, все общались перед тем, как в душ пойти, – нормальная такая веселая обстановка царила.

КК: Музыка сплачивает, конечно.

МК: Кстати, после хоккейных матчей журналистов пускают в раздевалки, чтобы они вообще посмотрели, что там творится, записали интервью с игроками. Ты не слышал про это?

– Нет, не слышал.

МК: Почему в футболе журналистов не пускают в раздевалки после матча?

КК: По-моему, в американском футболе тоже журналистов после матча в раздевалки пускают.

МК: Конечно. В Америке это вообще распространенная практика.

– Там и в раздевалки команд НБА журналисты, наверное, тоже заходят. Я думаю, это зависит от телевидения и от нашего профессионализма. Некоторые игроки выходят в микст-зону и не хотят давать интервью. А представляете, если команда проигрывает, еще и журналистов в раздевалку пускают, то наверняка футболисты постараются все спрятаться, скрыться от прессы. Должна существовать какая-то договоренность между клубами и телевидением. Я думаю, с журналистами в раздевалке мы бы стали ближе к народу. Но и стеснялись чего-то. Даже не знаю, чего бы было больше от этого всего – позитива или негатива.

КК: Не знаю, смотрел ли ты чемпионские трансляции, но, в частности, когда «Рубин» последние два года становился чемпионом, ребят пускали снимать в раздевалку.

– Конечно! Я помню, когда мы в 2003 году выиграли Кубок, все могли к нам зайти. После громких побед это только приветствуется, но чтобы после каждой игры чемпионата к нам кто-то заходил в раздевалку – это большая разница.

КК: Но так тоже не всегда было.

– Думаю, никто не был бы против, если бы после того, как мы выиграем чемпионство или Кубок, к нам в раздевалку пришли журналисты.

КК: Где? В «Ростове» или «Спартаке»?

– По большому счету мне без разницы, с кем выигрывать, главное – выигрывать. Победа обеих команд была бы грандиозным событием для их болельщиков. Хочу сказать, что меня приятно удивило количество болельщиков в Ростове. Может, и наша заслуга есть в том, что люди начали ходить на футбол. Сейчас стадион заполняется практически полностью, а в прошлом году, когда «Ростов» выступал не очень удачно и занял по итогам 14-е место, болельщиков была не так много. Мы стараемся радовать зрителей не только своей игрой, но и результатом. Хотя они, конечно, всегда требуют побольше голов.

МК: Сколько тысяч вмещает стадион в Ростове?

– Тысяч 17 или 20, что-то вроде этого. Там очень хорошая атмосфера, трибуны находятся близко к полю, все как на ладони.

МК: В том году «Ростов» шел на 14-м месте, а сейчас он идет на 8-м. Вот этот скачок на верхушку турнирной таблицы за счет чего произошел?

– Я думаю, во-первых, за счет футболистов, которые находятся в команде. Они все довольно квалифицированные. И из-за тренерского влияния. Наверное, эти два фактора в совокупности и определяют результат.

КК: Футбольные специалисты очень хорошо отзываются и об игре «Ростова», и о действиях конкретных футболистов. В межсезонье никто такой игры от вас не ожидал. Почему вы начали так стабильно играть?

МК: Судя по сну Чепчугова, вас даже соперники побаиваться начали!

- Да, это приятно, конечно, что мы немного подняли марку «Ростова». И селекция получилась удачная, пришло много квалифицированных игроков.

КК: Павленко, Лебеденко.

– Я бы отметил Окоронкво, Антона Амельченко. Окоронкво вообще пришел в команду за день до окончания заявок. Айзек, кстати, по-русски неплохо понимает, он очень компанейский и любит пошутить. Бывают же иностранцы, которые сами по себе, тусуются только между собой. А Окоронкво с русскими больше общается. С Гией Григалавой, например, они же вместе играли. Когда мы собираемся поужинать, Окоронково всегда приходит. Вдобавок он очень сильный защитник, с ним действительно приятно играть. Остальные игроки тоже на уровне – что Тифомей Калачев, что Роман Адамов.

МК: Сильно отличается атмосфера в «Спартаке» и в команде попроще?

КК: Маш, продолжу твою мысль. По крайней мере, все ребята, например, тот же Артем Дзюба, который перешел из «Спартака» в «Томь», говорит, что разница колоссальная. В Томске все как-то по-домашнему, футболисты семьями дружат.

– Конечно, полностью согласен с Артемом!

МК: И, может, поэтому у тебя лучше выходит играть именно в Ростове? Давления ведь меньше.

– Нет. Атмосфера влияет на игрока, но не так уж сильно. В Москве у игроков обычно нет времени где-то собраться. Некоторые выезжают из дома на базу в 8 утра, некоторые в 9, потом они тренируются, потом делают какие-то дела. И все по пробкам. При Карпине мы после игр всего лишь несколько раз собирались.

КК: В ресторане?

– Да. Было такое. Может быть, эти посиделки немного сплачивали коллектив. В Ростове все как-то попроще. И расстояния не такие большие.

МК: И пробок меньше.

– Да. В общем, в Ростове подобные посиделки – гораздо более частое явление. Мы потренировались, потом кто-то говорит: «Поехали покушаем». И мы едем. Чего на базе-то сидеть?

КК: И все без жен?

– Ну да. Если у тебя нет семьи, но есть свободное время, то можно и выйти куда-нибудь. Обычно нас набирается человек пять-шесть. В московской команде вместе с ребятами только на сборах много общаешься. И то – пришли после тренировки, поужинали и разошлись по номерам. В «Спартаке» так вообще сейчас иностранцев слишком много. Как с ними поговорить? С Веллитоном, например. Я и английский знаю, и по-французски говорю, но Веллитон только на португальском может общаться. Еще на испанском. Может, у иностранцев просто не принято вместе собираться и ужинать, я не знаю.

В продолжении интервью Марии Командной и Катерины Кирильчевой с игроком «Ростова» и «Спартака», Александр Павленко раскрывает особенности личности Олега Протасова, определяет разновидность цивилизованных казарм и указывает на свое место в составе нынешнего «Спартака».

МК: Саша, к нам на интервью ты приехал на метро...

– Так получилось, что московскую машину я продал еще в начале этого сезона. Как только ушел в аренду. Поэтому по Москве я передвигаюсь на метро.

МК: Болельщики не рвут тебя на кусочки?

– Бывает. Но редко. Когда спортивную газету покупаю, могут обратить внимание. А в остальном, я же не езжу в спартаковском или ростовском костюме.

МК: В Ростове у тебя тоже нет машины? Метро ведь там отсутствует (смеется).

– В Ростове у меня автомобиль есть. Но там я живу на съемной квартире, в пяти минутах от стадиона. Чувствую себя, как в Европе (тоже смеется).

МК: Спасибо, что до нас ты добрался. Мы же знаем, ты сейчас очень занят, у тебя дома идет ремонт.

– Ага. Ремонт – это очень серьезный процесс, который вытаскивает много сил, эмоций.

МК: И денег.

– Да, но что поделать (смеется).

КК: У тебя долгое время не было собственного жилья. Сначала ты жил на спартаковской базе, потом тебе стали снимать квартиру, когда ты уже закрепился в «Спартаке». Ты сейчас ремонт делаешь уже в своей квартире?

– Нет, на базе (смеется). Конечно же, в своей.

МК: В какой район ты перебрался?

– В район Мосфильмовской.

КК: Я хочу понять, почему машина там, а квартира здесь? (Смеется)

– Потому что сейчас я живу там.

МК: Получается, что это на будущее квартира? Или, может, там твоя девушка Аня сейчас живет? Или она с тобой в Ростове?

– Аня со мной живет, в Ростове. А эта квартира на будущее. Я же связываю свое будущее со «Спартаком».

МК: Ты повторяй это почаще, может, Валерий Георгиевич услышит, оценит твою лояльность.

– Хотелось бы, конечно, чтобы он услышал. Что в этом такого.

КК: А в Ростове где ты обитаешь?

– На съемной квартире недалеко от стадиона. Пять минут мне от базы ехать на машине – просто замечательно! Хотя в Ростове тоже есть пробки, но по сравнению с московскими это вообще мелочи. Приятно так – спокойненько выехал и за пять минут приехал на тренировку.

МК: Знаешь, когда мне какие-то знакомые, которые живут не в Москве, начинают рассказывать про свои местные пробки, мне становится просто смешно. Расскажи, что за пробки в Ростове. Сколько они занимают, пять-десять минут?

– Ну, когда там люди медленно едут, то это считается пробкой (смеется). Даже в Москве, если ты хороший водитель, если ты умеешь маневрировать и знаешь город хорошо, то ты можешь избежать каких-то заторов. В Ростове тоже есть заторы, но они быстро рассасываются. Поток машин большой, ты все время притормаживаешь, но спустя какое-то время все равно проскакиваешь.

КК: Расскажи, чем еще отличается жизнь в регионе от жизни в столице.

– Рестораны дешевле.

КК: Там есть какие-то хорошие рестораны?

– Да, есть хорошие. Сейчас открылось очень хорошее место. Оно как ресторан, а в пятницу и субботу еще и как клуб. Уровня почти московского.

КК: То есть Олег Протасов знает, где искать своих футболистов.

МК: На следующее утро после игры?

– Почему же? Не могу сказать, чтобы у тренера или руководства было какое-то негативное отношение к нам, если мы в выходные дни как-то отдыхаем. Никто никогда это нам в упрек не ставит. Во-первых, мы соблюдаем те правила, которым должны придерживаться футболисты-профессионалы. Мы же ходим просто поужинать.

КК: Как говорит Валерий Кузьмич Непомнящий, в Томске ребята сами еще не знают, куда пойдут, а он это уже знает.

– В регионах, конечно, все так.

МК: Нам Валерий Кузьмич рассказывал, что, после того как его подопечные куда-то сходят развлечься, ему потом рассказывают знакомые на следующее утро, кто где кого видел. Потому что ресторанов мало, а знакомых много.

– Футболиста всегда издалека видно.

МК: Саш, а скажи, пожалуйста, Ростов – симпатичный город? Уютный?

– Да, в принципе, уютный. Очень радует погода там – жарко. Хотя, честно говоря, этим летом особенной жары не было.

МК: И смога такого, наверное, тоже не было.

– Город, можно сказать, растянут. Но мы большую часть времени проводим в центре. Он сравнительно небольшой, но какой-то масштабный, что ли (смеется).

КК: Какие там развлечения помимо ресторанов есть? Куда ты с Аней еще ходишь?

– В Ростове, конечно, есть кинотеатры, есть развлекательные центры. Мы в основном там в один кинотеатр ходим. Он многозальный, там большой выбор фильмов. И поужинать там тоже можно, совершить какой-нибудь шопинг.

МК: Чем твоя девушка Аня занимается, пока ты тренируешься? В Ростове же наверняка скучно.

– Занимается ремонтом. Находясь дома, все время что-то рыщет в Интернете.

МК: Возвращаемся к футбольной теме. Хочется спросить тебя про твоего нынешнего тренера Олега Протасова. Как быстро ты нашел с ним общий язык?

– Нельзя сказать, что Олег Валерьевич открытый человек, но он и не замкнутый. Я не общаюсь с ним часто или на «ты». У нас с ним рабочие отношения.

КК: Но ты, конечно, уважительно к нему относишься?

– Конечно, уважительно. Я к любому старшему, а тем более тренеру, отношусь уважительно.

МК: По телевизионной картинке Протасов производит впечатление очень спокойного человека. Мне лично кажется, что такому спокойному человеку очень тяжело руководить командой. У тренера в характере должна присутствовать какая-то движущая сила, как у Газзаева или у Карпина, чтобы, грубо говоря, держать футболистов в узде.

– Протасов действительно спокойный человек, но это спокойствие у него развито в меру. Он никогда не накричит на игрока, но если футболист «накосячит», то он ему все объяснит. Не в грубой форме. Ребята все понимают, поэтому до выяснения отношений дело не доходит. Если кто-то где-то провинился, его просто денежкой наказывают – штрафом.

МК: Тебя когда-нибудь штрафовали?

– Да, было такое. Я задержался, попал в пробку. А у нас нужно быть на базе за час до тренировки. Наверное, во всех командах так. Бывало, я опаздывал всего на несколько минут, но меня все рано штрафовали.

КК: Мне хочется немножко с другой стороны узнать Олега Валерьевича. Ты сказал, что он человек веселый. Может, он как-то шутил смешно в последнее время, нет?

– Конечно, шутил, но, думаю, об этом нельзя рассказывать (смеется).

КК: На нашем блоге подписчики задали тебе вопрос. Весьма ироничный. Не показывает ли Протасов футболистам «Ростова» нарезки своей игры или игры Блохина в методических целях?

– Я не знаю, каким нужно быть самовлюбленным, чтобы ставить запись своей игру и говорить, дескать, смотрите, как я играл. Думаю, в футболе такие самовлюбленные личности не встречаются.

МК: Вы с Протасовым земляки. Более того, у нас недавно в гостях был Саша Алиев. Мальчик, который родился в Хабаровске, но стал выступать за сборную Украины. Сейчас у нас в гостях Саша Павленко, который родился на Украине, а играет за сборную России.

– Так получилось. Я миновал и Днепропетровск, и Киев – меня сразу отвезли в Москву на просмотр. Поэтому я никак не мог заиграть за сборную Украины. Я и гражданство принял в 2001 году, стал русским, сразу начал играть за национальную команду России. Я даже не думал о том, чтобы выступать за Украину.

МК: Твои родители где сейчас живут – там или здесь?

– Родители на Украине. Как бы так поскромнее сказать? Родители, в принципе, ни в чем не нуждаются, я им помогаю, они живут нормально.

КК: Ты вообще ездишь на Украину?

– Обязательно.

МК: Но считаешь себя русским?

– По паспорту я русский, живу в России. Но родители на Украине, я там родился, я знаю язык, учился там в школе, мое детство там прошло. Но я же не так далеко уехал, не в другую страну с другим менталитетом и родным языком. У нас все очень похоже.

МК: Менталитет у украинцев такой же, как у нас?

– Конечно.

КК: Как часто ты на Украине бываешь?

– Два раза в год обязательно.

КК: Хочу задать тебе серьезный вопрос. Непростая ситуация в отношениях между Россией и Украиной как-то сказывается на тебе или твоей семье?

– Если честно, когда я приезжаю на Украину, то всегда замечаю, что там все свое, другое. Свои каналы, свой шоу-бизнес, свои передачи какие-то. Может, что-то и скопировано с российских каналов, но в основном – свои. Было смешно, когда я в первый раз увидел русскую передачу или сериал с украинскими субтитрами. Это было введение бывшего президента, которого лично я не понимал. В Днепропетровске, в Донецке, в Крыму одинаковый процент русскоговорящих и украиноговорящих. Даже в Харькове есть люди, которые говорят только на русском языке.

МК: А дома с мамой и папой ты на каком языке разговариваешь?

– Он называется суржик. Это смесь русского и украинского.

МК: Хочется, чтобы ты какую-то фразу сказал на суржике.

– Размавляю, балакаю (смеется). Как-то наша команда была на сборах в Австрии, мы играли с «Карпатами» из Львова. Это западная Украина, там практически все разговаривают на украинском языке. На разминке тренер давал установку на украинском. Мне было очень интересно его послушать.

КК: Мы уже поняли, что ты владеешь несколькими языками – украинским, русским, английским и французским.

– Уточню – украинский и русский я знаю на отлично, а английский и французский где-то на троечку.

МК: Ты выучил французский и английский, когда играл в «Лозанне», правильно?

– Нет, английский я начал учить еще в школе, мне учительница все время говорила: «Саша, пожалуйста, учи язык!» Эта троечка по английскому мне очень сильно помогла в будущем. В Швейцарии я ни разу не стоял с открытыми глазами и не пытался жестами что-то объяснить. Уже в Лозанне я начал учить французский. Я переводил с французского на английский, а с английского на русский, потому что англо-русский словарь у меня был, а русско-французского не было. Да и мой учитель разговаривал только на английском и французском. Я с удовольствием учил языки, у меня неплохо получалось. Сейчас нужно их доучить, конечно.

МК: Просто нужна практика.

– Да. Но и словарный запас нужно пополнять. Иногда бывает, что понимаю многое, а сказать почти ничего не могу.

КК: Айзек Окоронкво как раз франкоговорящий, нет?

– Нет, он из Нигерии, там на английском разговаривают. Недавно встретил Кебе, он в «Анжи» сейчас, а до этого играл в «Спартаке». Вот с ним всегда приятно парой слов по-французски перекинуться, хотя он по-русски очень хорошо разговаривает.

КК: Скажи, как ты его по-французски приветствуешь?

– Salut, Kebe, comment ça va? Когда я играл в Швейцарии, к нам приезжали сенегальцы и я знал даже какие-то ругательства. Но говорить их ни за что не буду! Это ведь некрасиво. Я даже когда Кебе их говорю, он смеется, говорит, что это очень плохо.

МК: У тебя уже есть опыт игры за границей. Тебе не хочется попробовать еще раз уехать в Европу в какой-нибудь другой чемпионат?

– Конечно, хочется. Там стадионы, поля получше. Но это, опять же, зависит от меня. Никаких предложений мне пока не поступало, поэтому я здесь.

МК: Но это не идея-фикс для тебя?

– Пока мне и здесь неплохо.

КК: Раз уж мы коснулись опыта «обучения» в швейцарской «Лозанне», расскажи поподробнее, как ты туда попал. Я так понимаю, ты тренировался в Академике, так же как Будянский, который в свое время оказался в Италии.

– Да.

КК: Как тебя туда завербовали и что за ужасные истории с тобой происходили? Вы жили в какой-то казарме, где деньги воровали.

– Да, это правда.

МК: Верится с трудом.

– Где вы их вычитали?

МК: В Интернете.

– Ничего себе! Даже не знаю, где эти интервью можно найти. От родителей я уехал в 14 лет. Мне повезло, у меня никогда не было проблем ни с питанием, ни с одеждой, ни с проживанием. Мне даже какие-то деньги всегда платили. За это я очень судьбе благодарен. В Швейцарию я попал в 2001 году. Мы жили в казармах недалеко от стадиона. Но надо понимать, что их казарма сильно отличается от нашей. Это была цивилизованная европейская казарма, куда по будням приезжали военные. Там были хорошие комнаты, у каждого свой шкафчик, только душ общий. К 16 годам я много где пожил — и в гостиницах, и в Новогорске, и в Чехове на всяких спортивных базах. В Швейцарии было очень хорошо. Когда я рос, у меня до ДЮСШ от моего дома было 150 метров, а от бабушкиного до стадиона — всего метров 50. Так что я привык к небольшим расстояниям.

КК: Я одного не могу понять. Будянский попал в Италию, хотя, он, к сожалению, сейчас совсем пропал, где-то во втором дивизионе играет; но зачем ты-то в Швейцарию поехал? Это же не ахти какая страна в футбольном плане.

– В Швейцарии юношеский футбол находится на хорошем уровне. Посмотрите на их сборную, там много молодых ребят. Некоторых я знаю. Например, Ксавье Маргера, мы с ним вместе росли. Вообще, в Швейцарии люди особо не напрягаются из-за футбола. Там больше любят хоккей и горные лыжи. Хоккей я тоже очень люблю, а вот на горных лыжах не катаюсь. Мне кажется, это было бы непрофессионально с моей стороны: можно же травму получить.

КК: Мы уже перешли к теме международного футбола, поэтому давай теперь немного о сборной поговорим. Я так понимаю, при Хиддинке ты вызывался в сборную, но не играл.

– Перед Евро-2008 я попал в список из двадцати пяти футболистов, которых вызвал Гус Хиддинк. Но на чемпионат Европы должны были поехать двадцать три игрока. Две недели я тренировался вместе со сборной, а потом Гус меня «отцепил». И все равно мне было очень важно получить такой опыт. Это что-то невероятное. Вокруг было очень много корреспондентов. Создавалось ощущение, что находишься под микроскопом. Очень непривычно.

КК: Тебе льстит такое пристальное внимание прессы или, наоборот, пугает?

– Постепенно я привыкаю к вниманию со стороны прессы. Хотя в юношеском возрасте я очень стеснялся камеры.

МК: Знаешь, игроки сборной России после открытых тренировок почти не дают интервью. Так было, например, перед матчем с Ирландией. Честно говоря, это немного обижает.

– Обижает, да. Но мы, футболисты, воспринимаем все очень серьезно. Мне кажется, у игроков есть серьезная обида на журналистов.

МК: Обида на что?

– Футболисты не то что критики боятся, просто иногда ее бывает чересчур много. Если ты не даешь интервью, начинают говорить, что у тебя звездная болезнь. Кто-то закрывает на это глаза, а кого-то это серьезно обижает. Мол, мы, футболисты, знаем свое дело, а есть люди, которые думают, что они профессионалы. Иногда они говорят такое, что просто смешно становится. Каждый футболист может сказать, что он кем-то или чем-то не доволен. Поэтому, наверное, он испытывает какой-то негатив к камерам.

КК: Как ты думаешь, реально ли, играя за «Ростов», ждать вызова в сборную?

– Нужно еще лучше играть, как мне кажется. А так, можно ждать, вполне.

МК: Ты об этом мечтаешь?

– Я очень хочу играть в сборной России, как и любой другой футболист. Это же означает, что ты достиг какого-то уровня.

МК: В последний раз в сборную вызвали Сережу Паршивлюка. Очень жалко, что такой талантливый парень выбыл до конца сезона. Ты с ним сталкивался в «Спартаке»?

– Да, конечно, мы с ним играли вместе. Он начал играть еще при Черчесове. Мне кажется, Паршивлюк заслужил этот вызов. Он постоянно прибавляет в игре.

КК: Переходим к вопросам от подписчиков нашего блога. Как считаешь, способен ли ты прямо сейчас конкурировать с другими спартаковцами за место на поле?

– Конечно, готов. Чувствую силы и уверенность в себе.

КК: Ты у нас, получается, универсальный полузащитник?

– Да, хотя играл раньше на фланге.

КК: При этом сейчас, вместо того, чтобы вернуть тебя из аренды, покупается Макгиди, покупаются Комбаровы.

– Опять же, это не ко мне вопросы, а к руководству, к тренеру, которые занимаются селекцией и считают, что они правильно поступают. Я думаю, что «Спартак» страдает от того, что там так мало русских футболистов.

МК: Но твое позиция на поле все-таки на месте Алекса, а не на месте Димы Комбарова или Макгиди?

– Наверное, да. Вместо Ибсона, думаю, я бы смотрелся неплохо.

МК: Еще один вопрос от читателя нашего блога. Тебе больше нравится играть, когда перед тобой один форвард или два?

– Мы уже давно не играли с двумя нападающими. Я привык, что играю, можно сказать, второго нападающего, немножко оттянутого назад. Сейчас вообще редко кто играет с двумя форвардами. Так что мне больше нравится играть оттянутого нападающего или сосредоточенного на атаку полузащитника.

КК: Умеет ли Протасов кричать и ругаться, и если да, то на каком языке? Это тоже вопрос от наших читателей.

МК: Вы с ним, кстати, не разговариваете по-украински?

– Нет. Со вторым тренером, Владимиром Ивановичем Лютым, – иногда да. Он тоже, кстати, мой земляк. Он играл вместе с Протасовым в Днепропетровске. А то, кричит Протасов или нет, то нет. Он довольно-таки спокойно все объясняет.

 

Маша Командная и Катя Кирильчева

http://www.sports.ru/tribuna/blogs/girltalk/124301.html